Джо Аберкромби - Полукороль

Ничто фыркнул.

– И что же это?

– Заключить с ними союз. – Ярви глубоко вздохнул и проревел: – Гром-гил-Горм! – от дыма его голос взвился, захрипел и был настолько не похож на королевский, насколько можно представить. Но он был достаточно громким, чтобы услышали все в лагере, и только это имело значение. Сотня освещенных кострами лиц повернулась к нему. – Король Ванстерланда! Самый кровавый сын Матери Войны! Ломатель Мечей и делатель сирот, мы встретились снова! Я…

Хорошо поставленный удар в живот выбил из него дух.

– Прикуси язык, мальчик, пока я его не отрезал! – прорычал капитан, и Ярви, кашляя, упал у его ног.

Но слова возымели эффект.

Сначала все затихли, потом приблизились тяжелые шаги, и, наконец, сам Гром-гил-Горм нараспев произнес:

– Ты привез гостей!

– Хотя выглядят они, как попрошайки. – Ярви не слышал этот голос с тех пор, как на него надели ошейник, но узнал эту ледяную интонацию Матери Скаер из своих снов.

– Мы нашли их в эльфийских развалинах над рекой, мой король, – сказал капитан.

– Они не похожи на эльфов, – сказала министр Горма.

– Но они сжигали трупы.

– Благородное занятие, если они за правое дело, – сказал Горм. – Мальчик, ты говоришь, будто я тебя знаю. Играешь со мной в угадайку?

Пытаясь восстановить дыхание, чтобы заговорить, Ярви поднял голову, и снова уставился сначала на ботинки, потом на ремень, потом на трижды обернутую цепь, и наконец на грубую голову короля Ванстерланда, злейшего врага его отца, его страны и его народа.

– Когда мы встречались в прошлый раз… вы предлагали мне свой нож. – Ярви посмотрел Горму в глаза. На коленях, в лохмотьях, в крови, побитый и сгорбленный, но он смотрел ему прямо в глаза. – Вы сказали отыскать вас, если я передумаю. Дадите мне его теперь?

Король Ванстерланда нахмурился, одной рукой теребя цепь из наверший мечей мертвецов, намотанную на его толстую шею, а другой засовывая клинок за пояс.

– Это может быть неблагоразумно.

– Я думал, Мать Война дохнула на вас в колыбели, и было предсказано, что ни один мужчина не сможет вас убить?

– Боги помогают тем, кто помогает себе сам. – Мать Скаер схватила побитыми пальцами Ярви за челюсть и повернула его лицо на свет. – Это поваренок, пойманный в Амвенде.

– Точно, – пробормотал Горм. – Но он изменился. У него теперь суровый взгляд.

Мать Скаер прищурилась.

– И ты потерял ошейник, который я тебе дала.

– Он натирал шею. Я был рожден не для того, чтобы быть рабом.

– И все же, ты передо мной на коленях, – сказал Горм. – Кем же ты рожден стать?

Его люди льстиво захихикали, но над Ярви смеялись всю его жизнь, так что это уже не жалило.

– Королем Гетланда, – сказал он, и в этот раз его голос был тверд, как сам Черный Стул.

– О, боги, – услышал он шепот Сумаэль. – Мы трупы.

Горм широко улыбнулся.

– Одем! Ты моложе, чем я помню.

– Я племянник Одема. Сын Утрика.

Капитан шлепнул Ярви по затылку, и тот ткнулся в землю сломанным носом. Это было возмутительно, потому что со связанными руками он ничего не мог сделать, чтобы остановить падение.

– Сын Утрика умер вместе с ним!

– У него был другой сын, болван! – Ярви, извиваясь, снова встал на колени. Во рту было солоно от крови. Он уже устал от этого вкуса.

Пальцы схватили волосы Ярви и подняли его на ноги.

– Нанять его, как шута, или повесить, как шпиона?

– Здесь не ты решаешь.

Мать Скаер слегка подняла лишь один палец, эльфийские браслеты на ее длинной руке застучали, и капитан отпустил Ярви, словно его ударили.

– У Утрика действительно был второй сын. Принц Ярви. Он учился на министра.

– Но не проходил испытание, – сказал Ярви. – Вместо этого я взял Черный Стул.

– Чтобы Золотая Королева сохранила свою власть.

– Лаитлин. Моя мать.

Долгий миг Мать Скаер оценивала его, Ярви поднял подбородок и смотрел в ответ настолько по-королевски, насколько это было возможно с кровоточащим носом, связанными руками и в вонючих лохмотьях. Похоже, этого было достаточно, по крайней мере, чтобы посеять зерно сомнения.

– Освободи ему руки.

Ярви почувствовал, как веревки разрезали, и с подходящим театральным жестом медленно поднял левую руку на свет. Бормотание у костров при виде скрюченной культи в кои-то веки было приятно.

– Вы это ищете? – спросил он.

Мать Скаер взяла ее в свою руку, повернула и помяла сильными пальцами.

– Если ты был учеником Матери Гандринг, то чьим учеником была она?

Ярви не колебался.

– Ее учила Мать Вексен, которая стала затем министром короля Финна Тровенландского, а теперь она Праматерь Министерства и первый личный служитель Верховного Короля.

– Сколько у нее голубей?

– Три дюжины, и еще один с черным пятном на лбу, который принесет весть в Скекенхаус, когда Смерть откроет для нее Последнюю Дверь.

– Из какого дерева сделана дверь в спальню короля Гетланда?

Ярви улыбнулся.

– Там нет двери, поскольку король Гетланда един с землей и людьми, и ничего не должен от них прятать.

Недоверчивое выражение на сухопаром лице Матери Скаер стало источником весьма редкого удовлетворения для Ярви.

Гром-гил-Горм поднял густую бровь.

– Он правильно ответил?

– Да, – пробормотала министр.

– Значит… эта увечная кукла и вправду Ярви, сын Утрика и Лаитлин, законный король Гетланда?

– Похоже на то.

– Это правда? – прохрипел Ральф.

– Правда, – выдохнула Сумаэль.

Горм расхохотался.

– Тогда это лучшая охота за много лет! Мать Скаер, отправь птицу и выясни, что заплатит король Одем за возвращение капризного племянника. – Король Ванстерланда начал отворачиваться.

Ярви остановил его фырканьем.

– Великий и ужасный Гром-гил-Горм! В Гетланде вас называют безумцем, помешанным на крови. В Тровенланде вас зовут диким королем диких земель. В Скекенхаусе, в построенных эльфами залах Верховного Короля… ну, там вас вряд ли вспоминают.

Ярви услышал, как Ральф встревожено заворчал, капитан зарычал со сдержанной яростью, но Горм лишь задумчиво коснулся бороды.

– Если ты хотел мне польстить, то ты промахнулся. Что ты имел в виду?

– Неужели вы докажете им их правоту и извлечете столь малую выгоду от золотого шанса, что вам послали боги?

Король Ванстерланда удивленно посмотрел на своего министра.

– Мои уши открыты для лучших предложений.

Мать всегда говорила Ярви: продавай им то, что они хотят, а не то, что у тебя есть.

– Каждую весну вы собираете воинов и совершаете набег через границу в Гетланд.