Андрей Кощиенко - Гримуар и гитара

   - Ой, как красиво! - я, как вкопанная, остановилась, увидев это чудо. Это был первый фонтан в моей жизни. Завороженная, я наблюдала за движением струй, а потом, воспользовавшись тем, что родители занялись выяснением с каким-то служителем вопроса о нашей очередности, направилась к нему, лавируя в толпе народа. Добравшись до цели, я задрала голову и принялась смотреть на прозрачные струи, переливающиеся на фоне голубого неба. Они весело играли в вышине, танцуя свой искрящийся танец и обдавая мое лицо мелкими брызгами при легких порывах ветра. Полюбовавшись на них, и на радугу, я нагнулась и попробовала поймать рукой тоненькую струйку воды, бившую из самого края фонтана. Неожиданно, прижатая струя извернулась под моими пальцами и брызнула куда - то в бок.

   - Ай! Ты что делаешь, дура?!

   Испуганно оглянувшись на крик, я увидела рядом высокую стройную девушку в платье, с первого взгляда на которое было ясно, что стоить оно должно просто сумасшедших денег. У девушки были светлые длинные волосы и возмущенное выражение на высокомерном лице.

   - Ты это специально? Специально? Да?

   Девушка вынула из рукава белоснежный кружевной платочек и принялась аккуратно промокать им лицо.

   - Ой, извините..., - растеряно пролепетала я, - я нечаянно... Просто фонтан такой красивый... а я их никогда не видела...

   - Ха! Провинциалка! - громко и пренебрежительно произнесла девушка, окинув полным презрения взглядом мое платье. Она демонстративно повернулась ко мне спиной и пошла прочь, гордо задрав подбородок.

   Я в смущении втянула голову в плечи от десятков глаз людей, разом уставившихся на меня.

   - Ну, ничего такого не случилось.... Несколько капель и все, - произнесла я ей в спину, в попытке оправдаться, но прозвучало это совсем тихо, и никто моих слов, кажется, даже не услышал. Девушка, по крайней мере, точно.

   Да и ладно, - подумала я, пробираясь назад, к родителям, - подумаешь, цаца какая! Пара капелек на нее попало и все. Сама дура!

   - Стефания! Ну где ты ходишь? - накинулись на меня нервничающие отец с матерью, - нужно становиться в очередь, а ты где-то гуляешь!

   Я не стала ничего объяснять, а просто спросила: где очередь?

   Очередь начиналась у подножья широкой лестницы, в конце двора, за фонтаном. Мы подошли и встали в ее хвост. На первой площадке лестницы нас встретили трое молодых магов в парадных, шитых серебром мантиях. Они записали мое имя в книгу и выдали листок бумаги, на котором в красивой золотой рамке с завитушками, были записаны мое имя, титул и порядковый номер записи в книге. Пока они быстро делали записи, я смотрела на них во все глаза.

   Хорошо им, - подумалось мне, - все волнения у них уже позади... Интересно, а кто они? Может целители? А где их знаки...?

   Однако долго разглядывать магов у меня не получилось. Очередь двинулась вперед и я с родителями двинулась вслед за ней, вверх ....

   Вот мы стоим вместе с родителями на широкой беломраморной лестнице, ведущей в зал испытаний. Выше и ниже нас стоят по двое и по трое люди - это тоже приглашенные. Как сказал шепотом, наклонившись к моему уху отец, - цвет дворянства! На самом верху, уже на самой верхней площадке, я заметила девушку, в которую случайно брызнула водой. Рядом с ней важно стояли ее отец и мать в очень богатых, просто сверкающих золотом и камнями одеждах. Девушка тоже заметила меня. Посмотрев на меня с высоты разделяющих нас ступенек, она презрительно сморщилась и отвернулась. Больше она на меня не смотрела.

   Но меня это совершенно не задело. Всеми мыслями я была уже там, в зале. Какая судьба уготована мне, - думала я, - кем я стану? Магом огня? Или воздуха? А может мне все-таки повезет и шар засветится зеленым? И я, как хотела, стану целительницей?

   Очередь продолжает двигаться и вот, наконец, я, робея, вхожу под высокие готические своды зала испытаний. Зал огромен, прекрасен и величествен. Гладкий, словно светящийся изнутри, пол из мрамора потрясающей белизны. По всей его поверхности - небольшие вкрапления золотых прожилок, поблескивающие масляно - желтым. Такие же, белые с золотом стены, высокими колоннадами уходящими вверх. Где-то высоко, под потолком, узкие окна, сквозь которые льется яркий дневной свет. Вход в зал с боку, через широкие, массивные двери из белой, редкой породы дерева. От входа начинается дорожка, обозначенная двумя широкими золотыми лентами в полу. Она огибает весь зал по периметру, и, не доходя до входа, с середины стены, сворачивает в центр, к Камню Судьбы. Перед ним линии дорожки разбегаются в стороны, образуя золотые полукружья, которыми охватывают стоящий на подставке артефакт, и снова сходятся за ним, уводя на сделанную в полу и ведущую вниз, на выход, мраморную лестницу. Напротив Камня Судьбы, на противоположной от входа стене - большая лоджия, в которой сидит сиятельная комиссия университета и высшие сановники империи. Из лоджии так и пышет сиянием. Сиянием роскоши одежд, драгоценностей и власти. На золотой дорожке, равномерно, друг за другом, стоят девушки и юноши, за спинами которых - их родители. Все взгляды из очереди и из лоджии направлены на действо, которое разворачивается у артефакта, рядом с которым находится ректор Университета, великий маг Мотэдиус, со своими помощниками.

   - Баронет Атроний Терристольский! Испытание! - внезапно раздается громкий сильный голос в тишине зала. От неожиданности я вздрагиваю. Заглядевшись на сверкающие наряды, я отвлеклась от главного. А ведь главное не в лоджии, а в низу, перед ней, у камня. В месте, где дорожка разветвляется на два полукружья, стоит человек в белой, шитой золотом мантии - господин Распорядитель. Это он только что произнес слова, от которых я вздрогнула. Симпатичный, широкоплечий юноша, первый в очереди перед артефактом, услышав их, подобрался, кажется, выдохнул, и пошел вперед. Его родители остались стоять на месте. Подойдя к камню, юноша развел руки в стороны, а затем медленно и осторожно положил ладони на каменный шар. Кольцо - подставка, на котором лежал камень, засветилось мягким желтым светом, но сам камень остался таким же скучно - серым, как и был до этого. Несколько секунд ничего не происходило, потом свет подставки погас.

   - Баронет Атроний Терристольский! Испытание не пройдено! - громогласно объявил человек в мантии и уже тише сказал родителям испытуемого - Прошу, - указывая рукой на выход.

   Юноша отнял руки от камня и несколько секунд держал открытые ладони у его поверхности, не прикасаясь к ней, словно надеясь на чудо. Но вот он справился с собой, опустил руки и повернулся к лестнице. На его лице было совершеннейшее разочарование.

   - Баронет Дион Оттервальд! Испытание! - объявил распорядитель, делая знак, приблизится следующему испытуемому. Очередь продвинулась на несколько шагов вперед.