Amargo - Хороший ученик

— Нет, я не против. Общайся с ним, если хочешь, но только веди равноценный и взвешенный диалог. Пусть он тебе тоже что‑нибудь рассказывает. Проанализируй эту информацию и поймешь, как он к тебе относится, хочет ли тебя видеть, а если хочет, зачем ему это надо.

— Даже не знаю, смеяться мне или плакать, — Тао в отчаянии развела руками. — Может, ты все‑таки пошутил? Он же мой прадедушка, твой дед, а ты — зачем ему это нужно!

— Что с того, что он мой дед? У меня с ним нет ничего общего, кроме генов, но и с обезьяной у меня 95 процентов совпадений.

— Ну знаешь! — возмущению Тао не было предела. — Это уже за гранью!

— Помолчи, — прервал я ее. — Есть вещи гораздо более важные, чем кровное родство. Его недостаточно, чтобы безоглядно кому‑то верить. И для тебя, Тао, это только повод. Ты любишь общаться, любишь заводить новые знакомства, но я знаю, что ты никогда не знакомишься просто так, чтобы побездельничать в хорошей компании. Общайся с ним, только если он готов с тобой чем‑то делиться, если действительно рад твоему появлению и хочет тебя видеть, потому что ты его внучка. Но не строй особых иллюзий насчет своего прадеда: это своеобразный человек, живущий в среде, с которой ты никогда не сталкивалась. Поэтому ради собственной же безопасности не теряй голову… и на всякий случай проверь в следующий раз его чай.

Хотя суббота в Министерстве Магии считалась выходным, даже в выходной здесь было много народу. Охранники прогуливались по коридорам или сидели на своих постах, болтая с уборщицами в желто–зеленой униформе, которых в обычные дни я едва замечал, а сейчас видел чуть ли не на каждом шагу. Чтобы попасть в Отдел Тайн — точнее, в его хранилище, — Тао пришлось в срочном порядке добывать документ на проведение исследований и согласовывать свою практику с руководителем студенческой программы, что получилось не с первого раза, поскольку заявленный ею ритуал не прошел по соображениям безопасности. Однако в конце концов ей всё удалось, и теперь мы стояли в лифте, спускаясь в недра Министерства, к входу в хранилище Отдела.

Спустя два дня после своего визита к прадеду Тао пребывала в расстроенных чувствах. В нашей семье она была единственным экстравертом; ее сестра редко нуждалась в родительских напоминаниях о том, что молчание — золото. Конечно, такой подход имел и обратную сторону, однако эти риски были несравнимы с рисками откровенности, и я знал, что хотя в сложной ситуации Ин не пойдет ко мне за советом, она обратится к Мэй или к главам своего клана, с которыми у нее сложились очень близкие отношения.

Впрочем, размолвка никак не повлияла на инструктаж перед походом в Министерство. Достигнув входа в хранилище, где нас встретила представительница отдела международного сотрудничества, отвечавшего за все учебные программы, Тао вручила ей документы, и после недолгой проверки мы оказались внутри.

За прошедшие годы система доступа в залы изменилась. Теперь вместо неудобной вращающейся конструкции с многочисленными дверьми в комнате были всего одни раздвижные двери. Сопровождающая коснулась их палочкой, те с легким шипением отворились, и мы вступили в помещение, где Тао собиралась проводить ритуал.

— У вас два часа, — сказала женщина. — Через два часа я приду за вами, а если вдруг закончите раньше, распишитесь на посту и укажите время. И еще, — она посмотрела на Тао. — Не увлекайтесь настолько, чтобы забыть о технике безопасности.

Двери за ней закрылись, и мы остались одни.

Перед нами был круглый зал с каменной аркой. В отличие от предыдущей комнаты, здесь всё оставалось по–прежнему: широкие ряды сидений, ступенями спускавшихся к невысокой платформе, и древнее сооружение с разодранной завесой, колыхавшейся словно от легкого ветерка.

— Проверь, — сказал я, и Тао мигом направила палочку в потолок.

— Все чисто, — констатировала она спустя несколько секунд. — Даже странно.

— Гарри, ты здесь? — спросил я, оглядываясь.

— Поверить не могу, что это происходит! — в сердцах проговорил Поттер, стягивая с себя мантию–невидимку. — Просто дежа вю какое‑то… Так и вижу заголовки: Гарри Поттер решил тряхнуть стариной! Глава аврората в мантии–невидимке вновь проникает в Отдел Тайн! Что он там забыл? Неужели новое пророчество?

— Не будет никаких заголовков. Хотя мантию, конечно, держи наготове.

— И почему надо было обязательно сюда? — продолжал Поттер, указывая на арку. — Почему не в солнечную систему или еще куда‑нибудь?

— Потому что система — модель, там нечего делать, если только не хочешь полетать. К тому же, арка — опасный артефакт; никто не будет торчать тут вместе с нами и следить, чем мы занимаемся. Как ты наверняка слышал, у нас всего два часа, так что давайте начинать.

— А где еще две двери? — спросил Поттер, оглядываясь.

— Они скрыты, — подала голос Тао, водя палочкой по сторонам. — Здесь нет воспринимающих заклятий, то есть нас не слышат и не видят, но это не означает, что заклятья с дверей можно будет снять бесшумно.

Поттер посмотрел на Тао с нескрываемым интересом, словно только что ее заметил. Вчера я отослал ему сообщение, что если он желает к нам присоединиться, пусть берет свою мантию и ждет нас неподалеку от входа в хранилище. Тао я рассказал лишь самое необходимое, хотя поняла она гораздо больше, чем было сказано вслух.

— Ты сможешь их снять? — спросил я.

— Без проблем. Но я предупредила.

— Снимай. Если кто‑то придет, я объясню. Гарри, на всякий случай приготовься надеть мантию.

Тао без труда избавилась от иллюзий, наложенных на двери, и убедившись, что это нарушение прошло незамеченным, приступила к следующей стадии плана. Покопавшись в рюкзаке, она вытащила лист бумаги с печатью ритуала; это было нечто вроде шпаргалки для сложных фигур, если маг не хотел вычерчивать их самостоятельно. Тао положила лист на пол между платформой и ступенями, отошла подальше и начала колдовать.

Бумага на краткий миг вспыхнула и сгорела, однако знак продолжал сиять, словно из‑под пола в этом месте пробивался свет. Еще несколько секунд, и печать начала расширяться, достигнув не менее полутора метров в диаметре. Белое сияние слегка поутихло, сменившись розоватым, красным, а затем — бордовым. Тао вновь полезла в рюкзак и, к моему удивлению, достала оттуда фигуру сфинкса. Сперва я решил, что она взяла его с подоконника в коттедже, однако этот сфинкс оказался меньше и темнее. Тао поставила скульптуру в центр печати, на замысловатый значок в форме треугольника с торчащими из него антеннами, и вновь подняла палочку.

Воздух на границе печати начал сгущаться, утрачивая прозрачность. Скоро по периметру медленно задвигался сероватый вихрь, все плотнее укрывавший скульптуру в центре. Я перевел взгляд на Тао, которая сосредоточилась на заклинании, шевеля губами и рисуя палочкой в воздухе едва заметные знаки, и вдруг подумал, что впервые вижу, как она колдует по–настоящему.