Сопряжение. Чернильный маг 1 - Эдуард Павлович Поляков

class="p1">— Настя ведет к тому, что рисунок нанесен некачественной самодельной тушью и грубым инструментом. Например связанными в пучок костяными иглами. И то и другое в наше время архаизм. Вряд ли ты сидел в тюрьме, поэтому остаётся только одно: твоя татуировка — тамга, нанесенная ритуальными инструментами.

А вот тут мне крыть было нечем. Лимертиан, наносивший на кожу этот оберег, два года назад даже не слышал про такую вещь как электрическая татуировочная машинка. Да и про само электричество тоже.

— Ложись, — хлопнув меня по плечу приказала Катя и я починился.

— Магнус, у тебя заражение, — добавила девушка, стоило мне улечься на живот и тем самым спрятать татуировку от жадных глаз Алисы.

— Да откуда? — чуть не подпрыгнул я. — Даже часа не прошло!

— Значит, это либо пассивный эффект Данди, либо яд повешенного, — констатировала девушка. — Придётся прижигать рану.

Алиса рассмеялась.

— Ох, Настя, придётся дать ему что-то посильнее этого коктейльчика. Потом у него сорвет башню и Магнус опять начнет распускать руки.

Судя по общему смеху, сегодняшний инцидент в медблоке стал секретом полишинеля. Ну Настюха... Что, не могла догадаться и смолчать про мой сегодняшний конфуз?

— Не надо мне ничего давать. Так дезинфицируй!

Скрипнув зубами, произнёс я. Нет, к рецидиву своих шаловливых рук на фоне седативного опьянения я был решительно не готов. Лучше уж потерпеть.

— Ага, — со скепсисом ответила Алиса. — Чтобы на твои крики и стенания к нам прибежала комендант? Ты представляешь, чем это грозит всем нам, и тебе в том числе? Так что давай, крутой парень, пей что дают. Будешь распускать руки — мы тебя свяжем!

***

— Ну вот, вроде бы всё, — гася пламя на пропитанном в спирте ватном шарике, произнесла Катя.

К этому моменту рваные раны были уже обеззараженны, зашиты и заботливо заклеены саморастворяющимся хирургическим пластырем. Но чтобы тот начал действовать, его нужно было прогреть, что собственно Катерина и сделала с помощью открытого огня.

— Магнус, ты как? — участливо поинтересовалась Настя.

В этом ученица алхимика была права. Она единственная, ну, за исключением Кати, которая чистила раны Магнуса, не отвела взгляда от процедуры больше напоминающей средневековые пытки.

— Мох предсказателей, конечно хорошее обезболивающее и седативное, но…

Парень не ответил, что заставило девчонок тревожно переглянулся.

Страшная мысль, о том, что сердце парня не выдержало боли, мелькнуло в голове будущего медика.

Но Алиса среагировала первой. Хрупкая девушка, одна из наследниц вендорской империи Селезнёвых, с нехарактерной для себя силой перевернула на бок парня и принялась хлестать его по щекам. Вот только привести его в чувство не удалось.

Детство в большой семье в окружении восьми братьев научило Селезнёву многому. И в первую очередь — умению бить так чтобы второго раза не понадобилось.

Катя, наконец-то, отошла от ступора, схватила стакан и бросилась в ванную, в надежде, что вода поможет привести одноклассника в чувство. При этом с её головы слетела шапка, скрывающая маленькие рожки. Дочь главы клана Абрыкиных всегда стеснялась побочных проявлений класса и скрывала их под шапкой. Но сейчас было не до того.

Как это и положено будущему медику, первой в себя пришла Настя. Оттолкнув подругу и окончательно перевернув Магнуса на спину, девушка скомандовала:

— Искусственное дыхание с массажем сердца, быстро!

Запрокинув голову парня назад и открыв его рот девушка сделала то, что раньше практиковала только на манекене. Один глубокий выдох, второй. Затем она оторвалась и кивнула Алисе, на что девушка, прикусив губу, дважды со всей силы надавила на грудь парня.

Настя уже была готова вновь повторить принудительную вентиляцию лёгких, но стоило ей приблизиться к лицу находящегося без сознания парня, как из него раздался лютый, громоподобный храп.

— Он что… Просто спит? — держа в руке стакан с водой и сползая по стеночке произнесла Катя.

— Ага, — со злостью подтвердила её догадку Алиса и от обиды стукнула парня в плечо. — Как мой папенька, когда водочки нажрется. Фу, Настя, как ты его обслюнявила

И в этот момент девчонок отпустило. На них разом навалился смех. Истерический, маниакальный. Такой, что бывает только в момент осознания того, что гроза миновала и всё будет хорошо. А ты, накрутивший себя самыми худшими мыслями, понимаешь каким был идиотом.

Девушки, продолжая смеяться, подкалывали друг друга. Алису — за то, что намеревалась отправить в нокаут еще не пришедшего в себя парня. Катю — за ступор, во время которого девушка только хлопала глазами и открывала рот. Настю — за поцелуй, который она так ловко замаскировала под первую помощь.

— Так сильно на него запала, что начала делать храпящему искусственное дыхание? — в привычной манере не слезала с горячей темы Алиса.

— Завидуешь, что сама до этого первая не додумалась? — вздернув носик, вернула ей шпильку Настя.

И тут хлопнула дверь. В комнате всего на секунду появились близняшки и с криком "Шухер! Горгона идет с обходом!" скрылись дальше по коридору.

И теперь девушкам было уже не до смеха.

— Под кровать его, быстро! — скомандовала Алиса и первой уцепилась за угол брошенного на пол матраса.

Втроём девушки легко затолкали матрас с Магнусом под двухъярусную кровать. Катя, живущая вместе с Викой в соседней комнате, рванула к двери, но Настя осадила её.

— Куда? А если он храпеть будет? Давай под кровать и зажми ему рот! — скомандовала, обычно кроткая, Настя.

Алиса же, наплевав на неудобный момент, схватила края пижамы и рывком сняла с себя вверх.

— Да не тебе! Озабоченная! — огрызнулась на неё Настя.

— Молчи! — змеей зашипела на неё Алиса. — Нас по-любому кто-то сдал! А так, когда Горгона придёт и увидит меня переодевающейся, думаешь она станет обшаривать нашу комнату в поисках парней? Иди уже в ванну чистить зубы! Когда услышишь что она пришла — выйдешь с зубной щёткой во рту. И возмущайся! А ты, — обратился она уже к Кате. — Брысь под кровать! И рот Магнусу зажать не забудь. Только не как Настя, — Алиса всё же не удержалась от очередного подкола соседки по комнате.

Не прошло и минуты, как дверь с силой распахнулась и в проеме встала она! Элеонора Семеновна — комендант женского общежития, а по совместительству и святой ревнитель девичьей чести, которую за глаза девушки ласково звали "Горгона".

Женщина повела носом, будто надеялась учуять в комнате мужской дух,