Инна Сударева - Клинки Юга

- Ворота! Откройте! - закричал первый из всадников, подлетая к крепостной стене Каменца. - Я - королевский гвардеец Элиас Крунос! Со мной - Судьи Климент и Бертрам! