Андрей Белянин - Джек и тайна древнего замка

Ознакомительный фрагмент

– Старик не опасен, без магии он никто. Девушка, пожалуй, тоже. А вот его, дорогая, я бы советовал убить без проволочек. Он прошел хорошую выучку у ведуна и в бою стоит пяти твоих воинов.

– Как это мило… Ну уж против двенадцати он не выдюжит?

– Нет, но лучше не рисковать.

– Сэм! – взорвался пораженный колдун. – Что ты делаешь, негодник?! Да я тебе уши оборву!

– Успокойтесь, Лагун! – Джек удержал колдуна, в то время как Вилкинс все же укрылся за бронированной стражей. – Вы же видите, что он заколдован. Он не в себе…

– Все равно! Я давно хотел оборвать ему уши! Почему я должен отказывать себе в этом маленьком удовольствии?

– Я вам помогу! – загорелась дочь рыцаря, охотно засучивая рукава. – Он меня тоже допек своими сплетнями о нашем совместном купании.

– Да успокойтесь же! – тщетно взывал Джек.

– А почему, собственно?!

– Господа… – ошарашенно вклинилась Гага. – Вы что – не понимаете, что происходит? Вы в ловушке! Мы пришли убить вас! Вашего друга я загипнотизировала. Теперь он мой преданный пес.

– Так я и знала! – взвилась Шелти. – Кобелем он был, кобелем и остался!

– Не-е-е-т! Это я! Я, я, я, я, я! Гага Великолепная, Утонченная и Образованная… – Дальше последовало получасовое перечисление титулов. – Пришла убить вас всех, идиоты!

Троица на минуту приумолкла. Похоже, они наконец оценили грозящую опасность. Сумасшедший король переглянулся с друзьями, и комедия грянула с новой силой.

– Вы бы, дамочка, не вмешивались, – мрачно посоветовал колдун. – Обрыв ушей этого типа – наше внутреннее, суверенное дело. Все по закону, так что соизвольте отойти в сторону.

– Мы ведь и не настроены калечить его всерьез, – чарующе улыбнулась охотница. – Можно в качестве компромисса оставить ему левое, но уж правое я откушу собственными зубами!

– Сэм! – поддержал спектакль Джек. – Я сделал все, что мог. Ты же видишь – они непреклонны. К чему вмешивать в это дело добрую женщину и неповинных воинов? Я так устал от трупов…

– Молчать! – завизжала уже вконец осатаневшая Гага. – Я! Я здесь главная! Меня слушайте!

– Делать нам больше нечего… – проворчали все трое.

– О, Мек-Бек! Они все сумасшедшие!!!

– Не все. Только вон тот, с мечом, – вякнул Вилкинс, не вылезая из-за спин охраны.

Лагун-Сумасброд щелкнул пальцами и заорал на все подземелье:

– Ага! Вот она, разгадка! Здесь возрожден культ Мек-Бека. Это страшное чудовище, дикий, неуправляемый бог древних. Его поят кровью и приносят человеческие жертвы. Взамен он дарит своим прислужникам власть над людьми. Души тех, чья кровь пошла в утробу бога, вынуждены вечно скитаться в холоде Вселенной, не находя покоя и пристанища. Об этом культе не слышали уже лет двести… Мек-Бек ушел из нашей жизни с приходом веры в истинного Господа. Кто бы поверил, что он вернется?

– Замолчи, гнусный старик! – заверещала хозяйка замка. От прежней красоты не осталось и следа. На них смотрела немолодая, взлохмаченная баба с размазанной косметикой и безумным взглядом. – Ты не смеешь порицать моего властелина! Вам никогда не понять величия сил, против которых вы дерзнули восстать. Мощь целой Вселенной заключена в одном мизинце Мек-Бека. Вы узнали тайну. Пусть же она умрет вместе с вами!

– Сколько патетики, ну прямо древнегреческая трагедия! – съязвила дочь рыцаря.

Закованная в доспехи стража, наклонив короткие копья, двинулась на трех друзей.

– Хотите драться? – фыркнул Джек. В ту же минуту Шелти отвернула краны у трех ближайших бочек. Волна крови хлынула на каменный пол. Двое рыцарей поскользнулись и упали, строй сломался. Сумасшедший король прыгнул в брешь, размахивая серебряным мечом. Но силы были слишком неравны. Отступая, Шелти и Джек прикрывали собой старика. Лагун только ругался, но по возрасту в бою был лишь обузой. Случайно рука колдуна нащупала углубление в стене. Он на что-то нажал пальцами, и открылась дверь.

– Дети мои, сюда!

Они едва успели прыгнуть в проем, как массивная каменная плита закупорила вход. В подвале в лужах крови остались валяться семеро рыцарей, еще трое были серьезно ранены. Таковой оказалась цена пленения Джека Сумасшедшего короля.

– Мне страшно… Можно я еще поизображаю слабонервную дворцовую даму?

– Сколько угодно, – поклонился Джек. – Но, леди Шелти, когда еще раз вздумаете упасть в обморок, постарайтесь, чтобы ваши ножны не так врезались в мой бок.

– Боже, неужели я тебя случайно поранила? Простите великодушно! Надеюсь, мне это не зачтется как покушение на государя?

Пока молодые люди шутливо пикировались, старый волшебник внимательно осматривал обширную залу, в которую они попали. Собственно, примечательного было мало. Комната могла вместить больше сотни человек. В середине находилось что-то вроде бассейна, выложенного красным гранитом. Над ним на высоте в три человеческих роста выступала площадка – как бы небольшой балкон – очень грубой работы. Стены украшали красно-коричневые фрески, полуразмытые и полустертые от времени. Неизвестные животные, надписи на забытых языках, непонятные символы, малоразборчивые чертежи освещались громадными факелами.

– Это и есть святилище Мек-Бека. Именно здесь ему приносят жертвы. Удивляет только отсутствие идола…

– Лагун, с вашей помощью мы выпутывались из множества безнадежных ситуаций. Признаться, я не очень четко представляю грозящую нам опасность. Скажите, сколько у нас шансов устоять против этого воскресшего бога? – насмешливо проговорил Джек.

– Ни одного, – улыбнулся колдун.

– Это вселяет уверенность, – поддержала беседу Шелти. – Вот за что я вас всегда уважала, так это за умение подбодрить в тяжелую минуту!

Все трое грустно рассмеялись. Обстановка не способствовала оптимизму. В довершение ко всему раздалась заунывная музыка: кто-то скучно постукивал в барабан, сипел на свирели, дул в трубы. Мелодия получалась довольно хаотическая.

– Похоже, сейчас оно все и начнется. – Лагун-Сумасброд огладил бороду. Сумасшедший король поудобнее перехватил меч, а Шелти зачем-то стала поправлять волосы.

На балкончик торжественно вышла Гага Великолепная в сопровождении счастливого Вилкинса. Сэм просто сиял от восторга, с обожанием вперясь круглыми глазами в хозяйку замка. Несравненная и Утонченная облачилась в черное платье с блестками, украсила шею серебристым воротничком в форме паутины и нацепила на себя такое количество драгоценностей, что вполне могла затмить новогоднюю елку. Некоторое время она молча поворачивалась к друзьям то тем, то другим боком, проверяя, какое впечатление это производит.

– Удручающее! – заключила неугомонная охотница.