Галина Ли - Призрачные дороги

Чем выше мы поднимались в горы, тем хуже становилась погода: ударил мороз, и дождь на наших глазах нарастил на склонах корку наледи. Пришлось Агаи поколдовать над лошадиными копытами, чтобы не скользили. Непогода и трата сил на сложное заклинание обернулись неприятностями: Агаи сравнялся по бледности с вампирами, его глаза потускнели.

Я подъехал к Андру:

— Далеко до вашего убежища?

Вампир покачал головой:

— Нет. С час езды, не больше.

Не успел я порадоваться такой хорошей новости, как за спиной раздались испуганный вскрик Эрхены. Сирин все-таки потерял сознание. Он упал на землю, широко раскинув руки, словно пытаясь взлететь.

Правитель нежити осторожно перевернул юношу на спину. Его лицо было залито кровью. Парень сильно поранил лоб и содрал о камни кожу на переносице, хорошо еще, нос не сломал.

Я обвел сирин внимательным взглядом и попросил Морру:

— Полечи его немного.

Девочка сначала поводила ладонями над ссадинами, сращивая плоть, а затем растерла Агаи руки. Этого хватило, чтобы он пришел в себя: щеки Агаи прямо на глазах порозовели, он растерянно моргнул и обвел нас тревожным взглядом:

— А что случилось?

Правитель нежити протянул магу мокрый платок:

— Вытрите лицо как следует и быстрее садитесь в седло.

Я поморщился — да уж… запах свежей крови взбудоражит всю окрестную нежить. Плевать, что еще светло, тяжелые тучи превратили день в настоящие сумерки.

— Быстро в седло! Поедешь с Лаланном, — отдал я короткий приказ.

Сирин безропотно его выполнил: кажется, парень здорово испугался.

Андру, в свою очередь, поманил одного из своих этернус:

— Бегом вперед. Подготовишь все к нашему приезду. Первым делом займись печкой и согрей воды.

От мысли, что скоро мы окажемся в тепле, все повеселели. Даже Агаи улыбнулся:

— Больше не свалюсь, не переживай.

Убежище вампиров повергло меня в легкую растерянность. Не ожидал я найти посреди Пустоши таких хором. Начну с того, что этернус выломали убежище прямо в гранитной скале. Как и в Сырте, его узкий вход закрывался огромным каменным кругом, который можно было откатить по желобу и заклинить камнями. Помещение состояло из двух больших залов и комнаты поменьше. Один из залов приспособили под хранилище и конюшню. В самой маленькой комнате упыри соорудили странной конструкции печь — прямоугольную и низкую, с протянутой по полу трубой, на которой можно было лежать и сидеть.

Печь меня несказанно обрадовала, хотя и удивила немало. Как-то не вязалась она с вампирами: за каким демоном кровососам тепло, если они неживые?!

Конечно, я тут же спросил об этом князя, он в ответ лишь вздохнул:

— Один из недостатков не-жизни — вечный холод: сказывается недостаток жизненной силы. Так что теплые печи мы любим не меньше людей, хотя самое надежное средство согреться для нас — это свежая кровь.

У меня вырвалось непроизвольное хмыканье — кто бы сомневался.

Я не успокоился, пока не заглянул во все углы и лари. Князь к безопасности и удобствам подходил серьезно. Временное убежище этернус могло вместить человек тридцать — не меньше. И с десять лошадей. Кроме дров для печи, в нем хранили овес, крупу и вино. Воду я обнаружил в небольшом гранитном бассейне. Я не сумел рассмотреть, откуда ее берут, но почему-то остался уверен, что не из ближайшего ручья. При склонности князя к изобретениям, он наверняка придумал систему для сбора дождя.

В общем, прогулявшись, я сделал вывод: при необходимости в подземном жилище можно с комфортом прожить всю зиму компанией из трех — четырех человек. Вампиры даже нужник предусмотрели. Кто бы еще объяснил, за каким… он нежити сдался.

В ответ на мой вопросительный взгляд, вампир негромко рассмеялся:

— Дюс, неужели вы верите байкам, что у нас нет других потребностей, кроме крови? Ну же, не разочаровывайте меня.

И словно в подтверждение его словам, один из этернус зачерпнул полную кружку воды и с жадностью выпил.

— А это-то вам зачем? — не сдержал я удивления.

Андру улыбнулся:

— Помните сказку о злом колдуне, которого держали в подземелье? И которого нельзя было поить?

Великий Ирия…. Этот пройдоха когда-нибудь научится прямо отвечать? Или эта черта характер, неотделимая от титула? Почему именно люди, стоящие у власти, любят отвечать на вопрос вопросом? Ограниченный запас ответов у них, что ли? Или — правды ограниченный запас? Но привычка Андру сбивать собеседника с толку — это, пожалуй, уже на пределе человеческого терпения…

Поняв, что я не раскрою рта, вампир продолжил:

— Уверен, что помните. Думаю, ее писали о вампире. Ведь мы не умираем без воды, но постепенно усыхаем… становясь похожими на хинжуйские мумии. Но сил действительно становится меньше.

— Усыхание без воды вы тоже на себе проверяли?

Князь невозмутимо кивнул:

— Конечно. Я просто был обязан изучить достоинства и недостатки нового тела. Кстати, без воздуха мы тоже можем… существовать.

В ответ я хмыкнул:

— Ну еще бы. В жизни еще не слышал о вампире-утопленнике. Исключительно лишь об утопленниках-упырях.

Тут Андру не выдержал и рассмеялся:

— Вот что мне всегда в вас нравилось, Дюс, так это склонность шутить в любой ситуации.

Я? Шутить? Даже не думал.

Пока женщины возились с ужином, мы с Рисом накормили и почистили лошадей, уделив их копытам особое внимание. Степные лошадки, непривыкшие к жестким камням и щебню, могли поранить ноги. Поэтому стоило степи смениться на предгорья, животным обмотали копыта широкими полосками кожи, да еще Агаи немного поколдовал. Так что наши кони не захромали. Замечательно, когда в отряде есть хоть один маг, даже если он полудохлая бестолочь.

Я засыпал в торбы овса и похлопал свою кобылу по шее.

— Надеюсь, ты не околеешь хотя бы до замка вампиров.

Лошадь в ответ лишь всхрапнула. Хорошо, что животные не умеют предчувствовать свое будущее, иначе даже самая последняя доходяга с живодерни не подпустила бы меня ближе чем на версту. Еще пара таких потерь, и за Дюсом Лироем укрепится кличка: демон "Лошадиная смерть". Интересно, такой есть в длинном списке Агаи?

Во время ужина в полой мере удалось оценить все преимущества странной печки — я мгновенно согрелся, а плащи, разложенные на просушку, успели высохнуть прежде, чем мы устроились спать. Да и сама "постель" получилась удобной — вампиры хранили в запасниках козьи шкуры, пушистые и белые, как снег. Хотя если учесть, что я вторые сутки без сна… то для меня сейчас и холодный камень что перина.

Но прежде чем прислонить голову к подушке, я проследил за тем, чтобы Морру положили рядом с Агаи. Он меня беспокоил. За ужином сирин притронулся к еде только после того, как я приказал. Правда, потом, не заметив, уплел целую плошку похлебки, да и от второй не отказался.