Терри Брукс - Дети Армагеддона

Она сидела, нежась в неярких лучах утреннего солнышка, спиной к зданию. Потом запрокинула голову, чтобы посмотреть, как в просветах между тучами, словно призрачные ленточки, появляются и исчезают тоненькие полоски голубого неба. И тут появилась маленькая девочка. Только что ее не было, и вот она стоит перед зданием напротив Совы и разглядывает ее. Сова так удивилась, что на мгновение оглянулась.

Потом она окликнула девочку.

— Как тебя зовут?

Девчушка не ответила. Она продолжала пристально рассматривать Сову. Она была крошечная и такая худенькая, что, казалось, ее могло унести порывом ветра. Ее одежда висела клочьями, а лицо перепачкалось грязью. Девочка была такая маленькая, оборванная и странная, что Сова не очень понимала, как к ней подступиться.

Она решила попробовать и медленно подкатилась поближе, давая девочке время на раздумье, стараясь не делать резких движений, чтобы не напугать ребенка. Но девчушка не двинулась с места.

Сова подъехала на расстояние десяти футов и остановилась.

— С тобой все в порядке?

— Я хочу есть, — заговорила малышка.

Сова не могла предложить девочке настоящей еды. Она полезла в карман, вытащила оттуда комочек слипшихся леденцов и протянула ей. Девчушка посмотрела на леденцы, но с места не сошла.

— Ну, ты можешь это взять, — сказала Сова. — Это леденец.

Взгляд малышки переместился на руку Совы, ее изумительные голубые глаза полностью гармонировали с копной густых рыжих волос и кожей фарфорового оттенка, такой бледной, что, казалось, ребенок никогда не видел солнечного света. Вообще-то такие дети сейчас встречались, но и с учетом этого малышка, появившаяся перед Совой, была ни на кого не похожа.

Сова откинулась в инвалидном кресле и сложила руки на коленях.

— Я не могу ходить, поэтому я не могу принести тебе леденец. И я не могу кинуть его, потому что он упадет и расколется на мелкие крошки. Но ты можешь подойти и взять его. Хочешь?

Нет ответа. Малышка по-прежнему стояла, уставясь на Сову. Потом внезапно она передумала. Девочка подошла к Сове и взяла леденец, понюхала и положила в рот. Потом немного пососала и улыбнулась. Это была самая ослепительная улыбка, которую Сова когда-либо видела. Она улыбнулась в ответ, радуясь, что сумела сделать что-то хорошее для девочки.

— Ты скажешь мне, как тебя зовут? — снова спросила она.

Малышка кивнула.

— Сара.

— Ну, Сара, что ты делаешь здесь совсем одна?

Девчушка пожала плечами.

— Где твои родители?

Она снова пожала плечами.

— А где твой дом?

— У меня нет дома.

— И папы с мамой?

Сара покачала головой.

— А братья и сестры?

Еще одно отрицательное движение рыжей головки.

— Ты совсем одна?

Маленькая девочка обхватила себя руками, и губы ее дрогнули.

— Обычно одна.

Сова не была уверена, что вполне поняла последний ответ, так же как и Ястреб, для которого позже этот диалог повторили. Ястреб появился вместе с Тессой и обнаружил Сову в инвалидном кресле и сидящую перед ней на мостовой Сару, которая сосредоточенно слушала, как Сова рассказывает еще одну историю про детей и мальчика, который их вел. С первого взгляда было ясно, что этих двоих связывают неразрывные узы и что малышка принята в семью.

Но по прошествии некоторого времени, проведенного Сарой в их подземном доме, Призраки поняли: в девочке есть нечто, сильно отличающее ее от остальных. Она все время видела сны и часто пробуждалась от кошмаров, немо трясясь и вздрагивая. Они спрашивали ее, что случилось, но Сара никогда не рассказывала. Иногда она отказывалась заходить в некоторые места, особенно темные и закрытые. Им она тоже не позволяла входить туда, впадая в такие приступы истерики, что гораздо легче было позволить ей поступать по-своему. Ни Сова, ни Ястреб не могли выяснить, в чем дело, но догадывались, что это важно.

Потом в один из дней Сова вместе с Сарой остались вдвоем в центре площади Первопроходцев, разбирая собранные в бункере контейнеры, которые Медведь волок сюда за несколько кварталов. Медведь сейчас был далеко, но в пределах видимости. Ястреб и Воробышек ушли куда-то в центр города на поиски припасов. Сова не обращала особого внимания на то, что творится вокруг нее, сосредоточившись на ручной работе, и вдруг внезапно Сара зашипела, как будто ее ошпарили кипятком, схватилась за спинку кресла Совы и быстро затолкала его в глубь здания. Сова только попыталась спросить, что происходит, но маленькая ладошка зажала ей рот, и девочка прошептала:

— Хрипуны!

Секунды спустя они появились. Трое ходячих мертвецов выскользнули из переулка, кидая злобные взгляды направо и налево, пересекли площадь и ушли вниз по улице. Поскольку Сара спрятала Сову, их не заметили. Сова обняла малышку за плечи. Как она узнала о Хрипунах? Сара потрясла головой, отказываясь говорить, но на этот раз Сова настаивала, говоря, что все в порядке, но она должна знать, потому что это важно.

Девчушка сказала, что это были голоса.

Она сказала, что эти голоса у нее в голове. Они приходят к ней во сне и наяву, предупреждая об опасности. Они всегда там, всегда наблюдают за ней.

Сова не поняла. Значит, у Сары есть голоса, которые говорят с нею, которые могут сказать, когда ей угрожает опасность? Маленькая девочка кивнула, внезапно застыдившись. Сова все еще не понимала. Почему она не рассказала об этом другим членам семьи? Почему скрывала это?

И тогда Сара сказала, что некоторые люди не верили в ее голоса, некоторые думали, что голоса плохие. Из-за чего она, Сара, в свою очередь, стала плохой, а она не хочет быть плохой. Но она ничего не может поделать с тем, что слышит голоса и верит им. И с тем, что некоторые люди не послушались голосов и умерли.

Как ее мама и папа.

Сова на время оставила девочку в покое, но позже рассказала эту историю Ястребу. Они отвели Сару в сторону и сказали, что голоса очень важны и она должна всегда рассказывать им, что говорили голоса. Голоса вовсе не плохие, и Сара тоже. Оба стараются помочь, а плохим можно быть, только если помочь не стараешься.

Сначала Ястреб сам был не слишком уверен, что верит в голоса. Но после нескольких месяцев наблюдения за Сарой он изменил мнение, особенно после того, как стал брать ее в экспедиции за припасами. Она несколько раз предупреждала его о невидимой опасности, спасая не только Ястреба, но и всех остальных. Рационального объяснения тому, как она видит это или откуда приходят голоса, не было, но факт оставался фактом. Саре дали другое имя — Свеча, и она освещала их путь в самых темных местах.