Александр Прозоров - Ключ Времен

Лазутчики, осторожно ступая и держась ближе к деревянному частоколу, подошли к невысокому грубому строению.

- Здесь, - шепнул Олег.

Не зная, где находится здешняя темница, Середин смог сразу точно определить, что это она. Строение окутывала тягучая атмосфера, густо замешанная на боли, отчаянии и смерти. И ведун почти физически ощущал ее тяжесть, упавшую на плечи непосильной ношей. Можно было подумать, там сидит не пара человек в ожидании суда, как это обычно случается, а минимум три десятка.

Дверь никто не охранял. - Вокруг стояла полнейшая тишина.

Олег подошел ближе, достал отмычку и приложил к двери, стараясь прикрыть ее руками - но слабое свечение все равно просачивалось между пальцами. Ведун оглянулся на крыльцо. Дружинник на нем зевал и считал звезды. К счастью, на этот раз дверь распахнулась довольно быстро. Олег спрятал отмычку, достал нож и стал спускаться по ступеням вниз.

На стенах длинного коридора горело по паре факелов, давая вполне приличное освещение. Лазутчики быстро проскользнули внутрь и аккуратно прикрыли за собой дверь. Княжеский поруб был довольно большой: к центральной площадке выходили четыре двери из толстых досок, с узкими окошками на уровне лица. И зачем юрьевскому князю столько? Насколько помнил ведун, здешние правители не очень любили кормить нахлебников из своего кармана, а потому стремились провести суд как можно быстрее. Зачастую - в тот же день, как преступник попадал к ним в руки. Поэтому порубы обычно имели только одну комнатушку, изредка - две. Да и те большей частью пустовали. Как, впрочем, и здесь: Олег заглянул в одно окошко - никого. В другое - пусто. И только в третьем, услышав шум снаружи, кто-то шевельнулся.

- Кира? - тихо спросил ведун.

- Да.

Середин облегченно вздохнул и сдвинул засов с двери.

- Пойдем отсюда. А то пахнет здесь так, что словно в выгребной яме стоим.

Он подал в темноту руку и почувствовал, как в его широкую ладонь легла маленькая горячая ладошка девушки.

- Ведун, - внезапно раздался хриплый каркающий голос в соседней камере. - Освободи меня. Может, и я помогу тебе как-нибудь.

Олег замер.

- Ты кто? И откуда меня знаешь? Существо разразилось тихим смехом.

- Это смертные могут тебя не знать, ведун. А среди таких, как я, ты очень знаменит.

- Ты - нечисть, - вздохнув, сказал Олег.

Во тьме вспыхнули два круглых рубиновых глаза. Ведун и Кира едва не шарахнулись в сторону от неожиданности.

- Можно сказать и так, - ответил обитатель камеры. - Разве это сейчас важно? Враг твоего врага - твой друг. У нас у обоих зуб на князя Руслана.

- Ты смотри, какой философ: - покачал головой Середин. - Нет, родной. Если крокодил съел твоего врага, это еще не значит, что он твой друг.

- Еще не съел, ведун, - заскреблось существо в камере. - Выпусти меня, не пожалеешь.

Олег оглянулся на Киру. Девушка неуверенно пожала плечами.

- Как ты здесь оказался?

- Долгая история, а ты, как я погляжу, спешишь.

- Ладно, нежить. - Ведун выдернул из кармана свой шипастый серебряный кистень, накинул петлю на запястье и выбил с двери засов. - Смотри у меня, дружбан. Если что - я с тобой управлюсь.

- Поглядим, ведун. - Существо глянуло на оружие из священного метала и спешки проявлять не стало. - Но я долги отдаю. Пока тебе жизнь не спасу, можешь меня не опасаться.

- Будь здоров.

И они поторопились к выходу, где их поджидал Ермолай. Дружинник открыл дверь, и соратники вышли во двор, пытаясь разглядеть хоть что-то во мраке после ярко освещенного помещения.

Сзади, закрываясь, хлопнула дверь.

- Я рад, что оказался прав!

Насмешливый голос раздался так неожиданно, что они вздрогнули. Зашипев, один за другим вспыхнули несколько факелов, и Олег выругался сквозь зубы. Перед ними плотной стеной стояли дружинники в кольчугах, шлемах, со щитами в руках и мечами наголо. Десятка полтора лучников держали их с крыльца под прицелом, а чуть ниже стоял князь Руслан, сияющий, как начищенный ботинок. Единственное, что портило его, так это обожженная рана во всю щеку.

- Эх, Кира, Кира, - покачал головой Середин. - Значит, это действительно ты: Как ты могла?

- Я? - непонимающе переспросила девушка. - Что я?

- Я почему-то так и думал, что ты явишься за своей женщиной, - неспешно шагая по ступеням, спустился на мостовую Руслан. Полы шубы на его плечах разошлись, открывая шитую золотом ферязь, и Олег увидел на княжеском поясе, рядом с мечом, длинный, украшенный самоцветами кинжал. Тот самый - подарок Радомира, а потом уже его подарок Кире. Почему-то именно это взбесило его больше всего.

- С чего ты взял, что она моя?

- Э-э, колдун, - осуждающе поцокал языком князь. - Достаточно было посмотреть на твою красавицу, когда она склонялась над тобою, чтобы все понять. Так могут переживать и лечить только своего мужчину.

Олег покосился на Киру. Ее глаза метали молнии, когда она смотрела на князя, но лицо заливал предательский румянец.

- Что ж, вы должны быть мне благодарны, что умрете бок о бок. Лучники, приготовиться!

Олег слегка оттеснил в сторону Киру и перекинул из-за спины щит. И вдруг увидел то, чего не заметил более никто из присутствующих: идущую среди дружинников прекрасную женщину с чашей в руке.

- Мара... - пробормотал он, осознавая близость неизбежного. - Ты пришла. Наверное, когда из меня будет торчать десяток стрел, ты все-таки протянешь мне свою чашу.

Женщина улыбнулась ему и кивнула.

Князь поднял руку.

В этот миг дверь поруба распахнулась от мощного толчка, просвистела мимо ведуна так, что его обдало сквозняком, и со всего маху грохнулась о стену. Из нее вылетело какое-то темное бесформенное существо и врезалось в стройные ряды воинов, сминая их, как бумагу. Люди завопили - кто от боли, кто от неожиданности, - в панике начали размахивать оружием. В воздухе запели стрелы, застучали по стенам, по мостовой, засвистели над головами - но попасть в неожиданного врага лучникам не удавалось. Двор детинца мгновенно превратился в несуразную свалку, в которой никто не понимал, на кого нужно наступать, от кого прятаться и как не попасть под меч товарища или бронебойную стрелу с крыльца. Тут и там от людей отлетали кровавые ошметки, а-между ними, сливаясь в сплошную тень, носилось странное существо, следом за которым непостижимым образом поспевала и женщина с чашей.

В этом бедламе сохранил спокойствие только князь. Он повел взглядом в сторону мечущихся ратников, выдернул меч и шагнул к Середину:

- Видать, богами суждено, чтобы ты сгинул именно от моей руки, колдун.

- Уходите! - толкнул Олег Киру в руки Ермолая. Девушка попыталась было высказаться, но воин кивнул, грубо сгреб ее в охапку и скрылся в темноте.