Антон Соловьев - Восставший против Неба

Оратор остановился на полуслове, когда дверь открылась и в Зал Советов, ничуть не стесняясь, вошёл ренегат. Фиолетовый балахон, бритая голова. И главное — Сила… Сила Неба. Не было никаких сомнений, что это именно ренегат, а не пожелавший разыграть своих коллег какой-нибудь излишне остроумный посвящённый.

На некоторое время в зале воцарилась гробовая тишина.

— Не помешаю? — довольно спокойно осведомился ренегат и улыбнулся.

— Святотатство! Как ты посмел войти в зал? — раздался голос кого-то из посвящённых, и тут же по залу разнёсся гул многих голосов. — Вон отсюда, прихвостень Неба!

Оратор, стоящий на подиуме, наконец-то сориентировался и, подняв руку вверх, призвал остальных к спокойствию.

— Здесь идёт совещание высших посвящённых, и мы попросили бы вас покинуть зал, — стараясь говорить как можно спокойнее, сказал стоящий на подиуме. С ренегатами не стоило ссориться. Пока не стоило.

— Братья посвящённые, я несу к вам слово мира.

Продолжая улыбаться, ренегат сделал несколько уверенных шагов в сторону подиума.

— Сын Неба тебе брат, — раздался тот же голос, что обвинял вошедшего в зал ренегата в святотатстве.

— Он нам всем брат и отец. — Лицо ренегата сделалось серьёзным. — Так я могу донести до вас слово мира?

— Я всё-таки попросил бы вас удалиться, — сказал посвящённый с подиума, чуть повысив голос. — Отрекшись от своего круга, вы теперь не имеете права говорить среди посвящённых.

— Право? — усмехнулся ренегат. — Право — понятие субъективное. А вы, братья, посмотрите в окна для начала.

Некоторые особо любопытные посвящённые тут же подошли к окнам. Улица перед зданием, где заседали посвящённые, была заполнена людьми в фиолетовых балахонах. Слуг Неба среди них не было. Но то, что ренегаты действуют при поддержке, а возможно, даже и по прямому указанию Сына Неба, было и так понятно.

— Итак, вы видите, — выдержав паузу, продолжил ренегат, — что силы Совета и силы ренегатов, собравшихся около здания, а смею заверить вас, что здесь собрались лучше из лучших, не равны.

— И что вы хотите от нас? — спросил кто-то из членов Совета в абсолютной Тишине.

Ренегат смерил взглядом посвящённых. Никто из присутствующих здесь не знал, что он является первым помощником главы всех посвящённых Небу. Тем лучше. Да и какая, собственно, разница? На его глазах эта кучка надменных людей превратилась в блеющее стадо баранов. Сила. Для посвящённых она является главным мерилом всего. И посвящённые круга тени и круга света прекрасно знали, что за ренегатами реальная Сила, а за ними лишь тень былого могущества. Всего лишь тень.

— Я же сказал, что принёс к вам слово мира от ваших братьев. Время настало. Братья, в отличие от глупой черни мы все знаем, что Небо было не всегда. Были и иные времена. Но те времена давно прошли. Таков неумолимый ход истории. Наш большой и прекрасный остров — это центр всего Мира. Здесь родился и проповедовал Ранде, первый Сын Неба, здесь зародилась новая вера. Вера во всемогущее Небо. Отсюда она распространилась на север и восток, на юг и на запад, на Северные острова и на Большую землю. Но остров — это и место, где наиболее сильно влияние посвящённых…

— Ближе к делу!

Ренегат тут же отметил, что это тот самый человек, который так нехорошо обозвал его в самом начале. Надо запомнить эту противную рожу в чёрном балахоне.

— Вы нетерпеливы, братья!

— Будешь тут нетерпелив, когда сидишь в окружении! — нисколько не стесняясь столь шаткого положения, продолжил посвящённый.

— Так вот. Остров — это центр. А вы, подобно острову, — центр, сосредоточие всей Силы, всего могущества, накопленного веками опыта посвящённых. Но — время света и тени прошло. И не мне говорить, что могущество этих двух начал угасает с каждым днём. На что вы способны? На что? Сможете ли вы, подобно легендарным отцам-основателям, лишь силой мысли сокрушить крепостные стены? Можете ли вы переносить своё тело через весь остров и за его пределы? У вас теперь едва хватает Силы, чтобы поддерживать своё долголетие. Да и то… Разве сравнится теперь ваша жизнь с жизнью отцов-основателей? На все эти вопросы существует только один ответ — НЕТ! Да, Силы света и тени безвозвратно ушли из нашего мира. Но есть Сила Неба. И эта Сила даёт гораздо большее могущество. Да, да, поверьте мне, братья. Несоизмеримо большее.

— Ты что, предлагаешь нам в ренегаты перейти?

Это был все тот же неугомонный посвящённый.

— Да. Я предлагаю сделать это прямо здесь и сейчас.

— Возможно, что нам понадобится время на размышление, — наконец-то нашёл в себе силы хоть что-то ещё сказать продолжавший стоять на подиуме посвящённый.

— У вас было достаточно времени, чтобы сделать выбор. И, поверьте мне, не худшие из посвящённых его уже давно сделали. Они находятся в этом зале. Посвящённый Небу Тараиниус, посвящённый Небу Лараниус, посвящённый Небу Калариус.

— Ах вы, подонки! — воскликнул все тот же возмущённый голос. — Вы ещё смели в Совет входить после этого! Брейте головы и бороды и вон отсюда!

— Успокойтесь, почтеннейший, как вас там…

— Иеронимус, посвящённый круга тени.

Он, похоже, был единственным, кто в сложившейся ситуации не потерял от удивления дара речи.

— Так вот, почтеннейший Иеронимус. Бороды и волосы брить теперь не обязательно. Даже структуры ваших орденов и школ останутся прежними. Изменится только одно: вы будете служить Небу, а за это пользоваться его безграничной властью и, главное, Силой.

— Продаться Небу? Да ты что? Спятил? Что же с нами будет после смерти?

— Да, собственно, то, что и со всеми остальными. Мы все когда-нибудь сольёмся с великим Небом. Но вы, благодаря служению Небу, сможете намного дольше задержаться на земле.

— А если мы не захотим? — продолжал буйствовать Иеронимус.

— Тогда вы поступите весьма необдуманно. Ну, смелее, братья. И прошу внимательно посмотреть на меня, прежде чем окончательно принять решение.

Ренегат усмехнулся. Да, посмотреть было на что.

Сейчас ренегаты, стоящие вокруг здания, на время объединили все свои усилия и передали все свою Силу ему. Одного, едва заметного движения ему бы хватило, чтобы в буквальном смысле размазать по стенке любого, кто решился бы сопротивляться. И посвящённые круга света и тени прекрасно видели эту огромную, неимоверную мощь. Видели и ощущали настолько хорошо, что даже демонстрация Силы была бы излишней.

— Я Оренариус, посвящённый круга света, приношу клятву служить Небу.

«Вот и первый доброволец, — усмехнулся про себя ренегат. — Однако же быстро они сдались. Хотя к чему ломать комедию? Или смерть, или клятва Небу. А о том, что нас ждёт после смерти, я уже им напомнил».