Валерий Иващенко - Золотой Лис. 1-2 часть

Всего за три часа парень опять выспался словно на месяц вперёд — дриада и впрямь оказалась лапочкой. Похоже, переселившись в тело и разум человека, она не потеряла своих способностей и намерена была применять их с толком. Правда, дела Ридда её интересовали куда меньше, чем…

Слушай, это же такая прелесть — смотреть на эльфийку твоими глазами! Она выглядит как… как просто чудо!

"Она и есть чудо", — невесело признал Ридд. — "Красивая и смертельно опасная хищница". Одновременно он болтал с хозяином замка о необременительных утренних пустяках, коими по правилам хорошего тона надлежало предварять важный разговор. Однако по пути сюда парень уловил в одном из зеркал знакомую мужественную физиономию Питта. А ведь, сейчас был черёд как раз его десятка нести стражу в воротах…

— Хорошо, мастер Ридд. Мы подумали, и я решил — гномья булава достаётся сержанту Питту.

И хотел бы парень кое-что высказать в эти сейчас плутоватые синие глаза барона, да вот права-то и не имел. Понятно, что с утра пораньше состоялся у барона разговор с его многомудрой маменькой… или та ещё изволит почивать, утомлённая сладкими битвами? Но Ридд упрямо не выпускал наружу свои сомнения. Потому что главная догадка по-прежнему кружила где-то на краю сознания, мельтеша и дразнясь, но упрямо не показываясь на свет. Прямо как цветочная эльфочка в конце осени, когда лужицы покрываются первым, похрустывающим ледком, которым малолетние девицы попроще так обожают протирать прыщавые щёчки. Говорят, способствует. Ха, а вот и она, легка на помине…

Из внутренних покоев выпорхнуло неземное видение. Маленькая феечка, похоже, с головой окунулась в пудреницу баронессы с волшебной пыльцой, потому что серебристые искорки сыпались с неё, словно капли из прохудившейся грозовой тучи. Негодница описала в воздухе некую причудливую загогулину, отдалённо напоминавшую завязанную на узелок букву Z, и зависла над столиком. Порыв крохотным носиком туда-сюда, она безошибочно вычислила початую бутылку вина и в требовательном жесте протянула своё крохотное золотое ведёрко.

Ридд усмехнулся и, окунув палец в свою чарку, позволил одной-единственной капельке упасть с кончика в подставленную ёмкость.

— Как раз по ней, — криво усмехнулся заинтересовавшийся этой сценой барон.

В нетерпении и предвкушении подрагивая крылышками, феечка храбро опрокинула в себя ведёрко. Миг-другой ничего не происходило, а потом не опавший лист, плавно кружась опустился на землю — то вдребезги хмельная малышка бестолково кувыркнулась в воздухе и тут же шлёпнулась в подставленную ладонь парня.

Обхихикаться — они во всём копируют вас, людей!

Эльфийка бесшумно выдвинулась из угла, где весьма неплохо замаскировалась на фоне одной-единственной пальмы, и двумя пальчиками брезгливо переложила уже сладко спящую естествоиспытательницу на широкий зелёный лист.

За стеной что-то грохнуло, заорали мужские голоса, засуетились с шумом, но барон и глазом не моргнул. Как ни в чём ни бывало цедил вино, разглядывал скромно помалкивавшего Ридда и добродушно щурился. Ах ну да, воробьишки вовсе не покушаются на мышку — но вполне могут помочь добыть ещё несколько…

— Ладно, тогда с Питта выпивка — надо же обмыть сержантскую нашивку и новое оружие? — примирительно буркнул Ридд и вернул свою чарку на прилежно отполированную слугами поверхность стола. Судя по его ощущениям, дворцовый старикашка-магик при помощи кого-нибудь ещё из пользующихся доверием чародеев уже закончил проводить действо.

— Лучше не надо, — барон скорчил весело-озабоченную мину. — Если вы хорошенько налакаетесь вдвоём, одной сгоревшей таверной я, похоже, не отделаюсь.

— Эт-точно, ваша милость! — в дверях появился Питт собственной персоной. Причём его физиономия сияла так, как никогда.

В руке новопроизведённого в сержанты парня блистала гномья булава. Грозная, соразмерная, наводящая сладкую дрожь. А судя по мягкому, постепенно переливавшемуся и на хозяина мерцанию, залита некой зловредной магией она оказалась под завязку. И теперь Питт морально готов был в одиночку сразиться со всеми демонами мрака, их слугами и прихвостнями впридачу. А то и кому из тёмных богов хорошенько на хвост наступить! Да уж, Ридд ещё помнил то ощущение, когда клинок с разлёгшимся на эфесе дракончиком вдруг стал словно продолжением руки — естественным и неотъемлемым…

Следом за Питтом в комнату заглянул красный, распаренный и взъерошенный целитель. При этом он так жадно и ищуще ловил взгляд своего сюзерена, что Ридд легонько поёжился от нехороших предчувствий.

Так и есть! Взгляд барона преобразился просто разительно. Холодный и оценивающий, он изучал парня с той цепкой настойчивостью, коей тот всегда по возможности старался избегать. Излишнее к себе внимание, знаете ли, в некоторых профессиях просто излишне. Однако, барон неожиданно отвёл глаза в сторону.

— Леди Меана, вы не откажетесь обзавестись хорошим кинжалом гномьей работы?

Эльфийка независимо дёрнула плечиком, но без единого слова вышла в соседнюю комнату, откуда магическим обрядом уже не просто попахивало — несло так, что восприятие Ридда уже начинало легонько морщиться. А сам парень остался на месте, с интересом размышляя, кто же здесь дурак на самом деле?

И ведь, как ни крути, а по всему выходило, что самый тугодум в этой комнате именно он…

— Мастер Ридд, у тебя есть мечта? — как ни ожидал парень очередного подвоха, но вопрос вельможи всё-таки застал его врасплох.

Сверлить пытливым взглядом дыру в бароне Шарто оказалось делом безнадёжным. Потому Ридд почти сразу оставил это глупое занятие, а пока плеснул всем троим мужчинам вина.

— Есть, ваша милость — да только, она выяснилась неосуществимой.

И всё же, барон то ли от скуки в ожидании манипуляций магиков с эльфийкой, то ли от природной любознательности, помноженной на некие таинственные соображения, всё же заинтересовался.

— У меня достаточно золота, чтоб купить себе небольшое лордство с деревенькой-другой. Но вот с дворянским титулом выяснилось похуже…

В своё время Ридд случайно познакомился в Нахтигейле с одной астрологичкой. Мало того, что сама по себе столичная штучка, запросто утиравшая нос любому провинциалу, так ещё и ученица какого-то там известного светила науки. Так вот, тёмной ноченькой раскинула та звёзды по покрывалу неба, поворошила-погадала на них — и по всему вышло, что дворянство мастеру Ридду обломится, когда две луны в небе столкнутся (старинная идиома, примерный аналог современного "когда эльф на горе свистнет" — прим. автора)