Мария Рубан - Человек с глазами (СИ)

Он увидел, как губы Алеси вновь зашевелились и интуитивно закивал головой в ответ.

Без конца повторяющиеся сухие слова врача, не заглушаемые ни внутренним голосом Лёни, ни звуками из внешнего мира, сводили с ума, казалось он обречен слушать зацикленную фразу до прихода смерти.

"Ну раз ты требуешь от них невозможного, почему тогда они..." - голос смолк, не закончив предложение. Лёня сразу услышал свои мысли и новый мужской тембр, который говорил не в его голове, а снаружи, слева от него. Голос принадлежал отцу.

- Алеся, ты чувствуешь?

- Асфальт дрожит, - прошептала она.

- Что? - переспросил Рубан младший.

Раньше Лёня не обратил бы внимание на подобные реплики родителей, Родион и Алеся часто кого-то видели и говорили о вещах только им понятных. Но теперь ему стало любопытно о ком они говорят и как оно выглядит. Интерес возник от радости, когда врач наконец-то заткнулся, Рубан младший услышал собственные мысли, постороннюю речь и голос большого внешнего мира.

- Улица дрожит от проворных тяжелых ножек родственников Тарлая, они приближаются, - пояснила Алеся.

- Родственники горы в национальном парке? - голос Лёни завибрировал, не привыкший к абсурду разум мальчика противился глупости, озвученной им только что.

- Да, - кивнул Родион и добавил: - Нужно отойти в сторонку, а то затопчут.

- Как они выглядят?

- Тебе правда интересно? - посмотрела Алеся на сына.

- Да, - сам удивился своему ответу Лёня.

Троица взяла немного правее и сместилась ближе к бордюру, чтобы не оказаться в эпицентре оголтелых родственников Тарлая.

- Гора в центре национального парка, - начала Алеся, - на самом деле старый великан. Раз в три года в безлунную ночь он просыпается, и все мужчины в роду Тарлая в час его пробуждения находятся рядом с ним. Они приходят со всех уголков планеты, чтобы навестить самого большого. Все остальные в их семействе карлики. Больше всего их интересует, как чувствует себя Тарлай, не потому что они беспокоятся о нем, а потому что бояться за себя. Старый великан источник силы и здоровья всех карликов в этой семье.

- А выглядят они весьма оригинально, - продолжил Родион, - представь себе толпу толстых и худых крикливых карликов в ярких синих, зеленых, красных, голубых, фиолетовых, желтых, оранжевых, салатовых и прочих, прочих цветов костюмах и забавных шапочках скрученных на подобие морских ракушек. Они постоянно бегают, машут руками и никогда не закрывают рты. Постоянно что-то обсуждают, кричат, ругаются, поют, смеются, разве что только рядом с Тарлаем они ведут себя тихо и мирно. Он не терпит суеты и шума, его они бояться. Ножки у них маленькие как у всех карликов, но такие мощные, особенно, когда они вместе, что способны землю сотрясать, люди их беготню часто путают с землетрясением.

Лёня представлял себе всё что описывали родители и увидел. Увидел, как по улице Владимирской мимо пронеслась цветная клякса из карликов. Услышал, как они кричат, и голоса человечков сливаются в гулкий шум из десятков тембров. Почувствовал, как дрожит земля под ногами и увидел обеспокоенные лица прохожих, которые не видели причину тряски, но все были уверены, что это землетрясение.

- Я вижу, - тихо сказал он. - Вижу.

- Правда? - спросила Алеся не веря сыну.

- Не так как вы. Я будто вижу глазами, которые внутри меня.

- Воображение, - довольно заметил Рубан старший.

С того дня Родион и Алеся стали глазами Лёни в невидимом мире. Они рассказывали сыну о тех, кто живет рядом, а он рисовал их в альбомах и каждый раз, показывая родителям рисунки спрашивал: "Это похоже на то что вы видите?". И каждый раз они отвечали: "На твоих картинках всё выглядит гораздо лучше, чем в действительности". И это было чистой правдой.