Ты принадлежишь мне! (СИ) - Мия Ловиз

и вышла на балкон. Закрыла глаза, запрокинув голову вверх и лёгкими приятными движениями начала массировать себе шею. Сейчас только полдень, а я уже так устала.

Возможно, если бы не держалась за перила, то могла бы упасть.

На живот легла широкая мужская ладонь, а ноющую шею коснулся поцелуй родных губ. Я чуть вздрогнула от неожиданности, но сразу же расплылась в улыбке.

Запустила пальцы в короткие шелковистые волосы своего мужчины. Кто же ещё может так ко мне подкрадываться?

— Ли...ан, — тихо шепнула с придыханием.

— Устала? — спросил он и скользнул языком по всей длине шеи к мочке уха.

— Угу-у-у, — почти простонала от приятных ощущений. — Но горячая ванна сейчас всё поправит.

Тем временем рука жениха уже погладив мой плоский живот, двинулась вверх и сжала мою грудь.

Ничего не затрагивая, не задевая чувствительных точек, он просто обхватил упругую вершину ладошкой и лишь потом немного сжал. С этим движением, казалось, весь воздух вышел из моих лёгких. И это было не менее приятно чем то, что он делал с моей грудью в лесу.

Ах, если бы нас тогда не прервали!

Глаза по-прежнему закрыты и остро ощущается каждый вздох, прикосновение, даже его жар, исходящий от мощного тела. Но неожиданно перед глазами всплывает картина, как Дэрон подставляет свою бронзовую кожу под солнце и весь огонь внутри меня, всё желание... испаряется. Я широко распахиваю глаза. Поверил бы кто, скажи я, что, подумай о мужчине, он появляется как по щелчку пальцев? А вот, — это так!

— Может сделать тебе массаж? — тихо и очень эротично шептал Лиан мне на ухо.

Руки жениха по-прежнему гладили мою грудь, сжимали и массировали её так, как это делают обычные коты, желающие принести хозяину пользу.

Вот только мне казалось, от этого он сам получал удовольствие. А я смотрела в упор на стоявшего под деревом мужчину и жадно хватала ртом воздух.

Небрежная поза, никаких эмоций. Дэрон просто стоял, опиравшись плечом на ствол дерева, и наблюдал за нами... наблюдал за мной. И что я пытаюсь доказать ему или себе этим выступлением на балконе?

Хотя, нет! Я хочу, чтобы братец Гелиана уяснил раз и навсегда, что пялиться на чужих невест, как минимум, очень некрасиво. Подсматривать и завидовать — это участь извращенцев.

Я откинула голову на плечо любимого мужчины, мысленно называя его сотню раз так, словно напоминая самой себе. Подставилась, открылась под все его ласки и если бы могла — начала бы урчать как кошка. Но взгляд всё равно был прикован к потемневшему лицу его брата

— Любимый, у меня там, наверное, вода уже через верх побежала, — быстро проговорила и, чуть резко вырвавшись с плена родных рук, забежала внутрь.

Это просто невыносимо! Зачем я вообще это делала?

Такое чувство, что неопытная девчонка затеяла играть в игру с опасным зверем и у неё, точнее у меня, нет ни единого шанса выиграть. А если он что-то не так поймёт или скажет жениху? Надо его избегать, осталось только придумать как это сделать, находясь в одном доме.

Я по своей наивности думала, что Лиан пойдёт за мной и продолжит то, что начал. Хотя бы сделает обещанный массаж, но вместо этого, крикнул что-то невнятное через закрытую дверь и ушел. Очень надеюсь, что не опять к своей подруге детства вспоминать былые времена. Пока я не узнаю, что именно это были за времена и что их связывает — эта иголка ревности, больно пронзившая моё сердце, не исчезнет.

Ароматная ванна с травами и цветами произвела обратный эффект. Вместо бодрости моё тело окончательно разомлело и расслабилось. Я вышла, обмотавшись полотенцем, и так и уснула на огромной кровати.

Перед глазами раскидистое дерево, ствол которого я одна не смогу обхватить. Солнце пробивается между листьев и неприятно режет глаза. Я босая стою на мягком, чуть влажном мху в одном полотенце.

Мотнув головой по сторонам, понимаю, что знаю эту поляну и на ней мы были утром с Лианом.

Сильные жилистые руки с переплётом набухших вен берут меня в кольцо и прижимают. Скользят по телу, срывая полотенце, а потом резко разворачивают.

Яркий луч ослепляет. Не могу рассмотреть мужчину, перед которым стою совершенно беззащитной.

Жмурюсь в попытке его рассмотреть, в конечном счете сдаюсь и просто закрываю глаза. В тот же миг губы обжигает поцелуй, а ягодицу сжимает крепкая мужская ладонь. Второй рукой он удерживает меня за затылок.

Сердце забилось, больно ударяясь о рёбра, и я ответила на напористый поцелуй того, чьё лицо не увидела. Отвечала, как никогда ещё не отвечала на столь подчиняющее проявление страсти. Он меня кусал и зализывал место укуса, языки сплетались, а губы зудели от жадного хватания и посасывания.

И в одно мгновение всё оборвалось. Я распахнула глаза и вскрикнула, потому что тот, кого я только что целовала, кому позволяла себя касаться, был отнюдь не мой жених.

— Ты? — прокричала я и проснулась

Вскочила на кровати, хаотично сгребая покрывало на себя, чтобы укрыться. Дыхание сбилось и пульс зашкаливал, а вот разум всё никак не хотел верить в то, что происходящее было только сном. Проклятые Боги человеческого континента меня испытывают, раз посылают такие сны. Больше я не знаю, во что верить. Не мог же мне сниться вот так, ни с того ни с сего мужчина, с которым я познакомилась-то пару часов назад.

Странный привкус во рту и ноющая боль на припухших губах заставила к ним прикоснутся. И когда я взглянула на кончики своих пальцев, то ужаснулась. Кровь. Подбежала к зеркалу, убеждаясь, что губы искусаны в кровь.

Мне же точно это всё приснилось?

Глава 6

Оторвалась от зеркала, лишь когда в дверь постучали.

— Ида, ты в порядке? — послышался голос будущейсвекрови.

— В полном. Просто уснула, — ответила ей.

— Я войду? — спросила она.

Бросила на себя ещё один взгляд в зеркало и поняла, что в таком виде ей лучше меня не видеть.

Растрёпанные волосы, на лбу блестят бисерины пота, а губы — это вообще отдельная история. Уже молчу, что было бы знай она, что будучи обрученной с одним её сыном мне снится другой... Кошмар! Но и не впустить будет странно. Подхватила покрывало, которым себя обмотала и уже у двери в ванную ответила ей согласием.

— Деточка, что-то случилось? — послышался вопрос за дверью уже в ванную комнату.

— Нет, Амэтея. Всё отлично! — Святая Мать Кошка, вру, не краснея.

— Я понимаю тебя, — неожиданно сказала она, тяжело вздохнув.

Я умылась, нанесла