Демонический отбор. Захомутать и обезвредить (СИ) - Новикова Татьяна О.

Истинных причин никто не знал, а я забилась в какую-то нишу, спрятавшись за статую рыцаря, что держал перед собой гигантский щит. Так, для сторонних глаз недоступна. Надо отдышаться и успокоиться.

Надеюсь, никто не рассмотрел рогов…

Вот так изюминка, мать её.

Мне всегда казалось, что они растут из-за колебания магии внутри меня. Непонятно почему (и я обязательно разобралась бы с этим позже), но причина одна. Но сейчас не было даже намека на колдовство. Я возмутилась беспочвенным обвинениям — и разозлилась, конечно же, — но не собиралась испепелять императора огненным шаром.

По всему получается, отбор для меня завершен.

Так просто?

Что ж, я не поеду домой (да и как туда вернуться, что объяснить отцу?), а попытаюсь связаться со Стэном. Нужно немедленно выяснить, откуда берутся эти рога и как избавиться от них раз и навсегда.

Отпилить, что ли?

В Иллиде библиотеки куда как объемнее наших. Наверное, здесь есть ответы на любые вопросы.

Хм, может, домой и не придется возвращаться. Проведу полгода с братом, а там, став совершеннолетней, смогу распоряжаться своей жизнью самостоятельно.

Дядюшка Том передаст родителям новость о том, что… что…

Какую бы причину найти, чтоб она показалась правдоподобной? Не просто ж «блудная дочь решила остаться в столице, ибо у нее растут рога».

Ладно, придумаем.

К демону этот отбор, тем более император оказался полным придурком. Как он мог подумать, что я бросилась под карету, чтобы заполучить его расположение?! Ага, а если б кучер не успел остановиться, то императрицей бы меня назначили посмертно.

Чудесная такая кончина.

Я почти обрадовалась тому, как сложились обстоятельства, и вылезла из укрытия, как…

Стражники, что взяли меня в кольцо, выглядели ну очень неприветливо. Хм, а зачем гнать одну-единственную претендентку впятером? Сама уйду. Да ещё и возглавлял их сам лорд Виккор, что не понравилось мне особенно сильно.

— Виктория Кёрн, — сказал он безо всяких бумажек (в отличие от хозяина-дурака), — вы обвиняетесь в нарушении правил императорского отбора, а также в шпионаже за Эдвардом Третьим в имени, великим правителем всех шести земель, от теплых морей юга до суровых вершин севера, верховным судьей и вершителем судеб.

А, так вот как его зовут.

Так, стоять. Титул императора волнует меня меньше всего.

— В чем я обвиняюсь?.. — закашлялась. — Какой ещё шпионаж?

Они тут что, обкурились каких-то запрещенных трав?

— До полного прояснения деталей по обвинению империи вы будете помещены в темницу, — отчеканил лорд Виккор, сделав вид, что не слышит моего вопроса. — В ваших интересах оказать содействие следствию и сообщить любые известные вам сведения, а также имена подельников. Пройдемте.

С этими словами он сделал жест стражникам, и те сцапнули меня под локотки. Крылья носа лорда хищно затрепетали.

Хм, кажется, я просила богов поскорее исключить меня из числа претенденток?

Эй, я передумала!

Пожалуйста, верните меня обратно на отбор!

Глава 4

Камера мне досталась уютная, с личным зарешеченным окном. Правда, то выходило на бесконечную стену оптимистично серого цвета, но всё лучше, чем ничего. В углу валялась повидавшая многое лежанка бурого цвета, а ещё имелся ночной горшок, один вид которого вызвал у меня приступ паники.

Не знаю почему, но именно этот горшок стал символом безвыходности моего положения.

Это конец.

Можно кричать, молить отпустить меня на волю. Но что-то подсказывало: не выпустят.

Я рухнула на холодный пол прямо так, в прекрасном алом платье, в тончайших чулках, и горько разрыдалась. Правой пяткой стащила туфлю с левой ноги, уткнулась лицом в ладони.

Шпионаж…

Да за это гарантировано светит смертная казнь.

Но за кем я шпионила? За императором?! Да как бы я умудрилась? Когда?!

На кой мне сдался этот неощипанный индюк?!

Так, надо вспомнить каждый кусочек той ночи, чтобы доказать, что между головной болью и танцами на площади у меня не было времени на вынюхивание тайны короны. Вот бы ещё свидетелей разыскать.

