Ирина Цыганок - Несбывшееся пророчество

– Не желаете сами заняться нашим хозяином – обратился Хаэлнир к магу.

Тот тщательно наложил засов на дверь, потом подошел, поигрывая серебряным подносом.

– Нет, – сообщил он, поберегу ману для более подходящего случая, – но вы, пожалуйста, экспериментируйте. А я, с вашего позволения, посмотрю: не каждый день приходится наблюдать работу эльфийского мастера силы.

– Я не собираюсь применять магию. – Хаэлнир подтащил барона к его креслу, критически осмотрев, потом ударом меча снес высокую мягкую спинку. Усадив лорда на самодельную табуретку, он наконец освободил его горло, зато заломил за спину обе руки.

– Досточтимый хозяин, – вежливо начал он, – мы ведь не ошиблись, вы – барон Ундок?!

Придушенное шипение – барон все никак не мог отдышаться, – вероятно, означало «да».

Некоторое время назад в лесу нам повстречались люди с вот такими же монограммами на куртках. – Хаэлнир заставил Ундока повернуть голову и взглянуть на собственный герб. – Должен заметить, вели они себя недружелюбно. Один из сопровождавших меня людей пал от стрелы, и Все мы вынуждены были прервать поездку ради визита в ваш замок. Могу я узнать, какое отношение к вам имеют эти люди и чем вызвано их нападение?

– Кто вы? – прохрипел барон.

– Извините, мы не представились. – Эльф стер чужую личину. – Хаэлнир Тирзон из Безымянного клана, а это – госпожа Мирра Вранская и господин… – Колдун, подумав, тоже изменил облик правда, не стал принимать свой истинный вид. – …Вейл, наместник Урфийский.

– Князь Урфийский, – поправил Вейл, – мы больше не признаем протекторат Соединенного королевства.

– Так я жду ответ, барон.

– Не понимаю, о чем вы говорите.

Хаэлнир дернул сведенные за спиной руки пленника вверх, чуть надавив ладонью между лопаток.

– Вы говорите неправду. Об этом свидетельствуют ваши глаза. Если бы у меня было чуть больше времени, я объяснил бы вам связь между искренностью ответов и траекторией движения зрачка. Но сейчас не до научных дискуссий. Воины, напавшие на нас, мертвы – это на случай, если вы надеетесь на их появление. Меня интересует лишь, сколько всего их было и зачем они были посланы.

– К чему говорить, если меня все равно убьют? – Плечевые суставы Ундока неприятно затрещали, но он только зарычал сквозь зубы.

– Ваша смерть не входит в мои планы, по крайней мере, пока, – все так же учтиво сообщил командующий. – Почему бы просто не сказать то, что мне нужно?

– Лорд – опытный воин, он умеет терпеть боль, не правда ли? – Маг с интересом изучал искаженное лицо Ундока. – Я бы на вашем месте перенес внимание на глаза, – посоветовал он эльфу, – с одной стороны, очень действенно, с другой – потеря одного или даже обоих не препятствует пленнику говорить.

– Наши специалисты сходятся во мнении, что наиболее чувствительными являются все же пальцы, – возразил Хаэлнир. Он выпустил одну из рук лорда, вытянув назад другую, и вывернул почти под прямым углом кисть.

Ундок закричал, наклоняясь вперед, чтобы уменьшить боль, но рука лишь натянулась еще сильнее, и лорд не выдержал:

– Я слышал, из Врана к нам должен выехать обоз. С ним важные гости или бумаги, точно не знаю! Вот он, – лорд скосил глаза на Вейла, – говорят, велел отвести все отряды от границы до самого океана. Я хотел посмотреть, что такого ценного в этом самом обозе, а после сторговаться – … с князем.

– Сколько всего отрядов послано на поиски?

– Один… двадцать дружинников… – Барон выгнулся, уперев лицо в собственные колени, стараясь занять наименее болезненную позицию.

– Что скажете? – спросил эльф, не ослабляя хватки.

– Я ему не верю, – горячо заметила Мирра, – слишком быстро он заговорил, просто пытается выиграть время.

– Я склонен согласиться с правительницей – маг прошелся взад-вперед мимо корчащегося барона, – сомнительно, чтобы столь сильный мужчина раскололся от простого выкручивания руки.

Хаэлнир нажал на один из пальцев, послышался хруст, барон захлебнулся в крике.

– Возможно, вы правы. – Эльф снова извлек один из клинков. – Не менее, если не более значимой болевой точкой на человеческом теле являются гениталии.

Меч уперся в промежность Ундока.

– Одна из легенд говорит, что оскопленных не пускают в Чертог Ожидания, – как бы между прочим добавил колдун.

– Отпустите! – взмолился лорд. – Я сказал правду. Я отправил всего двадцать человек «пощипать» караван из Врана. Я ведь не князь, чтобы держать дружину в тысячу копий, и большинство воинов ушли на войну. Клянусь, больше я никого не посылал!

Лезвие меча распороло бархатные штаны.

– Клянусь! – завизжал барон.

– Тогда принесите и вассальную клятву. – Вейл был тут как тут. – Клянетесь ли вы верой и правдой служить своему сюзерену князю Урфийскому?

– Да… – Лорд был готов поклясться в чем угодно.

– Вот и славно.

Командующий ребром ладони легонько стукнул за ухом, и Ундок свалился на пол без чувств.

– Получите своего подданного. – Хаэлнир отошел от распростертого на ковре человека. – Что вы с ним будете делать? Надеюсь, его повесят на воротах собственного замка в назидание.

– Ни в коем случае, – Колдун живо присел рядом с телом, покопавшись в объемистом кошельке, извлек оттуда невзрачное колечко и нацепил на палец барона. – Теперь, когда очнется, то станет служить мне усердней, чем преданный пес, а вместе с ним и его вассалы.

– Что это вы ему надели? – заинтересовалась правительница.

– Кольцо послушания. – На лице эльфа появилось выражение брезгливости. – Вы обманом получили его согласие. Приличный чародей никогда не воспользуется такими методами!

– И напрасно. Очень удобный и где-то даже гуманный способ. Жаль только – страшно дороги!. Посудите сами, что стали бы мы делать со сворой этого вольного землевладельца, если бы по вашему совету повесили или прирезали его? Это ведь ужасно мстительные подонки! А так наш гостеприимный хозяин сам позаботится, чтобы его клевреты держались от нас подальше.

– А что будет, если он не захочет? – продолжала расспрашивать Мирра.

– Ну, тебе-то должно быть известно. Ты ведь раньше носила нечто подобное. Помнишь? – Верлейн постучал пальцами по собственному запятые, напоминая ведьме о «капкане Аргона», навечно оставившем узор на ее предплечье. – Теперь когда наш приятель присягнул мне, любое ослушание вызовет у него невыносимые муки.

– Отвратительно! – Мирра отодвинулась подальше от мага и барона и пристроилась за плечом у Хаэлнира.

Маг лишь ухмыльнулся еще шире:

– Что теперь? – Он, казалось, был вполне доволен всем произошедшим. – Заночуем в замке? Здесь теперь безопасно.