Никос Зервас - Кадеты Точка Ру

– Я же видела его в таганской школе во время захвата заложников!

Вот ещё новость. Как Сарра попала в школу на Таганке? Почему она видела Петю среди заложников, а Петя её нет? Ведь он узнал бы рыжую Сарру из тысячи, разве такое забывается?

Вот и опять время удивляться. Всё дело в том, что обожаемая Неллечкой Буборц учительница Стелла Яновна и помощница Фоста – одно лицо, Сарра Цельс. Вот только узнать её теперь невозможно.

Из тоненькой с рыжими косичками девушки Сарра превратилась в солидную располневшую даму, брюнетку с короткой стрижкой и густой чёлкой, почти закрывающей лоб. Переметнувшись к колдунам, она поставила крест на своей карьере российской разведчицы и возвратиться в Россию уже не могла.

Зато она со свойственной ей наглостью принялась осваивать смежную специальность колдуньи. Учителя были прекрасные. Фост лично по вечерам занимался с Саррой, и вскоре она стала любимой его ученицей. Какие способности! Какой талант! И вновь избранный генеральный секретарь Всемирной Ассоциации культурных проблем при ООН, не раздумывая, назначает новоиспечённую колдунью своим личным секретарём. Внешность сменить оказалось проще простого. Была худенькая – стала упитанная. Была совсем девочка – стала солидная дама. Для колдунов это семечки.

Она возвращается в ненавистную ей Россию в новом качестве. Леонард Рябиновский замолвил за неё словечко директрисе школы, в которой он учился, Нонне Семёновне Гантелиной. И вот уже Стелла Яновна – преподаватель всемирной истории культуры и руководитель кружка юных волшебников. Её обожают девчонки-старшеклассницы, своя в доску, крутая, доступная. Вот и террористов не испугалась, держалась уверенно, смело, никаких истерик и слёз.

– Напрасно ты помешала кавказцам его прикончить, – брезгливо поморщился Фост, рассматривая вместе с Саррой фотографию Петруши.

– Хотелось заполучить негодяя живым, – быстро ответила Сарра. – Я попросила Лео, чтобы кавказцы взяли этого кадета в качестве второго заложника. Они послушались, потащили его в вертолёт – всё шло отлично! Кто знал, что кавказцы не справятся.

Она обернулась к Уроцкому:

– А Вы, Артемий, когда вернётесь в редакцию, изучите повнимательнее букетик. Сдаётся мне, среди цветов они спрятали микрофон. Чтобы прослушивать Ваши разговоры в офисе.

– Эти русские мальчики меня утомляют, – лениво сказал Фост, оборачиваясь к Лебедзинскому. – Делайте что хотите, чтобы через пару часов отморозок был на мушке.

Лебедзинский нахмурился и засопел, набирая цифровые комбинации на телефоне.

Мальчишку нашли мгновенно.

Петя Тихогромов шёл по заснеженной улице в чёрной суворовской шинели, в тёплой зимней шапке. Шёл не спеша, напевая и поглядывая по сторонам.

Молодая, но уже опытная сотрудница службы безопасности «Лямбда-банка» по имени Маргарита двигалась по другой стороне улицы. Маргарита знала о Петруше почти всё, включая дату рождения, группу крови и девичью фамилию мамы.

Петруша не знал о Маргарите ничего. Более того, он не замечал, что симпатичная девушка весьма интересуется его скромной персоной. Петруша, как боевой медвежонок, мотал головой, и ветер трепал завязки на мохнатой шапке, и было Петруше весело идти в этот чудесный московский вечер, когда снежинки ласково тычутся в лицо и за Москвой-рекой теплеют маковки церквей.

Маргарита ненавидела этого идиота в шинели. Ей было в принципе непонятно, куда он прётся на ночь глядя, заходя в магазины и совершая необъяснимые покупки. В супермаркете несовершеннолетний кретин приобрёл пакет сахарного песку, в магазине «Живые цветы» – мешок калиевых удобрений, в хозяйственном – баллон серебряной краски…

На углу Варварки объект остановился у машины, припаркованной возле дорогого магазина. Машина была с дипломатическими номерами, мальчишка разглядывал её минуты две. Потом слепил снежок и запустил в дерево. Потом достал чёрный фломастер и, воровато оглянувшись, подрисовал мужику на рекламе мушкетёрские усики. Пошёл дальше.

Маргарита надеялась, что кретин спустится в подземный переход и выйдет к Маросейке. На Маросейке припаркован неприметный серый фургончик, а в нём поджидал напарник Маргариты, который должен провожать этого олуха дальше. А Маргарита сядет в тёплую машину, включит музыку и выпьет кофе из термоса. «Ну пожалуйста, олух, сваливай на Маросейку, – умоляюще бормотала Маргарита.

К сожалению, олух не пошёл в подземный переход. Он протопал к памятнику героям Плевны – маленькой пирамиде, похожей на индейский вигвам и увенчанной крестом. Сунул монетку нищей горбатой старухе и принялся расхаживать вокруг памятника.

Агент остановилась неподалёку, делая вид что разговаривает по мобильному телефону. Мимо проплыл роскошный розовый лимузин, весь в лампочках, в окне мелькнуло личико поп-звезды.

Всего-то на пару секунд и отвлеклась Маргарита, провожая взглядом лимузин. А когда взгляд её вернулся к памятнику героям Плевны … мальчика там не было.

Маргарита вздрогнула, матерно выругалась и заметалась по пятачку среди припаркованных автомашин: что за наваждение?! Площадка вокруг памятника была пуста. За две секунды эта кадетская скотина не могла добежать ни до ближайших кустов, ни до лестницы, ведущей в подземный переход! Куда подевался? Растаял в воздухе?!

Она упустила его.

Через пять минут Миша Лебедзинский, округляя глаза, докладывал Колферу Фосту, что проклятый мальчишка «исчез, словно под землю провалился».

– Уверяю, у нас лучшая служба безопасности! – виновато тараторил банкир, и тучное сердце его замирало от страха. Колфер Фост слушал, темнея лицом.

– У меня лучшие сотрудники, – волновался Миша. – Они не могли упустить мальчишку по невнимательности. Здесь что-то особенное! Клянусь, я не понимаю.

Он немного помолчал и добавил неуверенно:

– Может быть, это магия? Мальчишка ушёл в параллельную реальность?

Глава 3. Осаждённая Плевна

Итак, куда делся Копейкин, неизвестно: но не прошло, можете представить себе, двух месяцев, как появилась в рязанских лесах шайка разбойников, и атаман-то этой шайки был, сударь мой, не кто другой…

Привет, – сказал Петруша, поспешно прикрывая за собой маленькую дверь.

Внутри было сухо, тепло. Перед иконой Богородицы светились огоньки лампад. Паша Лобанов по прозвищу Мозг протянул Петруше крепкую руку. За ним – один из новопб-ращённых любителей выжигания – тощий, чернявенький неунывающий Антоша Бахирев из естественнонаучного лицея при МГУ. За свои талантливые пиротехнические эксперименты Антоша получил боевое прозвище Забабах.