Константин Дудков - Новый мир - новые обстоятельства

— Да, я с Вами согласна, профессор, — улыбнулась Гринграсс и, пока все взгляды были прикованы к профессору Снейпу, игриво стрельнула в того глазами, передавая мысленное сообщение: «Северус, сегодня, у тебя, как обычно, после отбоя…» Зельевар довольно хмыкнул. Дафна, удовольствовавшись достигнутым результатом, продолжила: — Мы знаем его всего два дня, знаем, что он на вражеской стороне, но уже готовы произносить хвалебные речи в его адрес.

— Уверен, что это только на Слизерине, — криво улыбнулся Забини. — Остальные факультеты, во главе с Гриффиндором, видя их взаимоотношения с Золотым Мальчиком, будут называть Поттера последними словами, как бы хорошо он к ним не относился.

— А вообще, с чего Поттер так относится к Долгопупсу? — вклинилась Стоун.

— Сегодня перед зельеварением Грейнджер мне сказала, что слышала как Уизли-номер-семь говорила, что Поттер как-то оскорбил Позолоченное Трио во главе с Мальчиком-Который-Выжил-Но-Это-Не-На-Долго, — ответила Паркинсон. — Видимо, Поттер встречался с Долгопупсом и Ко до начала учебного года и немного повздорил.

— Да, странный он какой-то, этот Поттер, — пробормотал Нотт. Все с интересом на него посмотрели. — Сами посудите! — воскликнул он и начал перечислять: — Поттер не переваривает Трио. Так же он не реагирует на Чанг, хотя та, без сомнения, та ещё штучка. — Все парни на это заявление мечтательно кивнули, а девушки — презрительно скривились. — Я конечно, не говорю, что он не той ориентации, но это странно. Далее, как мы видели, он хорошо относится к слизеринцам. Хотя я уверен, что Дамблдор успел ему прожужжать все уши про то, что на «Слизерине-де учатся будущие Тёмные Лорды». Он так же ровно относится к остальным факультетам и, как я заметил, не делает разницы между чистокровными и маглорождёнными. По этому я и делаю вывод, что он очень странный. Поттер открыто не поддерживает ни Дамблдора, ни Того-Кого-Нельзя-Называть. Он, судя по всему, довольно сильный волшебник. А то, что он змееуст, вообще ни в какие рамки не лезет!

— Поттер — змееуст?! — удивлённо воскликнули семикурсники. Снейп внешне не выказал особого удивления, только попросил рассказать поподробнее. Все опять уставились на Драко. Тот вздохнул.

— Вы помните второй курс, первое занятие Дуэльного клуба? — Все утвердительно кивнули. — Помните заклинание Серпенсортиа? — Снейп усмехнулся. Он отлично помнил змею, которую наколдовал его крестник. — Так вот, сегодня я сражался с Долгопупсом и применил тот же приём. Но только в этот раз Золотой Мальчик, вместо того, что бы заговорить на серпентарго, чуть в штаны не наложил. И профессору Поттеру пришлось самому утихомиривать змею. Он подошёл к змее и на серпентарго попросил её удалится. Ну, то, что попросил удалится — это он сам пояснил, после.

— Да уж, — крякнул Нотт. — этот Поттер — действительно тот ещё фрукт.

— Ну, и каков итоговый вердикт нашего консилиума? — насмешливо спросил Малфой, поднимаясь с кресла. — Дело в том, профессор Снейп, — начал он объяснять зельевару, — что мы не просто тут собрались перемывать косточки Поттеру. Мы решали какую линию поведения выбрать по отношению к нему.

— И что же вы решили? — поинтересовался декан Слизерина, сцепив пальцы в замок. — Какова будет ваша линия поведения?

— Я думаю, что выражу общее мнение, сказав, что профессор Поттер нам понравился, — высказался Малфой. Все одобрительно качнули головой. — Так что я считаю, что мы должны выбрать политику поддержки профессора, хотя бы в стенах Хогвартса. Даже если он и не поддерживает Тёмного лорда, то в школе он прежде всего учитель и относиться мы к нему должны как к учителю, а не теоретическому врагу. Но, конечно, мы не будем терять бдительность и забывать о войне и противоборствующих сторонах. Так что мой вердикт: положительно-нейтральное, смешанное с доверительно-осторожным отношение. Кто согласен? — Все старшекурсники без исключения подняли руки. — Вот и хорошо. В таком случае, объявляю заседание оконченным. Можете расходиться. — Он с видом Министра, закончившего речь, поклонился, но лёгкая улыбка на его губах и смешки со стороны слизеринцев говорили о многом.

— Ну ты реально крут, — уважительно похлопал по плечу Малфоя Забини. — Я, конечно, смог бы лучше, но…

— Да иди ты, — махнул Драко рукой и, рассмеявшись, пихнул локтем друга в бок.

Снейп, наблюдая за шутками и дружескими насмешками слизеринцев, думал: «Господи, они ведь ещё только дети, а их уже скоро отправят на войну. Да, они играют во взрослые игры… Но это же дети!..»

— Экспекто Патронум!

Облако пара с каждым разом становилось всё больше и больше, а период времени, на которое оно появлялось, — протяжённее. Однажды Гермионе даже показалось, что дымка стала сгущаться в какой-то смутный образ, но, стоило только девушке на секунду потерять концентрацию, она вновь развеялась. Но Гермиона не отчаивалась. Она вновь и вновь произносила «Экспекто Патронум!», пытаясь вызвать Защитника. И девушке было приятно видеть, что все её усилия не проходят даром.

Наконец, через долгое время, которое увлечённой девушке показалось одним мгновением, Гермиона, уставшая и взмокшая от напряжения, была остановлена профессором Поттером. Тот всё время её тренировок внимательно наблюдал за девушкой, временами поправляя и приободряя её.

— Отлично, Гермиона, — сказал он с тёплой улыбкой. — Ты невероятно сильная и умелая волшебница. — От похвалы девушка немного смутилась и потупила взор, но внутренне она кричала: «Да! Ура! Я молодец!» Профессор усмехнулся. — Вот только окклюменцией не владеешь. — Гермиона с ужасом поняла, что Гарри прочёл её мысли. Но тут же с негодованием воскликнула:

— Вообще-то в школе к ученикам запрещено применять легилименцию. Это противозаконно!

— Ладно, прости, — извинился профессор, но Гермиона не заметила в его голосе ни капли раскаяния. — Я что, виноват что ли, что у тебя эмоции так и зашкаливают? — оправдывался Гарри. — И вообще, со временем входит в привычку читать чужие мысли, тем более у человека, который не ставит блок. Это происходит на автомате, понимаешь?

— Ладно, ты прощён, — махнула рукой девушка и коварно улыбнулась. — Ну уж теперь-то ты уж точно обязан выучить меня окклюменции. Иначе, я подам на тебя в суд!

— Это шантаж, мисс Грейнджер! — обижено насупился Поттер. — Вы мне угрожаете?

— Я Вас предупреждаю, сэр, — усмехнулась Гермиона.

— Гермиона, тебе говорили, что ты наглый человек? — пряча улыбку за маской скорби поинтересовался профессор.

— Да. Ты сегодня что-то такое говорил, — подтвердила девушка.