Сэй Алек - Хитроумный советник

— Вот такая вот невесёлая история, благородный Лавора. Выпьем?

— Безусловно! — сэр Алан взял свой кубок и отхлебнул из него вина, — А вот представьте, сэр Вазма, какой со мной однажды был случай. Отправляюсь я как-то на медведя…

Лавора извлек из потайного кармана стило, восковую дощечку и, выведя на ней несколько слов, подтолкнул её к Даэло. Тот внимательно прочёл написанное, кивнул и вернул дощечку сэру Алану.

— …и тут он попер на меня! — советник самым тщательным образом заглаживал тупым концом стило надпись, гласившую "Отход по сценарию "Простуженный визитёр". Почтового голубя к леди Лютии — срочно". Минуту спустя поверхность дощечки вновь была ровной и гладкой, — А плащ из его шкуры я потом в карты проиграл.

— О, да я вижу, вы знаете толк в охоте, сэр Алан! А не затравить ли нам поутру кабанчика? На землях сэра Барры водится матёрейший секачина.

— А сэр Барр не против охоты в его угодьях?

— А кто его спрашивал? — удивился сэр Вазма, — А знаете… А поедемте прямо сейчас! Затравим кабана нынче же, потом завалимся с ним к этому подонку, Барре и устроим славную попойку. Может заодно встретим мерзавца Истара и, если повезет, он потребует сатисфакцию за потравленное поле.

— Определенно не вижу причин, почему бы благородным сэрам не поохотится в угодьях сэра Барры прямо сейчас, — поддержал идею сэр Алан и ненароком задел локтём несколько бутылок с вином. Бутылки грохнулись на пол и разбились вдребезги.

— Ну вот, сэр Алан, — укоризненно произнёс Даэло, — Вы уже и посуду бьёте.

— В бездну их, благородный Даэло! Бутылки всё одно были полупустыми.

— Вы пессимист, сэр Алан, — вздохнул сэр Вазма, — Они были наполовину полными. Споём?

Благородные сэры вышли из комнаты в обнимку и, покачиваясь, спустились по лестнице. При этом оба драли глотки, исполняя пошловатую песенку совершенно дурными и лишенными всяческой мелодичности голосами. Затем последовала еще одна, с позволения сказать, песня, где приличными были только междометия, и только проорав (пением это не смог бы назвать даже самый положительно настроенный слушатель) её по паре раз, сэры соизволили вспомнить, что они куда-то собрались ехать, при этом у них возникло маленькое разногласие, поскольку сэр Алан был уверен, что они едут охотиться на сэра Барру, а Даэло настаивал на сатисфакции с благородным сэром кабаном.

— А! — Лавора, судя по всему, устал спорить, — Боги с ним, сэр Вазма! Определенно не вижу причин, почему это кабану не быть благородным сэром?

— Я тоже. Я вообще плохо вижу, — ответил Даэло, — Слушайте, а поедемте ко мне? Я вас познакомлю с супругой… покойной. Выпьем по благородному, опять же. Что нам этот клоповник? Эй, Ярво, ведь у тебя не постоялый двор, а настоящий клоповник?!!

Хозяин "Четырёх лисичек" испуганно закивал из-за стойки.

— А супруга возражать не будет? — поинтересовался сэр Алан.

— Нет, ну что вы! Она у меня такая молчаливая стала… с тех пор как померла. Всё молчит и молчит себе… В склепе. Фамильном.

— Так и что ж? А поедемте! С-счастлив буду представиться…

Несколькими минутами позже кавалькада галопом унеслась в сторону усадьбы Даэло. По дороге завернули на земли благородного Истара, потравили ему ещё одно поле и с воплями и улюлюканьем припустились дальше. Усадьба Истара была темна и больше всего напоминала осажденную врагом крепость.

Дома сэра Вазму явно ждали. Всадники еще только приближались, а по двору, прекрасно проглядываемому в распахнутые ворота, уже носились челядинцы с факелами, на башенке усадьбы звонил колокол, а окна загорались теплым желтоватым светом одно за другим.

— Вот это — моя берлога, сэр Алан, — гордо произнес Даэло, когда всадники въехали во двор.

— Подумать только… — глубокомысленно произнес Лавора и, спрыгнув с коня, рухнул наземь как мешок с брюквой.

— Сэр Алан? — сэр Вазма выглядел порядком удивлённым.

— Проклятие! — прохрипел с земли советник, — Я, кажется, сломал ногу.

Ночь близилась к концу. Небо из чёрного превратилось в серовато-голубоватое, звёзды почти все исчезли, а сверчки уже готовились заканчивать свой ночной концерт, когда в комнату сэра Алана неслышно скользнули две закутанные в плащи тени.

— Ну, и как себя чувствует наш больной? — хрипловатым контральто поинтересовалась одна из теней.

— Отвратительно, — не открывая глаз, буркнул Лавора, — Вина вчера принял многовато.

— Представьте, каково мне, — хмыкнула вторая тень голосом сэра Вазмы.

— Молчали б уже, благородные сэры, — негромко усмехнулась первая тень, — Между прочим, мне пришлось полночи нестись во весь опор из Айко, а я женщина, существо хрупкое.

— Хрупкое? — сэр Алан рывком отбросил одеяло и поднялся, — Вот уж это ничуть, леди Лютия. У вас всё с собой?

— Естественно, но не могу же я в темноте…

— Сэр Вазма…

— Сейчас, — Даэло зажег лучину от стоящей в углу жаровни и принялся поджигать свечи.

— Всё прошло по плану? — спросил советник, — Вас никто не видел?

— Обижаете, — ухмыльнулся сэр Вазма, — Где ж это вы видели усадьбу благородного без тайного хода?

— Гм. В Лаворе видел. Даже некоторое время в такой проживал.

Леди Лютия Тамика, миниатюрная молодая девица с мелкими, невыразительными чертами лица и бесцветными волосами, скинула плащ и водрузила на кровать объемистых размеров сумку.

— Наш первый советник времени даром не теряет, — усмехнулась она, разглядывая одетого и обутого сэра Алана, — Кого я на сей раз должна изображать?

— Меня.

— Вас, благородный Лавора? Хм… А что, — она оглядела лицо собеседника, — вполне. Давно мечтала попробовать.

Леди Лютия вытащила из сумки несколько хитроумных приспособлений, гримировальный набор и, чуть покопавшись, белокурый парик.

— И что, — вполголоса поинтересовался у Лаворы сэр Вазма, — у неё получится выдать себя за вас?

— И ещё как, — столь же тихо ответил сэр Алан, — Однажды она неделю изображала мужчину, который на полголовы ниже её, причём вполне успешно.

— Лавора, не стойте столбом, — сказала леди Лютия не отрываясь от зеркала, — В боковом кармане моей сумки последние наработки наших аналитиков — очень просили вам передать.

— Что там?

— Я-то откуда могу знать? Или вы полагаете, что при аллюре "три креста" я ещё и читать умудрялась, а затем, не сбавляя шага, восстановила печати?

— Зная вас — охотно в это поверил бы, — ухмыльнулся сэр Алан и полез в сумку.

— По крайней мере, дражайший Дорин просто трясся, когда всучал мне это, так что, видимо там, что-то важное.