Джоэл Розенберг - Спящий дракон

Кандалы остановили ее в паре дюймов от Ольмина.

Смешок.

– Мы свое дело знаем. Кстати, чтоб успокоить тебя – остальные твои приятели целы и невредимы. У магов и лекарки заткнуты рты. Старику мы скорее всего отрежем язык, ну а для дам отыщется что-нибудь другое… Вот будет потеря так потеря!

Он протянул руку и потрепал Карла по волосам. Почему-то это оказалось хуже, чем побои. Ласка показала Карлу, что его считают ничтожеством. Пустым местом. Совершенно неопасным.

Карл заставил себя говорить спокойно:

– Не расскажешь, как ты нас нашел, – или предпочитаешь, чтоб я умер от любопытства?

Ольмин захохотал.

– Ты прекрасно держишься. Можно подумать, тебе совсем не страшно, но меня не проведешь. – Он чуть пожал плечами. – Но – почему бы нет? Совет Гильдий повелел одному из сильнейших магов принести хрустальный шар и взглянуть в него, дабы узнать, кто похитил дракона. – Он снова погладил Карла по голове. – И ты, друг мой, нынче очень мне дорог – за тебя мне отвалят двадцать пять сотен золотых. Мой маг, Бленрит, ты вряд ли с ним знаком, содрал с меня чертову уйму за все эти сонные и невидимые заклятия, с которыми мы поймали тебя, и еще больше – за то, чтобы не терять твой след. Но главное – я первый. – Он плюнул Карлу в лицо. – Я всегда первый.

Карл не мог дотянуться до лица, чтобы утереться; сгусток слюны медленно сползал по его щеке.

Ольмин вздохнул.

– Но хватит об этом. Мне пора возвращаться к дамам. Темноволосая была очень хороша; сейчас я, наверное, попробую и вторую. Да и надобно убедиться, что Гирус их не поуродовал. Они должны быть в форме – для помоста. – Он нахмурился. – Ах да, я совсем забыл. – Отойдя в дальний угол фургона, Ольмин принялся рыться в куче мечей, кинжалов и арбалетов.

Наше оружие. И всего в нескольких ярдах дальше, чем я могу дотянуться. Точно так же оно могло быть и в нескольких милях: чтобы перерубить эти цепи, требовалось нечто большее, чем меч. Он ощупал браслеты на запястьях. Проклятие. Даже будь у Уолтера отмычки, это ничего не даст – браслеты проклепаны.

Ольмин вытащил из груды длинные черные ножны.

– Это ведь твой меч? – Вытянув клинок, он осмотрел его в тусклом свете подвесного фонаря. – Отличная работа. Не думаю, чтобы мне доводилось видеть лезвие острее. Он, должно быть, очень тебе дорог?

Карл напрягся. Я не стану молить о жизни. В любом случае это бесполезно.

– О нет, – с улыбкой протянул Ольмин. – Храбриться незачем. – Поставив ногу на короб, он осторожно взял меч за клинок – и опустил его на колено. Меч хрустнул.

– Не жди, что умрешь легко. – Обломки полетели на пол. – В Пандатавэе публичные казни длятся долго. – Ольмин отворил дверь. – Подумай об этом на досуге.

Дверь за ним со скрипом закрылась.

– Проклятие, да проснитесь же вы! – прошипел Карл. Ему было не дотянуться даже до Уолтера, а гнома приковали еще дальше. Повысить голос – привлечь внимание. Оставалось одно: шептать.

Фургон заскрипел, затрясся – и тронулся. Уолтер лениво приоткрыл один глаз.

– Умолкни, будь добр. – Он говорил совершенно спокойно. Как всегда. – Мы оба проснулись прежде тебя.

Голос его был едва различим за грохотом и лязгом фургона.

– Тогда почему…

Ахира тряхнул головой.

– Потому что мне показалось, что, изображая сонь, мы получим преимущество. – Он пожал плечами. – Это не сработало, но еще может сработать, так что умерь свой глас.

– Но кое-что полезное мы все же услышали, – вставил вор. – Мы не сразу вернемся в Пандатавэй. Один из его людей сказал, что Ольмин намерен сделать хороший навар на… – он сглотнул, но лицо его осталось бесстрастным, – …на бабах в Метрейле – лучший, чем в Пандатавэе. Так что сейчас мы катим по краю Пустоши.

Ахира кивнул.

– Из Метрейля идет дорога к Храму Длани, тому, что на Пустоши. Сестричество скорее всего выкупит Дорию – и за хорошую цену.

– Если она к тому времени будет жива. То же относится к Энди-Энди.

– Не будь дурнем, – оскалился гном. – Эти парни свое дело знают, как он тебе только что сказал. Они довезут женщин живыми. А это уже хрестоматия: Правящая Матерь Целящей Длани может воскрешать даже мертвых. Впрочем, пользы нам от всего этого никакой.

Карл сплюнул.

– Что еще столь же бесполезного вы выяснили?

Ахира покачал головой.

– Не много. Их десять или пятнадцать – вместе с Ольмином и нанятым им магом. Еще я знаю, что эти цепи дьявольски прочны, что мы с Хакимом предназначены для рынка в Пандатавэе, а еще… – он на мгновение смолк и покачал головой, – …еще я знаю, что у Андреа или Дории вынимали кляп – по крайней мере на время.

– Вот как?

– Я не знаю, у кого из них, – побелевшими губами продолжал Ахира, – потому что не могу отличить крик Дории от крика Андреа. Хочешь подробностей? Изволь. По доносящимся оттуда звукам, они сменяли друг друга, прежде чем окончательно решить…

– Замолчи. – Карл обхватил руками цепи и потянул. Ничего.

Он попробовал снова, задержав дыхание, с резким выдохом налег на цепи. Пот выступил у него на лбу, перед глазами вспыхнули огоньки. Кожа на правой ладони лопнула, оросив цепи кровью. Карл не замечал боли, не замечал, что голова его вот-вот лопнет.

Он тянул.

Ничего.

Цепь не ослабла, не разошлась – вообще не поддавалась.

– Прекрати, – Ахира громыхнул кандалами. – Их делали не дилетанты.

– Дилетанты?

– Именно – вроде идиота, которому в голову не пришло поинтересоваться, что это за караван и почему он преследует нас. Вроде тупицы-дилетанта, который позволил своему отряду сделать остановку, зная, что за голову одного из его членов назначена награда. – Гном горько проклинал себя. – Но я должен был оставить вас на часах. Пусть Карл и Андреа разберутся между собой, попробуют улучшить отношения, сказал я себе. А покуда вы этим занимались, на вас напали. – Он яростно глянул на Уолтера. – Хочешь что-то сказать?

– Я – нет, – сказал Карл. – Не освободи я Эллегона, не побей Ольмина – ничего этого не случилось бы. Во всем виноват я.

Откуда-то донесся дрожащий вскрик, быстро став приглушенным поскуливанием.

Уолтер проговорил – быстро, со спокойствием, поразившим Карла:

– Думаю, решение вопроса, кто во всем виноват, можно отложить на потом. Ты ничего не знал, Карл ничего не знал, а Андреа, как сенситиву, далеко до Ари – даже если бы они оба несли стражу, она могла бы не понять, что в ход пущены чары невидимости. Поэтому заткнитесь оба и подумайте, что делать дальше. Ясно?

Карл и Ахира одновременно вздохнули. И кивнули – тоже одновременно.

Гном указал подбородком на дверь.

– Как по-вашему, сколько времени они будут заниматься… этим?

– Что ты хочешь сказать? – Голос Карла стал резок и сух.