Лиш МакБрайд - Некромант, держи меня ближе (ЛП)

— Скажем так, некоторые вещи всплыли на поверхность, — не думаю, что я держал произошедшее в секрете ради расплаты, но времени на разборки у меня не было. Кроме того, она будет переживать.

— Сэм, — она остановилась, когда увидела выражение моего лица. — Ладно. Думаю, ты не должен мне ничего объяснять.

— Позже.

— Справедливо, — она стряхнула лишнюю воду с пальцев. — Пообещай, что позаботишься о Брук?

— Уже начал.

Я протянул ей свое полотенце, чтобы она вытерла руки. Возле выключателя мы прикоснулись пальцами, и я почувствовал, как открылось мое видение точно так же, как и в парке. После того как Дуглас научил меня, я не могу остановиться. Все произошло на автомате. Разница в том, что в парке я закрыл глаза и постарался открыть видение. Но в этот раз все было намного проще. Возможно, потому что я дотронулся до нее, или же потому что сейчас она была эмоциональной. В любом случае, ощущение, будто в моей голове бешено работала Rolodex [30]. Она безумно вращалась, пока не остановилась. На этой странице я увидел многое. Я знал, что мама была ведьмой, и я понимал, что это означает. По зеленому и коричневому цвету я смог предположить, что ее специализацией была магия земли. Я почувствовал, как ее эмоции наполнили меня: облегчение из-за того, что все рассказала, беспокойство о моей реакции, любовь ко мне и Хейли, печаль.

Больше всего меня удивил ее страх. Я уставился на нее и отдернул руку.

— Ты боишься меня.

— Сэм...

— Не надо. Я видел это. Ты боишься меня и того на что я способен, — от мысли, что моя мама, единственный человек, который должен безоговорочно любить меня, может бояться меня, мне стало плохо. Я отступил назад. — Пожалуйста, — сказал я. — Пожалуйста, не спорь.

Она вытерла руки и повесила полотенце на печку.

— Мощный некромант может воскрешать из мертвых. Он может считывать душу, как только что сделал ты. Я слышала, что некоторые из них даже могут влиять на дух человека и заставлять людей делать то, чего они не хотят. Если это не наводит страха, Самайан, тогда я не знаю, что может.

Я покачал головой. То, что она сказала, звучало страшно, но я не смог полностью согласиться с ней.

— Я родился таким. Ты всегда говорила, что никто не рождается плохим. Как дар, данный мне природой, может быть злым? Видеть мертвецов странно, но...

— Я не имела в виду только мертвецов: я также упомянула и душу, — я увидел, как в ее глазах отразилась жалость, когда она посмотрела на меня. — Некоторые расы более скрытные, чем другие. Делают они это из-за страха преследования или из-за желания сохранить семейные тайны, я не знаю. Думаю, у нас всех есть секреты. Некоторые неизвестны из-за их редкости, — она вздохнула. — Некроманты относятся ко всем этим категориям сразу: скрытные, боящиеся преследований и редкостные. Я видела, на что способны вы с Ником, думаю, некроманты имеют связь не только с мертвецами. У вас также есть связь с человеческой душой. В противном случае, разве Ник смог бы прочесть меня, когда мы встретились? — она, было, потянулась ко мне, но остановилась, затем разгладила мои волосы, как делала это в детстве. — Я не тебя боюсь, Сэм. Но я верю в то, что сила внутри тебя стоит моего страха.

Ее страх захлестнул меня холодной волной, и я понял. Она боялась, что сила может навредить мне, что она выйдет из-под моего контроля. Возможно, кто-то сможет воспользоваться мной ради зла. Впервые я испугался той штуки внутри меня.

Я уставился на пол, чувствуя, как потяжелело у меня в груди

— Знаешь, ты всегда колебалась, прежде чем прикоснуться ко мне? — мама начала было что-то говорить, но я перебил ее. — Еще когда я был ребенком. Я думал, что просто дело в тебе, но потом родилась Хейли, — у меня пересохло в горле, но я продолжил. — Ты никогда не сомневалась, когда дело касалось Хейли. Я всегда думал, что это из-за того, что я напоминал тебе Кевина. Что я унаследовал от Хатфилдов слишком многое, — я засмеялся, и смех прозвучал болезненно. — Я никогда ни в чем не был настолько прав и неправ одновременно.

— Сэм.

— Нет, — сказал я. Я не поднимал взгляда с пола. Все внутри у меня сжалось, а глаза жгло. Прямо сейчас я ничего не хотел слышать, даже извинения.

Мама попыталась обнять меня, и мне хотелось позволить ей. Я до боли хотел также обнять ее в ответ. Мама с Хейли были моей единственной семьей, а когда у вас так мало ценного в жизни, вы держитесь за это изо всех сил. Я ненавидел ссориться с ними. Но как только мама прикоснулась ко мне, я почувствовал ее страх и беспокойство. Это было похоже на удар под дых. Я отпрянул назад, задыхаясь от тошноты и боли. Мама снова потянулась ко мне.

— Нет, — выдавил я. — Не надо. Господи, не надо.

Я соскользнул на пол и попытался сдержать себя. Мне хотелось свернуться в клубок, все же мне удалось усидеть прямо.

Мама стояла надо мной, не уверенная в том, что нужно делать.

— Я не могу не бояться этого, — сказала она.

— Просто уходи, — прошептал я. — Оставь меня в покое.

Я никогда в жизни не хотел так сильно остаться одному. В детстве я много раз чувствовал себя изолированным, будучи единственным мальчиком в семье. А то, что твой биологический отец не проявляет никакого интереса к тебе, только укрепляет твои чувства. Так что я частенько чувствовал себя одиноким. Но теперь мне впервые захотелось этого.

— Мне жаль, — сказала она.

— Я знаю, — я тоже так считал. Я с трудом сглотнул. Все мое тело дрожало. Я съежился и положил голову на колени.

Она отстранилась от меня.

— Ты все еще злишься на меня?

— Просто уходи! — выкрикнул я, но даже это показалось мне сдержанным. Мне хотелось выть во все горло.

Она на мгновение наклонилась надо мной. Когда она ушла, я услышал ее шепот:

— Я не хотела, чтобы все так вышло, — затем я услышал звук закрывающейся двери.

Свернувшись в клубок, я продолжил дрожать всем телом, пока не вошел Рамон и не сказал, что пора уходить. Он поднял меня с пола, а я заставил его подождать снаружи, пока не умыл лицо холодной водой. Вытираясь полотенцем, я посмотрел на свое отражение в темном окне. Я не был похож на себя. Но опять-таки я уже не знал, кем я был. Я прикоснулся головой к прохладному стеклу и попытался стать нормальным. Мне хотелось смеяться. Как, черт возьми, я смогу стать нормальным теперь?

Я бросил полотенце на столешницу и ушел.

Рамон попрощался за меня. Он вышел из дома, держа в руках еду, мои новые джинсы, которые для меня подобрала мама, и коробку с травяным чаем и разными штуками, которые могут помочь заснуть. Во мне возросло чувство вины. Я сказал Рамону, что у меня вряд ли будет время на сон, но он настоял на том, что если я не буду отдыхать, то буду бесполезным.