Эльфийка и Орден Чистоты (СИ) - Снежная Марина

— Пропустите их.

На нас завистливо глянули, но возражать не посмели. И снова, когда эта странная парочка оказалась рядом, возникло неловкое чувство, будто подглядываю за чем-то интимным. Они буквально купались во взглядах друг друга, перестав обращать внимание на окружающих. Первым отмер Лис, правда, лишь из-за того, что его больно ткнула в бок Марибет, чью просьбу об автографе Лара по вполне понятной причине сейчас попросту проигнорировала.

— Позвольте выразить вам свое искреннее восхищение, — чуть хрипловатым голосом произнес оборотень. — Это было просто незабываемо.

— Вам, правда, понравилось? — она так трогательно покраснела, одаряя его радостной улыбкой, что я поймала себя на том, что умиляюсь.

— Очень, — широко улыбнулся Лис. — И многое бы отдал, чтобы снова услышать ваш голос. И желательно, в исполнении лично для меня одного.

Вот же гад бесцеремонный. Теперь уже в бок его ткнула я. Нашел кому такие предложения делать. Лара беспомощно улыбалась, не зная, как реагировать. Он же, тоже, очевидно, понявший, как двусмысленно прозвучала фраза, поспешил сказать:

— Позвольте представить вам моих друзей. С Ленорой вы уже познакомились раньше. А это Вэйд Садерс — лучший дознаватель Департамента и самый сильный архимаг Бармина. — Вэйд при таком представлении бросил на Лиса не слишком довольный взгляд и поморщился. Лести он не любил, даже если она была заслуженной. — Это его сестра Марибет. А это ее жених Кай — начинающий молодой художник.

И откуда только успел узнать об изменении в отношениях Марибет и Кая и его увлечениях? Я пораженно смотрела на щебечущего без умолку Лиса. Впрочем, для наблюдательного и умеющего замечать детали человека нет ничего сложного сопоставить два и два. В его присутствии эти двое какие только темы ни затрагивали, даже художества Кая.

Лара, обрадовавшись тому, что дальнейшей неловкости удалось избежать, приветливо всем нам улыбалась и охотно дала автограф Марибет, протянувшей ей с этой целью пригласительный билет на сегодняшний спектакль. Потом вроде бы даже с искренним интересом птерка обратилась к эльфу:

— Я очень люблю живопись и была бы рада увидеть ваши картины.

Увидев, как загорелись маньячным блеском глаза Кая, я поняла, что мы задержимся тут намного дольше, чем предполагалось. Пока эльф, оживленно жестикулируя, рассказывал о своем новаторстве в области живописи, мы обреченно переглядывались. Только Лис, казалось, лишь радовался тому, что есть возможность задержаться подольше. Его взгляд, искрящийся какой-то странной завораживающей теплотой, скользил по очаровательному личику девушки, ее сверкающим светлым волосам, ярко-голубым глазам. Как ни странно, ниже шеи не опускался, хотя там было на что посмотреть. И уже одно это сильно настораживало. Не хватало еще, чтобы на самом деле влюбился. Причем не сказать что безответно. Об этом говорили взгляды, бросаемые на него самой птеркой.

— А когда вы собираетесь устраивать выставку? — дождавшись паузы в бурном потоке речи Кая, севшего на любимого конька, полюбопытствовала Лара.

Вэйд фыркнул, ничуть не заботясь о том, что может обидеть эльфа.

— Думаю, в ближайшие лет сто этого точно не случится, — ответил он за Кая.

— Почему? — искренне удивилась птерка и предложила: — Я бы с радостью помогла в этом, пока нахожусь здесь. Давайте встретимся завтра или послезавтра и обо всем поговорим. И несколько картин своих принесите, чтобы я поняла, как все лучше организовать.

Явно ошарашенный, но приятно, Кай едва не запрыгал на месте от счастья, начав бурно благодарить девушку.

Недвусмысленные покашливания стражей дали понять, что мы несколько тут подзадержались и пора бы и честь знать. Так что пришлось прощаться с птеркой и убираться, к моей вящей радости и сожалению Лиса.

— Нет, ну вы это слышали? — восклицал Кай, пока мы пробирались к выходу, где нас с Вэйдом уже с нетерпением ждал Риаган. — Она поможет мне с выставкой. Сама Лара Ар-Нил заинтересовалась моими картинами.

— Я бы не радовался на твоем месте раньше времени, — хмыкнул Вэйд. — Стоит ей увидеть твои картины, как желание сразу поутихнет.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Кай обиженно насупился, но почему-то никому из нас не захотелось опровергнуть предположение Вэйда. Все в глубине души тоже так думали и не хотели, чтобы эльф снова болезненно переживал разочарование. Лучше уж пусть сразу настраивается на худшее.

