Дылда Доминга - Деревянное чудо

— Понятия не имею, о чем Вы, — попыталась освободиться я.

— И в зале Вы только потому, что госпожа Тенн обучает Вас отдельно. Потому что Вам нечего делать с другими учениками. Вам необходим ограничитель. — Он смотрел на меня, ища подтверждения. А я смотрела в ответ с плохо скрываемой досадой.

— Что Вам от меня надо, господин Плай?

— Правду, — ответил он и сдернул обруч. На несколько секунд я просто застыла от потрясения, ожидая, что вот-вот растворюсь в пространстве, но ничего не произошло. Что неудивительно, ибо Сайрус с Гором наверняка уже поняли, что дело дохлое, и забросили попытки призвать меня. Карл же ощупывал меня пристальным взглядом.

— Я так и думал, — наконец, вынес он вердикт. — Вы удивительно талантливы.

— Спасибо, конечно, но можно мне вернуть свою вещь? — я вырвала у него из рук обруч и быстренько водрузила его назад на голову.

— Простите, — изобразил раскаяние директор, — но я должен был знать.

— И что Вам дало это знание? — не удержалась я.

— Достаточно, — неожиданно ухмыльнулся он, и в вечно доброжелательном взгляде промелькнуло вдруг нечто хищное и злое. Я невольно отшатнулась.

— Куда же Вы, Оля Тенн? Или правильнее называть Вас Оля из Анка? — я не могла понять, куда делся милый болтливый парень, и откуда на его месте взялся старый и жесткий человек. Черты его менялись на глазах, плыли.

— Кто Вы? — спросила я, а у самой все внутри похолодело: неужели Коллегия отыскала меня? Кто этот Плай? Сотрудник тайной службы? И Плай ли он вообще? И был ли когда-нибудь в местной школе директор Плай? Я сожалела, что не переспросила об этом у Нототении сразу же после первой нашей встречи с Карлом.

— Я — сотрудник тайной службы, — мой кошмар медленно воплощался в жизнь, — Кресании, — последнее слово выбило меня из колеи.

— Чего? — переспросила я. Память услужливо подсунула информацию о том, что Кресания — соседнее с Гаком государство. — И что Вы тут делаете?

— Разыскиваю Вас, — прямо заявил лже-директор.

— Зачем? — я понимала, зачем могу понадобиться Коллегии, но вот соседнему государству…

— Ну ладно, не смотрите на меня так, — ухмыльнулся он. — Неужели действительно не понимаете, с Вашими-то возможностями?

— Из-за деревьев?

— Из-за силы, которую они Вам дают, — подтвердил он. — Я так понимаю, Вы не очень счастливы были в Гаке, раз оказались здесь. Кресания готова предоставить Вам и Вашим наставницам официальное убежище, — неожиданно предложил он.

— А взамен? — осторожно поинтересовалась я.

— А взамен Вы позволите нам исследовать и использовать Ваши способности.

— А если я не соглашусь? — уточнила я.

— Тогда мне придется Вас скрутить и доставить силой, — ничуть не смущаясь, доложил Карл.

— Вы — огненный маг? — зачем-то спросила я. Хотя черты и изменились, в нем все равно ощущалась принадлежность именно этой стихии.

— Да, как и Вы, — подтвердил он мою догадку.

— А Вы бы взялись меня учить?

Он изумленно взглянул мне в глаза. Меньше всего он сейчас ожидал просьб о наставничестве.

— Деревья сильно мешают Вам развивать собственную стихию, — отметил он, и в этот момент матушка, которую я заприметила несколько секунд назад, ударила его мощнейшим столпом огня. Маг вздрогнул, осел, но тут же начал выстраивать вокруг себя щит, только я не позволила: земля беззвучно разошлась под ним и поглотила вместе с огнем и крошащимся щитом. Через минуту не осталось и следа от неожиданной схватки: только ветер закружил песчинки, притрушивая ими свежевскопанную землю.

— Красиво, — одобрила Нототения, подходя ближе и пробуя землю на прочность. — Все-таки ты его зарыла, а не развеяла. Сколько же в тебе от Сайруса, — она словно сетовала, будто мы только что не победили шпиона самой Кресании.

— Что теперь будет? Меня, оказывается, разыскивает не только Коллегия, — с тоской проговорила я.

— И это странно, — заметила настоятельница. — Чтобы Кресания открыто игнорировала интересы Коллегии и пыталась перейти ей дорогу? Для этого должна быть веская причина.

— И какая же?

— Узнаем, деточка, — утешила меня Нототения.

— Я опять подвела вас. Нам придется бежать? — мой взгляд невольно окинул корпуса школы и скромный домик матушки.

Нототения лишь отмахнулась.

— А позови-ка Гора.

— Сюда?

— Сюда-сюда, — покивала она. — Все одно тебе здесь уже нельзя оставаться.

— Хорошо, — согласилась я, представляя новую череду мытарств, которая ждет меня впереди.

— Горальд, — имя привычно слетело с языка, и в ответ вскоре с облегчением раздалось:

— Живая! Сестры? — быстрым взглядом охотник окинул комнату. И тут же выпалил: — Спятила?

— Нет, место все равно раскрыли.

— Кто? — Гор еще раз окинул взглядом обоих сестер и уселся в свободное кресло.

— Кресаниец, — ответила настоятельница и с интересом взглянула на Гора.

— Ох, черт, — только и вздохнул он.

— Что у вас там происходит, мальчик? — полюбопытствовала старушка.

— Ну, как сказать, — замялся он, явно не желая отвечать.

— Да так и скажи, как есть, — потребовала Нототения.

— Война, — неловко выложил Гор, поерзав в кресле, — с Кресанией.

— Что?! — новость поразила даже опытную сестру.

— Да то. Почуяли слабину и рванули.

— А она им зачем? — кивнула Нототения на меня.

— Для убедительности. Они якобы защищают равновесие, законы которого мы нарушили.

— Как знакомо звучит, — проворчала я и, глянув на Гора, наконец, заметила, в каком он прибыл виде. — Я тебя что, прямо из боя выдернула?

— Ну, так, — отозвался Гор.

— Ох ты, — вырвалось у меня.

— Вы часом не родственники? — поддела нас Нототения, и тут же посерьезнела: — А что Коллегия?

— А что. Сопротивляется. Уже и Орден весь на передовую бросили, а кресанийцы на юге все равно вон до самого Альда дошли.

— Так ты поэтому, — поняла я. Ввязался в бой, потому что война дошла до стен родного города.

— Поэтому и потому, что в самом городе дураков много. Кричат, что им Кресания ближе, что она, мол, всем поможет, а распоясавшихся столичных магов нужно призвать к порядку. А что в Кресании те же маги, только больше и злее, никто не думает.

— А Сайрус? — не выдержала я, за что удостоилась укоризненного взгляда Нототении.

— У них с Дигиным теперь перемирие. Только и это не особо помогает. Многие ранены, Клайдон сильно пострадал, Паитон — помнишь его? — убит.

От шока слова застряли у меня в горле.

— А Идрис? Тонвель?

— Идрис — тоже мертв. Тонвель — отдельная история. Так, как он кресанийцам морочит голову, нужно еще постараться. О нем легенды ходят.