Danielle Collinerouge - Гарри Поттер и Враг Сокола

— Я знаю, — спокойно улыбнулся Гарри, — поэтому и не хочу быть капитаном.

— А Джинни будет теперь загонщиком, она давно хотела, но у нас не было ловца, а теперь вот есть, — Рон счастливо вздохнул и этим же вечером назначил дату и время первой тренировки.

Гарри и Гермиона старались видеться с маленьким Сириусом. Пока Тонкс давала уроки, с её сыном сидел Добби. Все свое свободное время молодая волшебница уделяла малышу. А ещё, Гарри это видел благодаря блокологии, Нимфадора часто виделась с Люпином. Вечерами, когда Гарри еще трудился над домашними заданиями, Гермиона вязала шапочки, кофточки и штанишки для Сириуса.

— А что ж больше не вяжешь для эльфов? — не удержался от ехидного вопроса Рон.

— Если бы этих бедняг можно было так просто освободить, — ответила девушка. — Я разговаривала с Добби, и поняла, что эльфы слишком долго находились в рабском положении, они привыкли прислуживать и боятся потерять своих хозяев.

— Ушам не верю, ты решила бросить эту глупую затею?! — обрадовался Рон.

— Я решила поменять методы борьбы, — слегка повысила голос Гермиона. — Отношение к эльфам должны изменить сами волшебники! Я продолжаю работать над книгой «Хотят ли эльфы быть рабами».

Гарри оторвался от своего реферата по волшебному праву и очень выразительно посмотрел на покатывающегося от смеха Рона. Залепить ему подзатыльник, что ли, пользуясь своими знаниями по высшей магии? Видит же, что у Гермионы пунктик на эльфах, так нет же, надо достать человека!

— Тебе делать больше нечего? — хихикал Рон. — Занялась бы более приятными вещами, а то пока напишешь про своих рабов, Гарри уведет какая-нибудь фифа-шестикурсница. У него после выхода интервью столько поклонниц завелось, так что будь начеку!

Гермиона обиженно поджала губы и ревниво посмотрела на Гарри. Тот, слегка смутившись, сделал вид, что сильно задумался над рефератом. Ну, это Рон уже перегнул. Подумаешь, эльфы! О них просто не надо говорить. Зато на один пунктик Гермионы масса разных достоинств приходится: кто домашние проверит лучше, чем она, а кто ненавязчиво проследит за тем, чтобы все было выучено, мантии отданы в стирку, носки не воняли, очки не были покрыты грязными пятнами и следами от пальцев? Впрочем, это все ерунда (ведь до шестого курса с этими обязанностями справлялся как-то сам), самое главное, что её никто не заменит в комнате за рыцарем сэром Кэдоганом. О, только она знает и чувствует, как что надо делать. Да и просто спать, прижавшись к ней во сне под теплым одеялом — сплошное удовольствие. А Рон про какую-то дурацкую брошюрку шутит, балбес! Вязала Гермиона с применением магии очень быстро, и поэтому едва ли не каждый день маленький Сириус получал обновки. К тому же вещи, подаренные Гермионой, были куда наряднее и разнообразнее сничевой одежды Добби.

— Маленький модник, — ласково приговаривала девушка, надевая на Сириуса шапочку с разноцветными помпончиками. — Смотри-ка, Гарри, ему нравится!

Малыш улыбался и изо всех сил пытался рассмотреть, что такое симпатичное на него надели. Гарри прикасался волшебной палочкой к игрушкам, и они меняли цвет. Сириус, тихонько сопя, разглядывал последствия магии. Тонкс, заваленная рефератами, сидела в учительской и мысленно благодарила Гарри и Гермиону за то, что играют с её ребенком. Гарри чувствовал, что очень сильно привязался к своему маленькому крестнику, умеющему делать уши, как у Добби. Иногда Гарри видел Люпина. Он появлялся у Тонкс через камин, но поскольку многие в школе знали, что Ремус — оборотень, то его появление не афишировалось.

— Пойдем к озеру, — предложила Гермиона Гарри, усаживая Сириуса в волшебную коляску. — Погода чудесная. Пока барсучок будет спать, можно поучить уроки.

Они пришли под свой любимый вяз, под которым уже давно устроился Рон.

— Вы с малым? — небрежно спросил он, выглянув из-за книги.

— Да, — ответила Гермиона и строго добавила, — тебе не нравится Сириус?

— Нет, он прикольный. Просто я не люблю детей вообще.

— Очень жаль, — Гермиона достала из коляски ребенка.

— Ты одна в семье была, вот и люби детей. А нас семеро росло! — сказал Рон и кисло пронаблюдал за тем, как Гермиона начала тетешкать малыша.

— Что, Поттеры, зарабатываете себе баллы на экзамены? — насмешливо-лениво протянул голос Малфоя. — Любимчики Нимфы, свои в доску, а эта разноцветная курица и рада, что спихнула своего байстрюка двум дуракам.

— Ты не смеешь так говорить про профессора Тонкс! — гневно вскрикнула Гермиона.

Лицо Гарри напряглось. Рон вскочил.

— А что неправильного я сказал? — невинно спросил Малфой. — Никто не заставляет нашу Нимфу менять свои перья на голове по пять раз на день. Или вы обиделись за байстрюка? Так это правда. Профессорша наша не замужем, а ребенок у неё родился? С чего бы это? Уж не от рождающего ли заклинания?

— Тебе до этого не должно быть никакого дела, Малфой! — процедила Гермиона, дрожа от гнева и возмущения.

— Я с тебя баллы сниму за оскорбление преподавателя! — прорычал Рон.

— Ну, конечно, что же ещё можно было от тебя услышать, Уизли, — Драко растянулся в нехорошей улыбке. — Только это ты и умеешь делать — баллы снимать. Побеги ещё и расскажи директору!

— Какой же ты мерзавец! — Гермиона брезгливо скривилась. — Ведь профессор Тонкс — твоя родственница!

— В нашем роду нет поганых грязнокровок, — веско ответил Малфой. — Все нормальные женщины выходят замуж, а не рожают от кого попало. Кстати, вы случайно не знаете, кто отец этого маленького генетического урода? Может, ты, Поттер, постарался? Что-то он на тебя похож своими черными патлами.

Гарри резко повернулся к Драко и, прежде чем Рон успел крикнуть про 10 баллов со Слизерина, невидимая рука схватила Малфоя и швырнула в озеро. Гермиона и Рон громко рассмеялись. Отплевывающийся Драко под удивленные возгласы других школьников и улюлюканье гриффиндорцев, вылезал из озера. Гарри едва сдерживал улыбку.

Глава 17. Черная жизнь Сириуса Блека

Если не считать уроков по зельям и нескольких незначительных стычек с Малфоем, первые дни учебы прошли настолько спокойно и хорошо, что Гарри даже насторожился. Беда не заставила себя долго ждать. Однажды утром в Общий зал влетела огромная стая сов с «Волшебным голосом правды». Ученики с интересом погрузились в чтение, потому что первую страницу украшала огромная фотография Сириуса Блека с надписью «Видели ли вы этого волшебника». Эта была та самая фотография, которую разослали по всему волшебному миру, когда Гарри учился ещё на третьем курсе, а Министерство Магии охотилось на сбежавшего узника Азкабана.