Илона Эндрюс - Магический укус

Покровитель положил мои бумаги на стол.

— Итак, что Вы хотите?

— Я расследую убийство Грега Фельдмана.

— По чьему желанию?

— По собственному.

— Понятно. — Он откинулся на спинку стула. — Зачем?

— Личные причины.

— Вы знали его лично? — Он задал вопрос нейтральным тоном, но скрытый смысл был слишком ясен. Я чувствовала себя счастливой, разочаровав его.

— Да. Он был другом моего отца.

— Понятно, — сказал он снова. — Ваш отец может это подтвердить?

— Он мертв.

— Мне жаль, – сказал он.

— Не надо. Вы его не знали.

— Вас что-нибудь связывало с Грегом Фельдманом?

Я могла бы сотрудничать с ним. Если бы он поискал информацию обо мне в своих файлах, то нашел бы, что Грег спонсировал мое заявление в Орден, но я не хотела говорить об этом.

— Грегу Фельдману было тридцать девять лет. Он был чрезвычайно закрытым человеком, не любившим фотографироваться. — Я передала ему маленькую прямоугольную фотографию. — На этом снимке мы с ним в день моего окончания школы. В его квартире есть точно такой же. Он лежит на третьей полке центрального книжного шкафа в библиотеке.

— Я видел ее, — ответил покровитель.

Чертовски приятно.

— Можно забрать?

Он вернул фотографию.

— Вы знаете, что являетесь бенефициаром в завещании Грега Фельдмана?

— Нет. — Я бы хотела остаться наедине с чувством вины и благодарностью, но Рыцарь-Покровитель продолжил.

— Грег завещал свои финансовые активы Ордену и Академии. — Он наблюдал за моей реакцией. Неужели он думал, что меня волнуют деньги Грега? — Все остальное, библиотека, оружие, предметы силы, — Вам.

Я промолчала.

— Я проверил Вас в Гильдии. — Голубые глаза приковали меня к месту. — Слышал, что Вы способная, но Вам нужны деньги. Орден готов сделать Вам щедрое предложение относительно деталей вопроса. Сумма более чем адекватна. Она Вас устроит.

Он хотел унизить меня, и мы оба знали об этом. Мне хотелось сказать ему, что не будь ковбоев Оклахомы и веселящихся Мексиканских шлюх, то не появилось бы и техасцев, но это было бы весьма неосмотрительно с моей стороны. Никто не называл Рыцаря-Покровителя сукиным сыном в его кабинете.

— Нет, спасибо, — ответила я с приятной улыбкой.

— Вы хорошо подумали? — Он оценивающе посмотрел на меня. — Потому что выглядите как человек, которому необходимы деньги. Орден заплатит больше, чем Вам предложат на аукционе. Мой совет: забирайте деньги. Купите себе приличную обувь.

Я посмотрела на свои потрепанные кроссовки. Мне нравилась моя обувь. Их можно было бы отбелить. Хоть они и пропитались кровью.

— Думаете, мне стоит взять парочку таких, как у вас? — спросила я, посмотрев на его ботинки. — Кто знает, может, их носить вместе с ковбойской рубашкой с бахромой. Возможно, даже с поясом.

Что-то мелькнуло в его глазах.

— Не слишком ли Вы много болтаете?

— Кто, я?

— Разговоры ничего не стоят. Что Вы действительно можете?

Тонкий лед. Нужно быть осторожной.

Я откинулась на спинку.

— Что я действительно могу, сэр? Я не хочу угрожать или противодействовать Покровителю в его офисе вне зависимости от того, как он меня оскорбляет. Это было бы очень глупо и небезопасно. Я пришла сюда в поисках информации. Мне нужно только знать, над чем работал Грег Фельдман, когда умер.

Мгновение мы просто сидели, смотря друг на друга.

Покровитель со свистом втянул в себя воздух.

— Что Вы знаете о том, как вести расследования?

— Это когда ты достаешь людей до тех пор, пока виновная сторона не попытается избавиться от тебя.

Он скривился:

— Вы знаете, что Орден расследует это дело?

Другими словами — оставь все, маленькая леди, и пусть более компетентные люди займутся этим.

— Грег Фельдман был единственным членом моей семьи, — сказала я. — Я найду его убийцу.

— И что потом?

— Я сожгу этот мост, когда пересеку его.

Он сжал пальцы в кулак.

— Кто-то способен вывести Оракула из строя?

— Ненадолго.

Какое-то время он обдумывал слова.

— В таком случае, я могу использовать Вас, — сказал он.

Весьма неожиданно.

— Какого черта Вам нужна именно я?

Он дал мне то, что, должно быть, продумал, загадочно улыбаясь. Это напомнило мне гризли, разбуженного посередине зимы.

— У меня свои причины. Это то, что я сделаю для Вас. Вы получите Знак Дара к вашему удостоверению, который откроет некоторые двери. Вы доберетесь до офиса Грега. Посмотрите открытые файлы и отчет полиции.

Открытые файлы — значит, я могла бы получить дело, пришедшее к Грегу: голые факты и отсутствие или лишь незначительные зацепки. Я смогу проследить шаги Грега. Это гораздо больше того, на что я надеялась вначале.

— Спасибо, — сказала я.

— Файлы не выносить из здания, — предупредил он. Никаких копий или заметок. Полный отчет будете делать для меня, только для меня.

— Я связана актом Гильдии о нераскрытии информации, — ответила я.

Он махнул рукой.

— Об этом позаботятся.

С каких пор? Покровитель заходил так далеко, чтобы помочь бесполезному наемнику. Почему? Люди, которые делали мне одолжение, заставляли меня нервничать. С другой стороны, не вежливо смотреть дареному коню в зубы. Даже если ты получаешь его от хвастуна с избыточным весом и в рубашке с бахромой.

— Официально Вы со мной никак не связаны, — сказал он. — Выкинете финт и станете персоной нон грата.

— Ясно.

— Мы закончили, — сказал он.

В приемной администратор помахала мне и попросила пропуск. Я дала его ей и смотрела, как она прикрепляет маленький металлический Знак Дара, официальный «штамп», подтверждающий заинтересованность Ордена в моей работе. Одни двери откроются передо мной, другие, увы, захлопнутся. Ну что ж… пусть так.

— Не обращайте внимания на Тэда, — сказала администратор, вернув мое удостоверение личности, — он бывает резок. Меня зовут Максин.

— А я Кейт. Можешь показать, где находится кабинет последнего Оракула?

—С радостью. Последняя дверь направо.

— Спасибо.

Она улыбнулась мне и вернулась к своей работе. Замечательно.

Я дошла до кабинета Грега и остановилась на пороге. Что-то было не так.

Свет падал сквозь квадратное окно на пол, узкий стол и два старых кресла. Слева глубокий книжный шкаф закрывал всю стену, грозя упасть под тяжестью аккуратно расставленных книг. Четыре металлические картотеки с меня ростом возвышались у противоположной стены. Стопки файлов и бумаг громоздились в углах, оккупируя кресла и сдавливая стол.