Артем Лунин - Башня Близнецов 1 (СИ)

— Да, он в полном порядке. Ну, насколько так можно сказать относительно к его теперешнему состоянию.

— А его сознание — как оно изменилось от превращения?

Тьярми поглядел остро, и Сара прикусила язык, — нашла что и кого спросить!.. дурочка, которую она отыгрывает, вообще не должна была заморачиваться такими вопросами!..

Тьярми сотворил мимоходом ещё один огонёк-проводник.

— Отнеси тело, нож и шкурку вниз и сожги в сиреневом пламени… потом возвращайся сюда, и я позволю тебе пообщаться с ним. Тогда сама попробуешь разобрать, насколько изменилось его сознание.

Сара сочла за благо молча поклониться. Тьярми вынул остывший клинок, помог ей завернуть мёртвое тело в шкурку. Девушка почувствовала острую тоску одеяния — словно пёс скулит рядом с мёртвым хозяином. Кажется, обычную шкурку можно передавать, эти создания могут привыкнуть к новому хозяину. Но это одеяние слишком срослось с ним, с его болью, и пропиталось магическим ядом.

Так что только кремация…

Сара без труда подняла мёртвое тело. В нём ещё таилась враждебная магия, смертный яд. Заклинание, вдруг лишившееся пищи, свернулось и "уснуло".

Светлячок полетел вперёд, указывая дорогу…

Пока она ходила, Тьярми собрал клинок, насадив на него крестовину и рукоять. Несколько раз взмахнул, довольно кивнул. Пробормотал что-то на южном наречии и передал Саре.

Она робко приняла. Не в первый раз держит в руках магическое оружие — но это нечто уникальное даже по меркам Дома Искусников.

— Эй, — осторожно позвала. — Ты тут, южанин? Ой, то есть…

— Я здесь, — ответил меч. — И говорить вслух не обязательно.

— А как мы понимаем друг друга?

— Не знаю.

Возможно, потому, что мы оба — личи, одушевлённые вещи, подумала Сара.

— Послушай, а как тебя зовут? — поинтересовалась девушка. — А то я всё "меч" да "меч". Ну, иногда южанин или "Зорро".

Меч бросил эмоцию удивления, и она пояснила последнее слово.

— Это значит "Лиса".

— Что ж, так и зови, ламия. Моё имя умерло вместе с телом, и твоё назвище мне вполне подходит. И спасибо, что проводила моё тело в последний путь.

— Пожалуй, это единственное, что я могла для тебя сделать…

— Не скажи. Если бы не твои заклинания, я бы не переместился в клинок, пробивший мне грудь, а вылетел из тела, как и положено в таких случаях.

— Всегда готова помочь убить ближнего своего, — грустно усмехнулась Сара, слегка помахивая клинком. Нахмурилась, что-то было не так.

— Да, я умер — но родился иначе.

— Мне это знакомо.

Первое. Клинок мог в какой-то мере сам управлять собой… или её рукой… или…

И второе. Она беседует с ним на привычной мысленной скорости, в несколько раз превышающей скорость человеческой речи.

— Верно, — подтвердил клинок. — Всё-таки я создан как боевой арт, что толку от обычной болтающей вещи? Я могу учить фехтованию, и могу фехтовать сам вместо хозяина. Чем не собираюсь злоупотреблять — что толку в заимствованном умении?

И насчёт мысленной речи ты тоже права. Мы теперь — существа если не одного плана, то в достаточной мере похожие, чтобы понять друг друга, даже если говорим на разных языках, и успеть сказать и услышать всё.

Он замолчал.

— Извини, я устал. Мне очень приятно было с тобой поговорить, но я хотел бы ещё кое-что обсудить с грандом Тьярми. Думаю, мы ещё пообщаемся.

— С удовольствием, Зорро, — ответила Сара, со вздохом сожаления передавая клинок его кузнецу.

…Сара прикоснулась к тускло блестящему лезвию, погладила травление у клинка, и изображение лисы извернулось, нацелилось крохотными зубками в палец.

— Ты отдохнула? Может быть, продолжим? — сказано это было таким тоном, что Саре мгновенно представилась она сама, утомлённо откинувшаяся на простыни, и вкрадчивый голос любовника рядом. Она хихикнула и не устояла перед искушением показать картинку Зорро.

Клинок засмеялся.

— Какая сладостная мечта, — сказал, любуясь. — К сожалению, это теперь не для меня…

— И не для меня.

— Отчего же? — спросил клинок. — Если твой облик…

— Давай не будем об этом, — перебила Сара. — И да, я отдохнула — то есть даже не уставала. Но продолжить не получится, сейчас тебя у меня отберут и отправят прочь.

— Почему? — капризно поинтересовался клинок.

— Нельзя же весь день махать железом… даже одушевлённым.

— Отчего же? если ты не устаёшь…

Тьярми забрал клинок, выслушал его и фыркнул. Вручил обратно и проехался насчёт того, что южане везде одинаковы — даже если их обратили в сталь, эта сталь будет по-прежнему волочиться за девушками.

И Зорро "волочился". Он учил Сару сначала простым вещам, потом всё более сложным, восхищаясь её физическими кондициями, позволяющими не уставать. В перерывах Вариша сама приносила ей еду и замирала у дверей, наблюдая за танцем стали. Иногда приходил Тьярми, тоже любовался, брал оружие и выходил против неё. Что-то советовал, о чём-то спорил с Зорро.

Однажды явился сам магнус, посмотрел, пофыркал и ушёл. Хаар не слишком жаловал боевые искусства, предпочитая им боевую магию и создание кукол.

Так продолжалось целых два дня с перерывами на еду и "сон". Сара была страшно раздражена необходимостью прерываться и притворяться усталой, но не собиралась давать знать магнусу, что ночной отдых ей вовсе не необходим.

В заключение Сара и Зорро разработали особый стиль, рассчитанный на непомерную силу анимы и её возможность варьировать собственный вес.

— Два дня на то, что у людей занимает много лет!.. — восхищался Зорро.

— Так то — у людей, — сказала Сара. Волна воодушевления, подхватившая её и гнавшая всё это время, иссякла.

— Ты — человек, — с уверенностью заявил клинок.

— Я ещё меньше человек, чем ты.

— Что ж… Возможно, ты и права. Я чувствую в тебе неведомые глубины…

Клинок помолчал.

— Скоро меня отправят к своим. Полагаю, там будет много всего, разного, и я ещё не раз пожалею, что принял это подобие жизни, но знай — было истинным наслаждением учить тебя.

— Спасибо, Зорро, — грустно улыбнулась Сара.

Часть вторая. Спиной к спине

Спиной к спине мы встанем, боронясь,Друг позади надёжною стеной,Наши мечи сплетут стальную вязь.Когда весь мир восстал на нас войной,Мы защитимся, встав к спине спиной.

Спиной к спине заклятье скажем мы —Летят как Сталь Слова, разя, карая,В них Свет, Огонь, и дуновенье ТьмыВ сердца врагов великий страх вселяет.Мы сотворим волшбу к спине спиной.

Спиной к спине стоим, и если дажеОдин не видит — но узрит другой,Не знает первый — но второй расскажет.Мы зрим весь мир и небо над собой.Мы ведаем и видим всё — к спине спиной.

— С ума сойти!.. — Вариша таращила глаза. — Это у вас так несуразно одеваются?