Чужая невеста для ректора - Таня Денисова

Ну и, Лекс об этом пока молчит, а я уже думаю о детях. Ну, не буду же я беременная проходить полосу испытаний. Я лучше изучу, как с помощью заклинаний очистить пелёнку или прогладить стопку детской одежды. По крайней мере, очень надеюсь, что такие заклинания существуют.

Лекс, услышав мою просьбу уже в стенах своего кабинета, широко улыбается, а потом переводит глаза за мою спину.

— И ты туда же? — спрашивает у второго посетителя.

— Да, — уверенно отвечает Элли.

Подруга, оказывается, тоже решила перевестись. Тоже ради спокойной семейной жизни.

— Что ж вы, девушки, сразу бытовой не выбрали. Вам ведь изначально дорога туда была, — усмехается Лекс.

— Ну… — тянет Элли.

— Всё не зря, Лекс, — говорю я, сжимая руку подруги для поддержки. — Я выбрала боевой, привлекла твоё внимание, Элли выбрала боевой — привлекла внимание Джейка.

— Любимая, ты моё внимание привлекла намного раньше, — говорит Лекс с очаровательной улыбкой.

— И ты моё тоже, Элли, — раздаётся за нашими спинами голос Джейка. — И мне очень приятно, правда, что ты решила сделать для меня такой сюрприз.

— Уже не сюрприз.

— Ты просто очень громко думаешь.

Элли смеётся и идёт в объятия истинного. Я замечаю, что метка на её руке стала такой же яркой, как и у меня. А значит, эта парочка тоже плодотворно провела ночь. Элли видит мой взгляд и смущённо улыбается. Такая она счастливая рядом с Джейком. Прекрасная пара из них сложилась.

— Желание истинной для дракона — закон, — говорит Лекс. — Поэтому пишите, девушки, заявление о переводе. Я, конечно же, подпишу. Вы будете зачислены на бытовой факультет с завтрашнего дня.

— Надеюсь, леди Гранд не вернётся на пост декана? — осторожно спрашиваю я.

— Никогда. И в эту Академию она тоже не вернётся. Морган дал мне слово.

— Отлично! — восклицаем с Элли одновременно и смеёмся.

Подруга с Джейком уходит, и у Лекса меняется настроение. Кажется, он хочет сказать мне что-то не очень приятное.

— Нам с тобой предстоит одно дело, — говорит он.

— Поездка в дом Софи?

— Да. Мы должны выяснить, кто пытался её убить.

Глава 64

Думаю, отец Софи был немало удивлён, когда получил послание от ректора Уолтермана, где сообщалось, что мы прибудем на выходных к девяти утра. А ещё мне очень любопытно, как на это сообщение отреагировали мачеха и сестрица.

Ох, как же мне хочется посмотреть на их лица, когда они увидят метку истинности на моём запястье. Сейчас я её не скрываю, а ношу с гордостью.

Лекс собирается переместить нас порталом, чтобы не тратить много времени на дорогу, поэтому я спокойно собираюсь в субботу утром в его коттедже на территории, а именно там я сейчас живу.

— Лекс, — обращаюсь к любимому, поправляя воротничок на платье, — а ты не думал, что на территории Академии стоит построить отдельный корпус для истинных пар?

— Идея хорошая, но тогда мы потерям эти самые истинные пары, — тихо смеётся Лекс и легко целует меня в губы.

— Почему?

— Из-за сильнейшего притяжения они просто не смогут друг от друга оторваться. Связь усиливается после первой ночи.

— Но мы ведь держимся.

— А ты хоть представляешь, каких усилий мне стоит держаться от тебя на расстоянии? — спрашивает он и нежно щёлкает меня по кончику носа. — Моя бы воля, я бы заперся с тобой здесь на месяц. Минимум. Но! Мы сейчас отправляемся к твоим родным. Точнее, к родным Софи.

К щекам тут же приливает кровь, стоит представить, что мы с Лексом остаёмся одни на целый месяц. Это же… Ух.

— Лучше не думай об этом, — смеётся Лекс и создаёт портал.

Не даёт мне время подготовиться, но, наверное, так будет лучше. Я улыбаюсь ему, беру за руку, и мы уверенно делаем шаг в портал. Пара секунд, и мы уже стоим перед калиткой в дом родителей Софи.

Всё семейство стоит на крыльце у дверей.

Отец Софи радостно улыбается, увидев нас. Мачеха выдавливает из себя вежливую улыбку. Всё же, приличия нужно соблюдать. А вот сестрица совсем не умеет скрывать эмоций. Её глаза злобно сужаются, когда она видит, что она видит, что мы с Лексом держимся за руки.

— Готова? — тихо спрашивает любимый, бережно целуя меня в висок.

Я киваю. Ооо, а вот такого поворота семейка не ожидает. Теперь у папы рот приоткрывается от удивления. Мачеха недовольно поджимает губы. Сестрица краснеет и сжимает кулаки.

Не знаю, как у Лекса, а у меня теперь вообще сомнений нет, кто пытался убить Софи. Точнее не пытался, а убил, раз я заняла её место.

Мы подходим к родным Софи.

— Доброе утро, — вежливо здороваюсь я.

— Разве оно доброе? — шипит в ответ махеча. — Как ты можешь позволять чужому мужчине целовать себя? Как к этому отнесётся твой жених?

— Меня целует мой истинный, — с гордо поднятой головой отвечаю я.

— Марк пожелал нам счастья, — продолжает за мной Лекс, — мы прибыли сообщить от его имени, что помолвка расторгнута.

— Истинный? — не сдерживая эмоций вскрикивает сестра. — Какой ещё истинный! Этого не может быть!

Я в ответ на это поднимаю руку и демонстрирую девушке запястья. Смотреть на неё жалко. Лицо красное, слёзы в глазах, кулаки сжаты до побелевших костяшек.

— Что ж ты не сдохла, тварь! — кричит она и охает, понимая, что выдала себя.

Мачеха бледнеет и заслоняет её собой. Сообщница. Лекс горько усмехается и достаёт из кармана конверт.

— Это вызов на допрос вас и вашей дочери, — говорит он женщине и вручает ей конверт.

— Что? Какой допрос? — оживает отец.

— Они подозреваются в убийстве Софи Велмер.

— Какое убийство. Вот она Софи. Живая стоит!

— Это не Софи. Это её тело. Тело, которое заняла душа девушки из другого мира. С сожалением должен вам сообщить, граф Велмер, ваша дочь Софи мертва. Усилиями вашей новой жены и её дочери!

— Это ложь! — вскрикивает женщина.

— Вот и расскажете, что было на самом деле дознавателю, — с вежливой улыбкой отвечает ей Лекс. — Если вам нечего скрывать, то и нечего бояться. Правда?

— И не стыдно вам говорить такие вещи на пороге дома, где все могут услышать ваши ложные обвинения! — цедит сквозь зубы мачеха.

— Стыдно должно быть вам. А моя истинная порог этого дома никогда больше не переступит, — резким тоном говорит Лекс.

— Ректор Уолтерман, я прослежу, чтобы моя жена и падчерица прибыли на допрос и не сбежали, — подаёт голос граф.

— Ты веришь ему?

— Верю. На меня смотрят глаза не моей милой Софи. Спасибо, что сообщили правду. А вам, девушка я от души желаю счастья.