Какой кошмар…

Как же так…

Не представляю, сколько прошло времени, но в какой-то момент слезы высохли, а вслед за опустошением пришла холодная решимость. Без боя не сдамся. Буду просить зелье правды, требовать судебного защитника, найду сто тысяч тех, кто видел меня ночью и подтвердит мои слова.

Если понадобится, самолично выслежу того безумца и заставлю его сдаться в руки правосудия.

Дело за малым — выбраться на свободу.

Совсем свечерело, когда в мою камеру вошел типичный следователь правосудия. Типичный, потому что у него на бледном лице практически было написано жирными буквами: «Ненавижу свою работу».

Ну и кислая физиономия!

— Итак, представьтесь, — процедил он, а затем, как записал моё имя, сказал чуть мягче: — В наших интересах как можно скорее выяснить, откуда вам стал известен маршрут поездки императора. Надеюсь на вашу откровенность, леди Виктория. Она может стоить вам жизни.

М-м-м, хорошее начало.

— Мне не был известен маршрут, — ответила я.

— Да-да, разумеется. К этому мы ещё вернемся. Итак, опишите ваш вчерашний день в мельчайших подробностях.

— Мы с семейным возницей выехали из Ортелла примерно в половине седьмого утра.

— Ортелл — это город в семидесяти милях к северу от столицы, не так ли? — перебил следователь, будто проверял моё знание географии.

— Да. Мы останавливались дважды и прибыли в Иллиду к семнадцати часам.

— Ровно в семнадцать часов? — вновь перебил следователь.

— Да.

— Уверены?

—  Кажется… или нет… около того… — черт, я сама начала путаться.

— Да вы не волнуйтесь, леди Виктория. Продолжайте.

Он улыбнулся, обнажив ровные белоснежные зубы, больше похожие на клыки дикого зверя. Меня охватила дрожь, и легкая паника переросла в  тяжелую.

Каждое моё слово уточнялось и фиксировалось.  А почему мы остановились на том постоялом дворе, а не на этом? А почему не отужинали в ресторане у озера, а предпочли местный трактир? А почему не осмотрелись сразу же по приезду? А почему у меня заболела голова? А почему не было снадобий?

Да откуда я знаю!!!

— Итак, — как же следователь любил это «итак», всякий раз произнося его с особой интонацией, смакуя. — Из всего выходит, что череда случайных событий привела вас к императорскому экипажу, под который вы кинулись... зачем?

Ну, про желание убиться говорить не стоит.

— В надежде на помощь, — почти не соврала. — Кроме того, место ночлега находилось невдалеке, и я уже не соображала, куда бегу.

— Вы сказали, что заблудились. Так откуда же вы знали, где конкретно находится ваш постоялый двор?

— А почему император проезжал мимо того самого постоялого двора, куда я бежала? — не выдержав, сорвалась я, но тут же одернула себя. — Я говорю, что всё это нелепое совпадение. В моих планах не было ничего предосудительного.

— Например? Чего именно предосудительного не было в ваших планах? — заинтересовался следователь.

— НИЧЕГО!

Он кивнул, а затем долго пересматривал записи, выводя меня из себя. Чувствовалась нарочитость действия. Тянет время, заставляет понервничать и сказануть чего-нибудь лишнего.

— Итак, этот выдуманный убийца…

— С чего вы взяли, что он убийца? — уточнила, разглаживая насмерть измятую юбку. — Я упоминала только о том, что он говорил странные вещи.

— Между тем, намеки очевидны. Кровавый ковер, черви, которые кого-то пожирают. Вы были знакомы с этим человеком ранее?

Да он смеется!

Я подавила стон отчаяния.

— Нет. Иначе бы не бежала от него.

— Уверены? Кто сможет подтвердить ваши слова? Мне кажется, вы могли быть знакомы.

— Слушайте, вы издеваетесь?! — я сорвалась, измученная допросом, голодом и отчаянием. — Я не собираюсь дальше вести диалог. Предоставьте мне судебного защитника. 

— Нет, это ты послушай, дрянь, — внезапно голос следователя потемнел, а передние зубы выступили натурально как клыки. — Таких, как ты, через меня прошло предостаточно. Все раскалывались, и ты расколешься. Вопрос только в том, сколько мне придется применить силы. Я хотел по-хорошему, но… — он принялся медленно, со вкусом закатывать рукава.