Ирина Зволинская - Охота на дракона

Ознакомительный фрагмент

Больше мы наемным транспортом не пользовались. Пришлось купить лошадей и ехать в обход, теряя драгоценное время. Теряя время, но спасая жизнь. Потому что новой встречи с Молли я не переживу.

«Я убью тебя, Одеон!» — последнее, что я слышала, уползая в кусты. И вряд ли это были пустые угрозы. Слово с делом у Молли не расходилось.

— И все равно мне все это не нравится, — упрямо повторила я Жорику, а наш верный спутник — большой и бывший совсем недавно очень красивым и дорогим чемодан словно бы согласился со мной.

Сплетенная из тонких кожаных ремешков ручка оторвалась, и все наши вещи вывалились прямо на причал. Да. Мы ждали свой паром.

Ручка и эльф внимательно смотрели друг на друга и молчали. В этом состязании взглядов победа досталась оторванной части чемодана.

— Я не виноват, — пожал плечами эльф, бросил и ручку в воду и хлопнул ресницами. Вероятно, для убедительности.

— Верю, — согласилась я и принялась собирать наши вещи.

Это меня и спасло. Я успела заметить опасность и принять предупреждающие меры — приподняла крышку чемодана и спряталась. По причалу шла несостоявшаяся невеста моего друга.

— Проклятье! — шепотом выругался эльф и присел рядышком. — Как думаешь, заметит?

— Конечно, нет! — зашипела я. — Раскрытый огромный чемодан посреди дороги заметить совершенно невозможно!

— Что же делать?! — в словах друга сквозила паника.

— Разделяться, — безапелляционно сообщила я. — Сейчас ты снимаешь капюшон, выскакиваешь прямо перед Молли и бежишь. Твоя задача — увести ее как можно дальше отсюда и вернуться так, чтобы она не догнала. — План был так себе, но я уверенно руководила другом. — А я пока договорюсь с капитаном. Понял?

Белый как простыня эльф стучал зубами.

— Раз, два, пошел! — скомандовала я, и Жорик выбежал навстречу судьбе.

Судьба даже слегка растерялась от такого подарка, но быстро взяла себя в руки и побежала за своим призом.

Чему можно и нужно было поучиться у дочки булочника — так это упорству в достижении цели. Правда, тактика ее пока плоды не приносила, или, возможно, все это должно было сработать в долгосрочной перспективе.

«Вот что значит в прямом смысле „бегать за мужчиной“», — подумала я, глядя на улепетывающую парочку, и направилась к судну.

Грозный капитан корабля сурово принял у меня деньги за проезд, а также слегка пошарпанный багаж, который я чудом дотащила из хозяйственных соображений.

Столица была от нас всего в нескольких часах, поэтому отдельных помещений для путешествия не выделяли. Пассажиры занимали скамейки в большой и просторной каюте. Я пристроила чемодан под сиденье, удалось мне это с трудом, даже слегка вспотела. Села, вздохнула и встретилась глазами с прелестным дедушкой, который широко улыбнулся мне беззубой улыбкой и подмигнул.

Я оскалилась в ответ и пошла на палубу высматривать эльфа.

«Все же нам следует держаться вместе», — решила я после того, как активный дедушка послал мне воздушный поцелуй.

До отправления оставались считанные минуты, я нервничала, ходила из стороны в сторону и щурилась, силясь разглядеть в толпе пассажиров своего друга. Когда корабль громко загудел, подавая сигнал об отплытии, светлая макушка Жорика показалась на горизонте. Там, где проходила траектория движения этой самой макушки, раздавались недовольные крики и ругань. Макушка сильно спешила.

Наконец эльф добежал до трапа и буквально взлетел на борт. Корабль отчалил.

— Успел?! — спросил меня запыхавшийся друг.

— Успел, — серьезно подтвердила я.

— Это хорошо, — резко расслабился он и опустил плечи.

— Пошли, — протянула ему руку, — я заняла нам места.

Маленький кораблик весело шел по волнам. Пассажиры неспешно переговаривались. Семейная пара гномов в самом углу каюты обедала, распространяя на все помещение аромат чеснока и лука. Кто-то играл в карты, кто-то просто смотрел на воду. Я же вяло отбивалась от ухаживаний очень старого ловеласа (мы вели переписку) и ждала Жорика. Эльфа тошнило.

— Ненавижу море, — зеленый друг сел рядом.

— Это была твоя идея, — ответила я и поймала бумажный самолетик, который прилетел мне от соседа напротив.

— Это что? — удивился ушастый и протянул руку к моему посланию. — О, да тебя уже замуж позвали?! Кто этот чудак? И почему такая странная форма вопроса? «Поставьте галочку напротив ответа, — зачитал Жорик, — да или да». Похоже, тебе не оставляют выбора, — захихикал эльф.

— Очень смешно, — тихо процедила я, а новый очень старый поклонник призывно подергал бровками, поймав мой взгляд.

— Нет, правда, почему он тебя лично не спросит?

— Он слегка глуховат, ответа не расслышит, — буркнула я и смяла послание с первым в моей жизни предложением руки и сердца.

— Зря ты это сделала, — серьезно сказал приятель, забрал у меня мятый самолетик и любовно расправил. — А вдруг он тот самый магистр?! — пояснил гадкий Жорик и расхохотался.

— Смотрю, кому-то стало легче, — разозлилась я, — смотрю, кто-то развеселился! — приподнялась над скамейкой и попыталась отобрать свое послание.

Отобрать не удалось, судно резко накренилось, и я свалилась прямо на эльфа, да так, что руки мои оказались в непосредственной близости от его лебединой шеи.

— Гвень, дорогая, я же просто пошутил, — хрипел Жорик, пытаясь высвободиться. — Ты что-то такая нервная сегодня! — потер он шею. — Ой, тебе снова записка, — и с опаской протянул мне аккуратно сложенный лист.

«Вижу, Ваше юное сердечко принадлежит другому, менее достойному. Как жаль, что вы, женщины, неспособны на глубокие чувства», — прочитала я.

— Это точно, — поддакнул эльф. Он нагло читал мою записку.

— А что случилось, почему мы остановились? — спросила молодая, затянутая в модный обтягивающий костюм с накладными плечами пассажирка.

— А и правда, в чем дело? — начали возмущаться остальные пассажиры.

Вскоре в небольшом помещении поднялся гул.

— Уважаемые пассажиры, прошу сохранять спокойствие! — вышел к нам капитан. — Сейчас движение восстановится.

— А что произошло? — модница кокетливо улыбнулась капитану.

— Мы… — замялся капитан, — мы подняли на борт опоздавшего пассажира. Пассажирку, — зачем-то уточнил мужчина.

Мы же с эльфом настороженно переглянулись, кажется, одновременно подумав о личности опоздавшей.

— А говоришь, женщины не способны на глубокие чувства, — сказала я бело-зеленому другу.

Он как-то странно закатил глаза. Кажется, собрался в обморок.