Сергей Фоменко - Рожденные светом (СИ)

- Вас как зовут, простите?

- Иван Васильевич, я ж уже говорил тебе, а ты не слышишь, спишь все, хе-хе, невнимательный ты, сразу видно. Небось, все витаешь в облаках, вот и под машину попал. Разве ж можно так? – спросил он возмущенно. – Молодой ведь, а чуть не окочурился. Врач сказал, что повезло тебе, сотрясением мозга отделался, да костюм испортил, а вот ей неприятностей доставил, – ворчал мужик, хотя видно было, что он доволен, что может поболтать.

- Постойте-ка, каких это я неприятностей доставил и кому? – возмутился Ник, опять чуть не подскочив с кровати. Он все никак не мог привыкнуть к этому светящемуся нимбу, который колыхался и раскачивался над головой мужика, когда тот кивал, или качал ею.

- Как, каких неприятностей? А под машину кто бросился? Ты! А за рулем женщина была, испугалась, конечно, теперь судить ее будут, водительские права, наверное, отберут, а ты тут прохлаждаешься, – беззлобно ворчал мужик, так, что непонятно было, ругается он или подшучивает над ним.

- А вы, что, тоже после аварии? – спросил Ник, почувствовав чувство вины, когда вспомнил утреннее происшествие, и представил каково было той водительнице.

Воображение тут же нарисовало длинноволосую блондинку вцепившуюся в руль импортной тачки и безуспешно жмущую на тормоз, своей длинной, стройной ножкой в туфельке на длиннющей шпильке. В глазах у нее был ужас, паника, но это не портило ее прекрасного лица, поскольку его ничего не могло испортить. К таким женщинам, наоборот хотелось бросаться под машину, чтобы они обратили внимание на представителей мужского пола.

- Нет, я тут на операцию лег, – с важным видом сообщил мужичок. – Грыжа у меня паховая открылась, чтоб ей.… Надорвал я здоровье свое драгоценное от работы тяжелой в кооперативе строительном. Пахали раньше на государство за вымпелы со значками, а теперь у нас капитализм начинается, пашем на дядю за деньги, никак не поймем, что же нам дуракам надо. А вот когда-то я в школе работал, вот таких оболтусов как ты учил, только бестолку видать.

- Ну и я учитель, тоже в школе работаю, - обрадовался Никита и подумал тут же: «И чего радуюсь, лежу тут, сам как дурак! В школу не попал, машина наехала, женщина за рулем, часы пропали.… А тут этот, с нимбом…Святой!»

- А врач скоро придет, как тут узнать что-нибудь можно? – спросил Ник, уже успокоившись и решившись наконец-то встать с кровати.

Тут открылась дверь и словно по мановению волшебной палочки, в палату вошли сразу три человека – двое мужчин в белых халатах и в белых шапочках, и женщина, тоже в белом, с большой, регистрационной книгой в руках. Книга была раскрыта и женщина, наверное, старшая медсестра, судя по ее важному виду, что-то быстро записывала в книгу, видимо то, что только что сказал ей врач, а врач – пожилой мужчина, с сердитым видом, подошел к кровати Ника и спросил строго:

- Ну что пострадавший, пришли в себя? Как самочувствие?

- Нормально, – испуганно сказал Ник. – Только голова кружится и тошнит.

- Это не удивительно, у вас сотрясение мозга, плюс несколько царапин и ушибов. Ничего страшного, считайте, что вам повезло, но надо будет сделать обследование, поэтому несколько дней вы у нас полежите. Вы пока дайте свои данные медсестре, чтобы она сообщила вашим близким и на работу, если это требуется, а потом с вами еще должны будут поговорить из милиции по поводу ДТП, чтобы определить степень вины водителя, из-за которого вы сюда, попали, - врач все это быстро проговорил и вышел из палаты вместе со своим помощником оставив медсестру.

Медсестра, высокая, дородная женщина, подошла ближе и стала задавать вопросы Нику, быстро записывая ответы в своей регистрационной книге. Ник механически отвечал, а сам восторженно ее рассматривал, вернее не ее саму, а свечение вокруг ее головы – у нее тоже был нимб! Причем ее нимб казался даже ярче, чем у этого Ивана Васильевича, который при виде врачей забился под одеяло на своей кровати, и не подавал признаков жизни. У вышедших врачей нимбов не было, только просто тоненькое свечение вокруг всей фигуры, а вот над головами у них наоборот были серые, грязные пятна.

- Фамилия, имя, отчество, год рождения, национальность, место жительство, место работы, - медсестра задавала вопросы один за другим. Никита же был в возбуждении и не замечал, как отвечает. Он во все глаза смотрел на ее нимб и теперь понимал, что раз он это видит у соседа, у медсестры, и даже что-то такое у врачей, то это не галлюцинации. Он действительно это видел!

- Что это вы на меня так уставились? – заметила она его взгляд. – Как будто первый раз женщину увидели, скромнее надо быть, - захлопнула она книгу. – С утра сдадите анализы, а пока лежите отдыхайте, старайтесь не вставать без нужды, до вечера надо будет держать лед на голове, вам принесут скоро, а в школу я позвоню, не переживайте, - сказав это, она вышла из палаты, унося с собой свое свечение.

«Да, дела!» – подумал Ник: «Что же это со мной случилось, сны странные, энергии, свечение вокруг людей, свет...». И вдруг в мозгу словно вспышка, проскочило понимание происходящего: «Это же они все тут, все эти энергии. Они и сейчас светятся, двигаются, просто сегодня они все форму эту имеют, то есть тело имеют и я тоже энергия. Я Никита – я тоже энергия!» – мысли метались в голове Ника. «Да, да, я вспомнил! Только, что же делать, ведь Он ждет нас. Свет ждет до сих пор, когда же мы сможем помочь…» – тут мысли Никиты стали путаться, снова заболела голова, и он понял, что опять не может вспомнить, что-то очень важное, страшное и непостижимое для его сознания. Ему хотелось встать и пойти куда-нибудь, в коридор, на улицу, посмотреть на людей, посмотреть, как они светятся. Хотелось поговорить с кем-нибудь, проверить свою догадку, но вдруг стало страшно. Ник почувствовал удушье, словно кто-то железной рукой сжал его горло, а другой рукой схватил его за сердце и оно затрепыхалось.

- Что с тобой? Ты чего побелел-то? – подал голос Иван Васильевич с другой кровати. – Водички может дать?

Ник кивнул с выпученными глазами, и мужик, подскочив с кровати, налил ему стакан минеральной воды из пластиковой бутылки. Никита жадно выпил и поблагодарил:

- Спасибо, что-то мне нехорошо стало, но уже отпустило.

Иван Васильевич обрадовался, уселся на кровати с бутылкой в руке и снова завел свою пластинку:

- Да ладно, чего уж там, пей на здоровье, а то побледнел так, что я уж за доктором бежать собрался, - успокоился Иван Васильевич и давай опять рассказывать что-то про себя, про порядки в больнице, наезжать на врачей, жаловаться на питание. Потом перескочил на политику, зацепил школьную реформу, в общем, ему нужно было поговорить, и Никита ему вполне подходил, поскольку убежать не мог, и был слаб, чтобы спорить.