Григорий Захаров - Адепт Мира Тьмы

       "И третья," - прозвучал его голос в разуме Первого, "наш покровитель, помнишь такого? Вижу, помнишь - он НАСТОЙЧИВО попросил уничтожить этого парня и особенно аккуратно зачистить все следы его деятельности".

       - Для уничтожения всей нашей системы ему осталось найти только оператора гиперсвязи, чтобы не иметь проблем с перемещением... И всё.

       - Благодарю тебя, младший. - небрежным жестом Первый отпустил докладчика и несколько нервным жестом сцепил кисти.

       - Хорошо. Разрешаю немедленное уничтожение. Где они сейчас?

       - Сейчас они... - Ярыс ненадолго задумался, обращаясь к телесети.

       - Очень удачно. В данный момент все они на борту "Алокрыла" пересекают экватор.

       - Тогда... Пусть работает "Лась". Нам не нужно, чтобы Изменённых Лесом связали с этой катастрофой. - приняв решение, Алан никогда не колебался. Кроме этого момента. Но применять что-то более серьёзное, чем "Лась", против одинокого беззащитного самолёта смысла не было. Вроде бы. Но хотелось.

       "Лась", шедевр незаметности и концентрированная опасность, отозвалась на приказ с удовольствием. Небольшой псевдоразум заряда находил цель своего существования в одной-единственной, последней и, без сомнения, успешной атаке.

       На момент получения приказа она парила в верхних слоях атмосферы Илкора в виде небольшого, почти незаметного, прозрачного облачка, впитывая капельками, из которых состояло его "тело", солнечный ультрафиолет.

       Внезапно по облачку пробежала волна. Сначало оно превратилось в линзу, собирая информацию от рассеянных по планете информационных систем, а потом - вытянулось в тончайшую иглу, рванувшись к небольшому самолёту, помеченному как цель.

       Десяток тысяч километров пронеслись под "Ласью" за считанные минуты, и вот впереди, уже видимая невооружённым глазом, показалась цель.

       Игла замедлилась, резко сократилась и распухла, превратившись в короткий толстый цилиндрик. Последняя судорога - и порождённый ценой самого существования этого оружия луч невообразимой для человека яркости рванулся к цели. Неукротимо, неумолимо... Неотразимо.

       Если бы псевдоразум мог говорить - он бы наверняка выразил полное удовлетворение, произнеся что-то вроде "Ну вот, прожил не зря".

       Вот только с неотразимостью он ошибся.

       Небесные, внимательно отслеживающие ситуацию на родной, хоть уже и неподконтрольной планете, давно и неторопливо вели специфичную гонку вооружений с Изменёнными Лесом. Особенностью этой гонки было однозначенное превосходство защиты над нападением. Это объяснимо - слишком мало невероятно ценных личностей имелось с обеих сторон, поэтому убить любого из них наверняка мог бы разве что удар, уничтожающий планету целиком и полностью...

       Поэтому небольшой браслет, выданный Илене перед переходом на Илкор, по своим защитным возможностям немного превосходил вместе взятые полметра сверхпрочной брони, сотню противоракет класса "земля-всё остальное" и закопанный на десяток метров под землю герметичный бункер.

       Впрочем, даже он, почуствовавший в предпоследний момент опасность для носительницы, не смог полностью справиться с угрозой - и луч "Ласи", вместо того, чтобы прожечь самолёт в районе салона и испепелить всех пассажиров, прошёл чуть в стороне, пронзив один из двигателей, крыло, выбив ударной волной киберпилота - но обитаемые внутренности лишь немного подпалив. Честно говоря, этого тоже бы хватило с гарантией...

       Возвращаться в сознание было неприятно. Болели измученные мышцы, тупо ныла голова - и это не считая внешних спецэффектов в виде дыма, громких звуков и дрожащих стен. Был и чей-то громкий вопль...

       Первые несколько секунд я тупо пялился во все стороны, слабо осознавая, где я нахожусь и что я здесь забыл. Потом мне в голову пришла замечательная мысль, точнее, даже несколько.

       Для начала убрать дым - и пара волн, раскатившихся по помещению, размазала его тонким слоем по стенкам салона. А потом - включить сверхчувства и посмотреть вокруг.

       Лучше бы не смотрел - тогда бы все умерли быстро и без мучений. А так...

       Разрываемый яростным напором воздуха через свежие пробоины металл крыльев, огонь там, где ему совсем не место, и никаких сигналов в электронной нервной системе самолёта.

       "Плохо. Очень плохо." Выражаться крепче не было времени и сил.

       Не знаю, что это было - гениальное озарение или невероятная глупость, но я призвал защитное поле на весь самолёт, а набегающий воздух его раздавил - и плотно закрыл неразрывной плёнкой защиты дыры в обшивке. Меня же вдавило откатом в кресло, и хоть аэроплан сразу перестал трястись и разваливаться на части, но какие-то непонятные процессы ещё оставались... Я снова мазнул Восприятием по стенам - и похолодел.

       Отваливающиеся в полёте крылья - это очень опасно. Но горящий в паре метров за стеной двигатель во время полёта опасен не меньше.

       "Я с огнём не справлюууусь!" - хотел было заорать я, но орать, когда все остальные уже замолчали, как-то... невежливо. Кстати, остальные. А нафига мне нужен ученик-огневик, как не для таких случаев?!!

       - Ххх.. - увы, выдавить хоть что-то из сжатых от напряжения губ не получалось. Слишком сильно на меня через магическую защиту давил воздух. Придётся опробовать другой путь.

       Тонкая нить Разума отделилась от Границы Души и кое-как дотянулась до ученика. Не умею я мысленно говорить, но жить захочешь...

       "У-л-ь-д-б-л-и-н" - отстучал я едва ли не морзянкой ему в ауру. Ученик, сидевший на своем месте в диком ужасе, дёрнулся и повернул обалдевшее лицо ко мне.

       "Т-у-ш-и-в-с-ё-н-а-х"

       Обалдевшее выражение изменилось на просто удивлённое, он кивнул и... И колданул.

       Он потушил и пожар в салоне, и повреждённый двигатель, и идущую в рабочих двигателях реакцию... И не нашёл ничего лучше, чем сбросить лишнее тепло наружу, за борт самолёта.

       Мне едва не испепелило вместе с защитой - но уже мой повторный выброс Сил смог удержать и подновить плёнку защитного поля. А буквально через несколько секунд полегчало - самолёт, перестав ускоряться без тяги реактивных двигателей, стал очень быстро терять скорость. Всего за минуту скорость аппарата упала ниже звуковой - а я просто упал без сознания. И так последние секунды удерживался только на остатках силы воли.

       В этот раз я проснулся на холодной и мокрой траве - зато бодрый, отдохнувший и довольный собой. Не в последнюю очередь из-за мысли "Я жив, значит, всё получилось".