Рэйя - Первое мгновение вечности

— Имя умирает, рождается новое имя, хозяин умер для семьи, и умерло его имя.

В коридоре послышались торопливые шаги.

— Молодец, гений, — ворчал Арчер, пытаясь выбраться из завала и спихнуть с себя распластавшегося поперек него Гарри, — умеешь ты действовать тихо. Да слезь ты с меня!

— Это моя вина, что ли? — возмутился Поттер, садясь на колени и стряхивая с мантии пыль.

— А чья?

— Поттер! Арчер! — оба мальчика обреченно переглянулись, над ними грозным монументом замер Снейп.

— Это немыслимо! — отчитывал их Северус, пока мадам Помфри обрабатывала мелкие ссадины и ушибы мальчиков. — Пробраться в больничное крыло, лазить по подсобным помещениям, устраивать погром! Вы окончательно лишились ума? Ладно Поттер, но вы, Арчер! Я думал, что хоть один представитель вашего дуэта имеет в наличии крохотный, но мозг!

— Но сэр…

— Мне плевать, что вам удалось узнать, Поттер и не смейте перебивать меня! — прорычал зельевар. — Мало с вами проблем? Решили придумать мне ещё одну головную боль? Я даже не говорю, как это было опасно! Вы забыли, что именно этот домовик пытался вас убить?

— Но он не хотел…

— Это ничего не меняет! Сколько раз вам надо напороться на одни и те же грабли, прежде чем вы научитесь смотреть под ноги, Поттер?

— Простите, сэр, — мальчик опустил голову, — это вышло случайно.

— У вас все случайно, Поттер, — скривился Снейп, — я удивляюсь как вы со своими «случайностями» дожили до одиннадцати лет!

— Северус, — в разговор вступила Минерва, — я согласна, что мистер Поттер и Мистер Арчер поступили опрометчиво, но нельзя отрицать, что они единственные, кто сумел добиться от домовика хоть чего‑то, может, мы все‑таки выслушаем их?

Северус фыркнул и отвернулся, позволяя МакГонаглл взять ситуацию в свои руки. Внутри него кипела злость. Какого черта она с ними нянчится? Два идиота возомнили себя детективным агентством и теперь суют свой нос, куда не следует. И это только первый курс, Мордред их задери, что дальше? Крестовый поход в запретный лес за ягодами? Отряд по поимке драконов? Зельевар бросил ядовитый взгляд на Минерву и Поппи, воркующих с Поттером. У Северуса в голове не укладывалось как такое возможно. И почему вокруг этого мальчишки все скачут на одной ножке? За каких‑то полгода паршивец умудрился очаровать половину Слизерина, почти всех гриффиндорцев, первый курс Хаффлпаффа и Рейвенкло, Маркуса Флинта, который пылинки с него сдувал, Драко Малфоя, влюбленного только в свое отражение, Директора, который один раз пообщавшись с мальчишкой, окончательно свихнулся, и весь преподавательский состав! Опомнившись, профессор зелий поспешно вычеркнул себя из списка «преподавательского состава, очарованного Поттером».

И это только первый курс. Декан Слизерина боялся загадывать, но почему‑то у него складывалось ощущение, что это не предел. На одно жуткое мгновение зельевар представил себе, как у ног мальчишки рыдают безутешные Пожиратели смерти и обещают, что они так больше не будут, а сопляк улыбается им, как идиот, и великодушно всех прощает со словами: «Ну они же не хотели. Им же просто приказали». Ужас. Если так пойдет и дальше, к седьмому курсу этот болван будет править миром.

Северус только никак не мог понять, ну почему все в таком восторге от паршивца? Он же ничего собой не представляет, обычный маленький испорченный эгоист и провокатор. Ни мозгов, ни здравого смысла, так почему он влюбил в себя даже строгую Поппи. Почему молчаливый домовик, из которого они, квалифицированные волшебники, и слова вытянуть не смогли, столько выболтал этому сопляку? И дело было не в известности мальчика, а в нём самом, Северус прекрасно это видел, людей привлекал сам Поттер, но чем?

Снейп взглянул на лучшего друга шрамоголовой звезды. Арчер сидел прямо и взирал на мир с тоскливым равнодушием, так похожим на взгляд Малфоя. Том держался как чистокровный волшебник, и многие слизеринцы, хоть и избегали общения с ним, не скрывали любопытства относительно родословной Арчера. Зельевар видел, что мальчишка во многом копирует поведение представителей древних аристократических семей, таких как Малфои, учится говорить и вести себя как они, думать, как они. Но он был другим. Снейп и сам не мог с уверенностью сказать, кто же такой этот Томас Арчер.

Ангельское личико мальчика светилось такой чистой невинностью, что даже если бы его застали на месте преступления с окровавленным кинжалом в руке, никто ни на секунду не допустил бы мысли, что этот ребенок мог совершить преступление. Но всё же было в мальчишке что‑то пугающее, отталкивающее. Словно в глубине этих спокойных темных глаз затаился опасный хищник. Это чувствовали многие, Снейп замечал, как его слизеринцы смотрят на Арчера, как говорят с ним, видел, как порой напрягаются профессора, когда взгляд Тома встречается с их, да что уж говорить, даже директору было не по себе от этого ребенка. И если бы Снейп опросил всю школу он не нашел бы ни одного сумасшедшего, который захотел бы разделять с ним девяносто процентов своего времени. Кроме Поттера. Поттер обожал своего друга и был слеп ко всем предрассудкам. Эта парочка, как сиамские близнецы, была неразлучна и никому не понятна, хотя сходства между мальчиками не было никакого. Поттер любил всех и дружил со всеми, будь то волшебник или домовик, Арчер же всех презирал. Кроме Поттера.

Северус взглянул сначала на одного мальчика, затем на другого. Поттер сидел на больничной койке, болтая ногами и звонко пересказывая разговор с домовиком, в изумрудно–зеленых глазах светилась абсолютная любовь к жизни, Снейпу даже не по себе стало от сходства мальчика с Лили Эванс, его матерью. На губах первокурсника играла легкая улыбка, и выглядел мальчишка совершенно беззаботно, словно не они с его дружком громили помещения лазарета каких‑то полчаса назад.

Арчер же наоборот сидел ровно и больше слушал, чем говорил, порой он делал какие‑то замечания, поправлял Поттера и всегда анализировал ту или иную мысль, делая выводы. Поттер выводов не делал и о мелочах не задумывался, предпочитая зацикливаться на звуковых и цветовых эффектах. «Как обезьяна», — не смог удержаться от ехидной мысли зельевар.

Тем временем, пока Снейп проводил сравнительный анализ «мелких паршивцев», Гарри закончил пересказ событий и виновато потупился.

— Простите, мы не хотели подслушивать, просто это вроде как важно и мне хотелось знать, что происходит и показалось, что ничего плохого не случиться…и я не думал…

— Поттер, помолчите вы хоть секунду, — рявкнул Снейп, — мы уже поняли, что вы «не думали» и этого вполне достаточно, — он взглянул на МакГонаглл. — По крайней мере, теперь мы знаем хоть что‑то.