Ощутив уже у самого выхода чей-то недружелюбный взгляд, я поежилась и обернулась. В горле тут же пересохло, стоило увидеть, кто, даже не скрываясь, пялился мне вслед. Аоталь Тадаран собственной персоной. И ведь при иных обстоятельствах я бы по достоинству оценила утонченную привлекательность этого эльфа и нашла бы его приятным. Пожалуй, это самый красивый мужчина, какого только видела в жизни. Но стоило заглянуть в его темные выразительные глаза, как о красоте уже даже не думаешь. А хочется одного — бежать от него как можно дальше. Неудивительно, что княжна Лавинель предпочла спрыгнуть с обрыва, чем стать женой этого красавца.

Невольно поискала взглядом его спутника, от которого брала еще большая оторопь. Но как ни странно, не увидела нигде в обозримом пространстве. И это почему-то вызвало смутное беспокойство. Так, ладно, не буду скатываться до паранойи. Для начала нужно проверить шкатулку и потом уже продумывать план действий. И сейчас я была даже рада, что не придется делать это одной.

Риаган предложил ехать в его карете, от чего Кай и Марибет отказались, заявив, что еще погуляют по городу. Все-таки сегодня воскресенье. Чего дома торчать? Я даже обрадовалась тому, что не придется придумывать, как от них отделаться. Арлин же и Габриэль будут еще заняты неизвестно сколько времени. Подруге нужно взять интервью не только у птерки, но и других актеров, а это долгая песня.

— Кажется, за нами следят, — произнес Лис, в очередной раз выглянувший из кареты, которая бодро мчала нас в сторону дома госпожи Мидиган. — Какой-то наемный экипаж без опознавательных знаков.

Снова вспомнилось отсутствие Самиаля Марандара рядом с главой клана. Уж не послал ли Аоталь свое доверенное лицо проследить за мной? Эти мысли я и озвучила спутникам.

— Узнать, где ты живешь, в любом случае труда не составит, — мрачно заметил Вэйд. — Только вот теперь не может быть и речи, чтобы ты выходила из дома одна.

— Согласен с Вэйдом, — поддержал его Риаган. — Если хочешь, пришлю кого-то из своих эльфов. Пусть издалека тебя сопровождают.

— Этим мы лишь укрепим подозрения, что нам есть чего опасаться, — возразила я. — Нет уж, не стоит такого делать. К тому же я далеко не беспомощная. Тоже при необходимости смогу дать отпор.

— Самиалю вряд ли, — покачал головой Риаган. — Он очень сильный маг. Уже не говоря о мастерстве воина. Мало кто с ним может сравниться. Впрочем… — он бегло глянул в сторону Вэйда. — Кое-кто все-таки может. Я видел, на что ты способен, друг мой, — он легко улыбнулся. — Да и не думаю, что они нападут, не будучи точно уверенными, что в этом есть смысл. Скорее, Аоталя просто заинтересовало сходство с княжной Лавинель, вот и решил выяснить как можно больше.

— Будем на это надеяться, — пробормотала я, хотя тревога и не думала утихать.

Мы молча вышли из кареты у ограды дома госпожи Мидиган. Лис, бросив беглый взгляд в сторону улицы, вполголоса сказал:

— Я был прав. Тот экипаж остановился неподалеку. Лучше, если мы изобразим веселье, чтобы у наблюдателя не возникло подозрений по поводу нашего сборища.

И сам начал громко рассказывать какую-то веселую историю, хлопнув Вэйда по плечу и увлекая за собой к дому. Мы с Риаганом тоже нацепили улыбки, делая вид, что мы здесь лишь для того, чтобы хорошо провести время в дружеской компании. Впрочем, улыбки сползли, стоило за нами захлопнуться входной двери. Уже не говоря о том, какие чувства меня обуревали, когда входила в квартиру.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Пока остальные рассаживались в гостиной, а Вэйд готовил для всех кофе, я поплелась в спальню проверить шкатулку. Руки тряслись, когда открывала шкаф и шарила под грудой тряпья, отыскивая заветный предмет. А потом ощутила, как пол уходит из-под ног, а мир вокруг проваливается в бездну. Замочек на шкатулке был открыт. Он все-таки сработал, а значит, опасность, что мне угрожает, более чем реальна. И где-то рядом со мной находится тот, от кого мама предостерегала и стремилась уберечь.