Александр Самсонов - Добро пожаловать в Накки-ярви

— Что… — попыталась возмутиться она, но, непонимающе окинув взглядом окружающий интерьер, мгновенно умолкла.

Оставив девушку приводить себя в порядок, я вышел в коридор. В одну из комнат дверь оказалась приоткрытой, и оттуда доносился голос Урманского.

— Вячеслав, немедленно отзывайте всю группу в Питер. В Накки-ярви сейчас делать нечего… Откуда я звоню? Из города… Адрес?… Сбор в главном офисе на набережной, там и определимся… Ровно через три часа в моем кабинете.

Почувствовав мое появление, Инквизитор резко обернулся и раздраженно отключил мобильный телефон.

— А-а, Сергей, проходите. — Он кивнул в сторону кресла, а сам продолжил хождение по комнате.

Я с интересом огляделся. Комната один в один походила на кабинет в здании на Фонтанке, даже мебель стояла такая же. Несколько раз пройдя от стены к стене, Урманский успокоился и присел на соседнее кресло.

— Странная возникает ситуация. — Заговорил он, положив руки на мягкие подлокотники. — Все машины, что находились на базе отдыха, оказались неисправны. Почти все номера телефонов моих доверенных лиц либо блокированы, либо не отвечают. Я смог дозвониться лишь до двух человек — Вячеслава, моего помощника, и до зама директора института, но что интересно, оба они находятся в Накки-ярви и не могут ближайшие два-три часа появиться в Санкт-Петербурге. Час назад должна была вернуться Фелиция, но до сих пор ее нет, и телефон ее также не отвечает. Как будто меня устранили от управления организацией.

— Так оно и есть. — Сложить дважды два в возникшей ситуации трудности не представило. — Иннокентий Константинович, вас просто-напросто списали из Ордена. Покушение, заблокированный проход из другой реальности, измена в собственных рядах и отсекание всех возможных источников информации и поддержки — не простое стечение обстоятельств. Я даже могу предположить, откуда ветер дует.

— Ну, и…

— Те два человека, которым вы смогли дозвониться. Помощник ваш и зам этот, институтский. Как версию, могу выдать примерный ход действий по вашей ликвидации, как бы не прискорбно это звучало. Молодые и амбициозные, не желающие мириться с тем, что они не на первых ролях, несколько человек из вашего окружения составили заговор. Они заключили договор с такими же обиженными вторыми лицами из института и провели подготовку к захвату власти. Все знают, что накануне нового года вы приезжаете в Накки-ярви. Ограниченный круг знает — зачем. Еще более узкий круг знает ваши действия в том мире. Остается дождаться нужного времени, подготовить засаду и… в Фонде, и у Ордена появятся новые руководители, которые, скорбя об утрате, возьмут в крепкие руки рычаги управления и поклянутся продолжить ваше дело в обозримом будущем. Пока вы с заоблачных высот руководили вашей организацией, справедливо перекладывая мелкие заботы на плечи подчиненных, поощряли их за инициативы, они подмяли или подстроили под себя все силовые структуры Ордена и Фонда. Осталось дело за малым — взять в крепкие загребущие ручки финансовые потоки. В сложившейся ситуации вы должны исчезнуть, пропасть и погибнуть, а заодно и все те, кто может стать нежеланным свидетелем. И не вижу я реальных способов вылезти из этой ямы, куда вы себя уложили.

Я не старался сгустить краски, но ситуация и в самом деле была хреновой. За себя я не боялся. Тихо исчезнуть из города и вернуться в отдел, где запрячут и прикроют. Судьба Урманского, это — его судьба. А вот Светка. Сама она защититься не сможет. Оставался еще Иван, отправленный на больничную койку, но он не мальчик, а мужчина, который изображать загнанную испуганную дичь не станет даже с дыркой в животе.

И все же, некоторые положительные моменты имеются. Настоящих специалистов-бойцов у них нет. Использование съехавшего с катушек, но не потерявшего боевых навыков, Ленарта, безграмотная засада и неумение выжать максимум возможностей из нее — все говорит об отсутствии настоящего профессионализма в рядах заговорщиков, а это дает шанс изменить ситуацию.

Телефонный номер, надежно спрятанный в памяти телефона и закрытый только мне известным паролем, ждал своего часа. За время моей службы в отделе только дважды пользовались им. Как результат, двух офицеров уволили из армии по дискредитации, и их дальнейшая судьба осталась неизвестной, — номер экстренной связи предусматривал только настоящую форс-мажорную ситуацию, связанную с угрозой отделу.

— Если не возражаете, я бы мог…

Мои слова заглушил телефонный звонок. Урманский заметно дернулся и схватил телефон. Его взгляд красноречиво показал: молчи. Да, нервишки у Инквизитора пошаливают, видно мои слова о сложившейся обстановке и его личные подозрения дали не лучший результат.

— Слушаю, дорогая. — К удивлению, голос Урманского оставался спокойным. — Когда?… Хорошо.

Сунув трубку в карман, Инквизитор повернулся ко мне и, с нескрываемым подозрением посмотрел в глаза.

— Объяснитесь, Сергей Иванович, какова ваша роль во всем этом?

— Неопределенная. — Я демонстративно пожал плечами. — Мы в одной лодке, которая влипла в жидкое дерьмо, и чтобы из нее выбраться на твердую землю и не утонуть, мы должны на определенном этапе держаться друг друга. Я понимаю, что вы сейчас получили какую-то информацию, так сначала разберитесь с нею и еще раз проанализируйте ситуацию.

— Какой казенный язык. — Съязвил Урманский и спокойно заговорил. — Звонила Фелиция. Она сейчас находится в магазине в соседнем доме, а у входа в наш подъезд стоит милицейская машина. Еще одна въехала во двор. Если они нацелены на нас, значит, предательство имеется здесь. Ни кто не знает об этом адресе.

— Как и кому я мог сообщить? Ваши подозрения не корректны, уважаемый Иннокентий Константинович. У меня нет навязчивой идеи, подставлять себя под пули ваших соперников. — Стараясь говорить понятно, я ощутил колыхнувшееся где-то внутри раздражение. — И, черт возьми, мы или доверяем друг другу, или сейчас же расходимся в разные стороны. Я в любом случае смогу пройти даже через бестолковый заслон милиции, а вы, наверняка, сможете затаиться, но это — не лучший вариант.

— Что же вы предлагаете? — Инквизитор оценивающе посмотрел в глаза.

— Я звоню по одному номеру и прошу помощи. Есть рычаг, который остановит любые подвижки со стороны силовых структур нашу сторону. Кроме того, я уверен, будет оказана определенная помощь со стороны нашей конторы.

— Не так уж давно вы пеняли, что я пытаюсь вас завербовать, а теперь то же самое делаете вы. — С кривой улыбкой произнес глава Ордена.

— Если честно, мне по барабану интриги высших эшелонов и всякая шпиономания, я не собираюсь лезть в разборки вашего уровня. Мне, вообще, желательно быстренько разобраться с навалившимися на меня проблемами и не морочиться о какой-то закулисной борьбе за власть. Я вас не вербую и не собираюсь делать этого. Я — солдат, силовик, а не агент.