Вероника Сейнт - Гамельнский Крысолов

Он обвел взглядом всех присутствующих и, улыбаясь, едва сдерживая стон наслаждения, добавил:

-Можете начинать присягать мне в верности.

Виктор уснул сразу же, как только его голова коснулась подушки. Он едва успел переодеться и умыться, смывая усталость. Теперь он проснулся, в холодном поту, судорожно вздыхая и сжимая в кулаках простыни.

Что-то происходило в братстве Чистильщиков. Виктор был точно уверен, что его сон - не пустые ассоциации: он отлично узнавал вязкие ощущение на кончиках пальцев и во рту, какие бывают только после вещих снов.

Гадатель несколько раз нервно моргнул и облизнул пересохшие губы. В горле застрял странный комок, будто он вот-вот готов был заплакать. Ему с трудом удалось заставить себя сесть. Пошарив рукой под подушкой, он нащупал сверток с колодой и, выхватив его, тут же развернул и перетасовал.

-Кто стоит за всем этим? - тихо шепнул он и вытащил карту, почти не раздумывая.

Всмотревшись в лицо слепой девушки на карте, Виктор почувствовал головокружение, сердце пропустило пару ударов, а руки невольно сжались в кулаки. Он ужасно сожалел.

Картой, которая ответила ему, был Шут.

-Джек, - едва слышно прошептал Виктор, самому себе, разочарованно опустив голову.

Значит, Крысолов добрался и до Чистильщиков. Сказать, что это было неожиданно, Виктор не мог. Джек ненавидел Чистильщиков, буквально считая их недостойными существования. Сейчас он делал то, о чем упоминал Иероним пару лет назад - рыба гнила с головы, и именно ее сейчас "срубил" Крысолов.

Виктор понимал, что сейчас Чистильщики как никогда слабы. Уничтожаемые внутренними трениями, ищущие компромисса в вопросе сотрудничества с Колодой, Чистильщики едва ли обратили бы внимание на происходящее вокруг. Они бы даже не смогли повлиять на события здесь, и тем более не смогли бы помешать Джеку.

С другой стороны, Виктора заинтересовал человек, озвучивший идею объединения Чистильщиков и Колоды. Пол Степсон.

Гадатель слышал это имя впервые и надеялся, что Иероним расскажет о нем подробнее. Что волновало Виктора, так это то, где Степсон достал старый кодекс Чистильщиков. Даже в Колоде о нем если и слышали, то краем уха, если и читали, то что-то настолько размытое, что оно казалось ложью. Поверить в то, что Чистильщики могут согласиться на сотрудничество с Колодой, было трудно, даже не смотря на то, что это было одной из тех вещей, о которых мечтал Грег.

Однако Виктор не был даже уверен, что его отец умеет мечтать, и что идея объединения не была предвидением именно этого дня - дня, когда Степсон потребовал пересмотра Кодекса Чистильщиков.

Гадатель устало потер лоб. У него возникало все больше новых вопросов, которые ему так хотелось бы задать Учителю и на которые хотелось бы получить ответы как можно скорее.

В подтверждение своих собственных ощущений приближающейся смерти, Виктор закашлялся так сильно, что на глазах выступили слезы. Размазав их по щекам и успокоившись, Гадатель резко встал.

Чтобы встретить своего отца и получить нужные ответы как можно скорее, Виктор должен обучить Юнону как можно большему и за меньшие сроки. Ему нельзя было ждать, у него просто не было на это времени.

Гадатель быстро оделся как можно теплее, натягивая высокий воротник свитера на лицо и запахивая твидовый пиджак. Он старался собираться как можно тише и даже выскочил на крыльцо босиком, чтобы обуться уже за дверью, застегнуть пальто и обмотать вокруг шеи и лица шарф в несколько слоев.

Нельзя было дожидаться утра, утром его снова будут пытаться отговорить - не Анна, так Иероним.

Конечно, альбинос отступил бы проще, чем девушка, но Виктору не хотелось спорить ни с ним, ни с ней. От одной их заботы у него уже начинала болеть голова, к горлу подступала тошнота, а руки начинали предательски дрожать, будто это он смотрел на смертельно больного и не знал, как его поддержать, а не они.

Он заспешил по улице, прислушиваясь к скрипу снежинок под ногами и шуршанию крыльев Одиссея. На улице почти не было прохожих, а те, что встречались Гадателю, бросали на него подозрительные взгляды, наверное, считая его виновным в произошедшем в клубах.

Впрочем, возможно, доля правды в этих подозрениях и была.

Виктор прятал лицо в шарфе, не столько пытаясь скрыться, сколько стараясь хоть как-то согреть воздух, который вдыхал, что, по сути, тоже было бесполезно. Все еще задыхаясь с каждым вдохом, Гадатель как мог, старался сдерживать кашель.

Глава 25. Вместе.

Выйдя к планетарию, Виктор остановился. Здесь кто-то был. Кто-то невысокий замер в паре шагов от входа в здание, небрежно прикрытого Иеронимом досками, и осматривал его, запрокинув голову.

Виктор сделал несколько шагов к незнакомцу и тут же остановился. Это был не бездомный, не пьяный молодой панк, не кто-то, связанный с магией - все это Виктор бы почувствовал. Это был совершенно обычный человек с каким-то чрезвычайно необычным прошлым. От этого человека исходила энергия беспокойства, страха и чего-то еще.

Чего-то, оставляющего ощущение сладости на губах - медовой, почти приторной.

Сделав еще пару шагов, Виктор не удержался и прибавил шаг. Сердце пропустило несколько ударов, ноги тут же стали ватными, а вот рту пересохло. Он чувствовал себя мальчишкой, пришедшим на первое свидание.

Он узнал этого человека.

Нарушителем спокойствия и непрошеным гостем в его планетарии была Грейс.

Виктор не выдержал, и, подбежав к ней, обнял, крепко прижимая ее к себе, зарываясь лицом в ежик коротких светлых волос и вдыхая этот странноватый, но настолько родной запах: тяжелый аромат ее духов, опасности и лекарств - метки Безмирья, навсегда оставшейся с ней.

-Это ты, - тихо пробормотала девушка, развернулась в его объятиях и посмотрела ему прямо в глаза, - Я так и думала, что ты придешь. Почувствуешь меня и придешь. Ты все равно не можешь на месте усидеть, глупенький.

Теперь Виктор понимал, что она права. Быть может, все, что он говорил себе этой ночью, собираясь к планетарию, было лишь попыткой уговорить себя и заставить не переживать.

А на самом деле он просто почувствовал присутствие Грейс и пришел на ее зов.

-Правда, я не думала, что мы встретимся так поздно и здесь, - вдруг прервала их идиллию сама Грейс, - Я-то здесь не совсем из-за тебя...

-Не совсем? - Виктор постарался улыбнуться как можно ехиднее, хотя даже обиды не испытал. Ведь Грейс и вправду мог привести сюда всего лишь бизнес, а его она позвала между делом и лишь потому, что знала, что Гадатель тоже здесь. Как и всегда.

-Из-за Джека. По крайней мере, мне кажется, что я здесь из-за него, - Грейс повела плечами. Вопреки ожиданиям Гадателя, она все не отстранялась, а наоборот, уткнулась носом в его шарф, будто так же, как и он, мучительно счастливо вдыхала его запах. И от этого ему лишь сильнее захотелось остаться в этом моменте и больше никогда ее не отпускать.