Линн Флевеллинг - Возвращение королевы

— Та-мир! Та-мир! Та-мир!

От этого ритмичного крика по спине Тамир пробежал холодок.

Она поднялась на стременах и отсалютовала воинам. Войско взорвалось оглушительным криком, а она пустила коня в галоп и помчалась вперед, к первым рядам колонны.

Внезапно ее охватило спокойствие, как и всегда бывало в такие минуты. «Именно для этого я и рождена».

Глава 18

До бухты они добрались к началу сумерек, и Тамир выслала вперед разведчиков, чтобы проверить, не отправил ли враг часть своих сил вперед. На горизонте виднелись несколько темных пятен.

Аркониэль подтвердил, что это вражеские корабли.

— Они должны подойти к берегу после наступления темноты, как ты и предвидела.

— Да. — Луна в третьей четверти поднималась за пленимарскими кораблями. Но в видении Тамир она стояла намного выше. — Я хочу, чтобы конница отошла на четверть мили назад. Лучники могут залечь вон там, у начала отмели. Ты можешь сказать, есть ли на кораблях маги?

— Пока не вижу никаких признаков, — ответил Аркониэль.

— Хорошо.

Тамир проехала между отрядами правого и левого флангов, переговорив с капитанами, пока солдаты наскоро подкреплялись хлебом и холодным мясом. Они не могли разжечь костры, чтобы не насторожить врага. Ночь стояла ясная, и даже самый маленький огонек был бы виден за многие мили. Группы лучников, затаившихся вдоль отмели, держали наготове горшки с горящими щепками, чтобы начать метать их во врага, когда придет время.

Всем было приказано молчать, ведь звук далеко разносится по воде. Тамир в окружении своей стражи замерла на месте, всматриваясь в темноту и напряженно прислушиваясь.

— Началось, — прошептала наконец Саруэль. — Видишь, паруса чуть поблескивают? Они идут без огней.

Волшебники видели в темноте гораздо лучше обычных людей, но вскоре и Тамир уже различила в свете луны движение парусов. А через несколько минут они услышали поскрипывание канатов и хлопанье парусины.

Первые вражеские корабли вошли в бухту, не подозревая, какая их ждет встреча, и с бортов спустили первые баркасы. На длинных лодках сидело множество гребцов, и лодки быстро заскользили к берегу.

Тамир и компаньоны стояли напротив центральной части отмели, держа наготове луки. С ними были Нианис и один из капитанов лучников. По знаку Тамир Нианис бросил несколько огненных шариков на горку сухой древесины — и вспыхнул огонь. В то же мгновение огни замелькали вдоль всего берега. Тамир усмехнулась, глянув на Ки, когда они услышали с приближавшихся лодок первые крики тревоги.

Ки подал ей стрелу с обвязанным просмоленной ветошью наконечником. Тамир подожгла стрелу и пустила ее высоко в воздух. Пленимарские баркасы уже не могли отступить, было слишком поздно. Две сотни скаланских лучников по сигналу, поданному их королевой, осыпали врага смертоносным огненным градом.

Сотни стрел осветили небо, и на воду на мгновение легли тени от вражеских лодок. Но тут же стрелы нашли свои цели — и вновь наступила тьма, наполненная криками. Последовал второй залп, за ним третий, четвертый. Крики боли, доносившиеся с воды, становились все громче.

Однако, как и предсказывал Фарин, пленимарцы не собирались сдаваться. В воздухе засвистели вражеские стрелы. Ки и другие компаньоны сомкнули щиты, прикрывая Тамир, и поймали полдюжины пленимарских стрел. Другие стрелы вонзились в землю вокруг них, глубоко погрузившись в песок.

— Аркониэль, пора! — приказала Тамир.

Волшебник сотворил черный вращающийся диск в воздухе, в нескольких ярдах перед собой; Лисичка и Ки прикрыли Тамир своими щитами, когда она посылала пылающую стрелу в его центр. Стрела исчезла, диск сжался в точку и пропал.

Мгновение спустя далекий корабль охватило огнем. Языки пламени разбегались по нему с неестественной скоростью — их подгоняли чары Саруэль.

— Получилось! — ликующе закричал Аркониэль.

Пламя стремительно поглотило мачты и разлилось по палубе. В красном зареве все увидели, как матросы покидают корабль.

Аркониэль и другие волшебники снова и снова творили чары, пока не запылали уже десять кораблей. Волшебники подожгли их в таком порядке, чтобы обрывки горящих парусов ветром донесло до соседних судов. Залив теперь был ярко освещен огромным пожаром.

Пленимарцы выпустили еще несколько залпов стрел, но не слишком дружных.

— Они бегут! — закричал дозорный, и его слова передались по рядам скаланских воинов.

Грянул воинский клич, и солдаты оглушительно заколотили по щитам, выражая презрение к врагу. Однако, когда шум затих, Тамир услышала звук рога с северного фланга, возвещающий о нападении в той стороне.

— Они все-таки высадились! — закричал Фарин. — Компаньоны, охраняйте королеву!

— Нианис, поднимай лучников, и во что бы то ни стало остановите баркасы, — приказала Тамир, — Компаньоны, за мной!

Тамир подняла кавалерию и галопом помчалась на север, чтобы встретить врага. В темноте невозможно было определить точное число пленимарцев, но в свете луны было видно, что силы врага немалые. Они встретились в полумиле к северу от бухты, всадники и пехотинцы, и боевые крики понеслись с обеих сторон.

— За Скалу и за Четверку! — закричала Тамир, бесстрашно бросаясь в атаку.

Она рубила мечом направо и налево, пробиваясь между поднятыми мечами и копьями. Миднайт по ее команде вставал на дыбы, колотя врагов стальными подковами. Боевые крики пленимарцев под ее напором сменялись истошным визгом, и горячая кровь заливала ее руки и лицо. Жар битвы охватил Тамир, отогнав все мысли о боли и усталости. Она лишь смутно осознавала, что слышит где-то позади воинственные крики Ки.

Она оглянулась и увидела, что ее знамя развевается над головами пехотинцев, а Ки и другие отчаянно рубят мечами, пробиваясь к ней.

И вдруг к Тамир потянулось множество рук, они хватали ее, тянули вниз, пытались вырвать из седла. Она рубила их мечом, насколько могла дотянуться. Миднайт фыркнул и встал на дыбы, сбив копытами тех, кто пытался перерубить ему ноги пониже конских доспехов. Тамир сжала его бедрами и схватилась левой рукой за гриву. Высокая лука седла удержала ее, не дав упасть, когда конь резко подался назад. Она дернула поводья, заставляя Миднайта опуститься, хотя и опасалась острых клинков, готовых вспороть коню живот. Кто-то схватил ее за лодыжку и попытался рывком стащить вниз.

И когда Тамир была уже почти уверена, что вот-вот упадет, человек, державший ее за ногу, внезапно разжал пальцы и упал. Укрепившись в седле, Тамир глянула вниз — и увидела в свалке бледное лицо Брата. Пленимарцы вокруг него падали замертво, не успев ничего понять; и вот уже Брат исчез.