Дуглас Найлз - Черные Волшебники

Она превратилась в орла. Она летела!

Дни и ночи проводил в черном молчании Алексей, прикованный к каменной стене своей камеры. С каждым днем безумие все ближе подкрадывалось к нему, и у мага оставалось все меньше сил, чтобы бороться с ним.

Только спустя долгие часы после заключения Алексея в камеру, Синдр и жестокий палач нанесли ему визит. Палач из Калимшана был мастером своего дела. Он с большим тщанием ломал руки Алексея, позаботившись о том, чтобы не осталось ни одной целой косточки.

Ужасная боль от этих ран разжигала в Алексее ненависть к Синдру.

Постепенно кости срослись, превратив его руки в уродливые клешни, которые уже были неспособны производить заклинания. Когда они окончательно зажили и боль прошла, у Алексея для утешения остались лишь темнота и одиночество.

Теперь, когда боль ушла окончательно, только ненависть заставляла его продолжать борьбу за сохранение разума. И он холил и лелеял эту ненависть в надежде, что когда-нибудь ему удастся удовлетворить ее. Он ненавидел короля и Крифона: уверенность в том, что они его предали, не покидала Алексея. И он ненавидел палача, сломавшего его руки.

Но более всего он ненавидел Синдра. Маг снова и снова думал о том, как он уничтожит своего прежнего господина. Он наслаждался размышлениями о смерти колдуна, долгой и ужасной, обдумывая различные способы, в большинстве своем волшебные.

Но даже если бы он был способен владеть руками, он не мог произнести заклинания, потому что Синдр поместил его камеру в конус молчания. Ни звук падающего камня, ни отчаянный крик ужаса не могли нарушить абсолютной тишины, навсегда воцарившейся в камере.

Некоторое время маг размышлял о том, почему Синдр заточил его в эту камеру, вместо того чтобы сразу убить его, но потом он вспомнил зловещего бога священника Хобарта и его кровавый алтарь. В жилах Алексея текла кровь мага, и когда Хобарт возвратится, исполнив свою миссию в Корвелле, алтарь Баала примет Алексея и его кровь.

– Добро пожаловать, путешественники!

Высокий человек ловко спрыгнул с ветки дерева в круг волшебного света. Он был одет в коричневые штаны и длинную зеленую рубаху, а в его отчужденном лице, частично скрытом большой рыжей бородой, не было враждебности. Он снова заговорил:

– Вы должны быть осторожнее. Ездить в такое время через Дерналльский лес!

Тристан посмотрел на лучников, кольцом окруживших его маленький отряд. Ни один из них не сдвинулся с места.

– Возможно, вы будете настолько любезны, что обеспечите нас охраной?

– спросил он.

– Ха-ха! – сказал рыжебородый человек, делая широкий жест, словно приглашая своих людей разделить его веселье. – Какой дерзкий парень! Я таких люблю. Возможно, мы тебе даже оставим пару монет!

Тристан почувствовал некоторое облегчение. Это были обычные разбойники, и им придется раскошелиться. Но зато маловероятно, что они передадут его в руки королевских наемников. И в то же время перед ними была не банда оборванных разбойников, а хорошо организованный отряд опытных воинов, каждый из которых знал, что должен делать. К тому же, среди них есть маги – яркий круг света был тому свидетельством. Эти люди могли быть очень опасными – никаких сомнений тут не возникало.

– Ну, а теперь джентльмены, если бы будете настолько любезны, что передадите нам свои кошельки, мы сможем завершить нашу столь приятную встречу. Надеюсь, вы на нас не в обиде!

Тристан заметил, что Полдо помрачнел, и понял, что, скорее всего, кошелек карлика туго набит золотом. Ни принцу, ни Дарусу, в общем-то, нечего было терять, а вот карлик, наверняка, носил с собой всю выручку за целый год скитаний. Тут Тристан вспомнил, что Полдо прихватил тяжелый кошель офицера Алой Гвардии.

– Могу ли я спросить, сэр, чья казна разбогатеет от этих не слишком честных доходов? – спросил принц.

– Не слишком честных? – главарь разбойников огорченно покачал головой. – Сэр, вы меня обижаете! Считайте, что это пошлина… Пошлина за то, что мы очистили эти дороги от мерзавцев короля! Ваш вклад пойдет в казну Хью О'Рорка – вашего покорного слуги!

Имя ничего не значило для Тристана.

– Мы сами не из числа добрых друзей короля, и мы решили ехать этими лесными тропами именно потому, что стремились избежать встречи с теми самыми мерзавцами, о которых вы только что упомянули.

– Так вы что, скрываетесь от закона? – на лице О'Рорка появилось любопытство.

– Возможно. К тому же, у нас есть небольшой кошель с королевским золотом, который мы с удовольствием предоставим в ваше распоряжение в обмен за свободный проезд через ваши владения и информацию, которая может пригодиться для выполнения нашей миссии.

– Эй! – прошипел Полдо. – Это мое! Ты не можешь…

– Успокойся! – тихонько прорычал Тристан.

– Хм, путешественники с важной миссией? Давайте посмотрим на этот ваш кошелек, а потом мы возможно, и поговорим.

– Он лежит в сумке моего приятеля. Полдо, расплатись с этим господином.

Бормоча проклятия, Полдо достал кожаный мешочек, которым обзавелся в замке, и бросил его О'Рорку. Только тут Тристан сообразил, что они так и не проверили, действительно ли в мешочке лежит золото. Но блестящий металл был ясно виден в ярком свете, и некоторые лучники даже слегка забыли о бдительности, когда разбойник высыпал себе на ладонь несколько сверкающих монет.

– Очень хорошо, – сказал он, широко улыбаясь в рыжую бороду. – Вы не будете разочарованы нашим гостеприимством. – Он с одобрением посмотрел на их вооружение. – Может быть, для вас найдется место среди моих отборных головорезов.

Последнее замечание О'Рорка очень обеспокоило Тристана. Он начал сомневаться, смогут ли они уехать вовремя.

Колдун отвернулся от зеркала и сердито зашагал по залу совета. Его холодное спокойствие улетучилось, как только он узнал о событиях, происшедших в Лльюэллине. Принц опять спасся!

Синдру с трудом удалось взять под контроль свои чувства. Волшебник знал, что только хладнокровие поможет ему придумать способ расправы с этим молодым выскочкой. До тех пор, пока с принцем не будет покончено, Синдр не сможет получить неограниченную власть. Каллидирр уже казался ему слишком тесным – Корвелл был следующим шагом в мечтах колдуна о покорении ффолков.

Он вспомнил пророчество Баала, предупреждающее об опасности, которую нес в себе принц Корвелла, – может быть, Синдр недооценил его? Что, если принцу суждено разбить все планы совета?

Нет, это невозможно! Синдр знал, что несколько раз принцу просто очень повезло. И что убийцу Разфалло в последний раз постигла неудача.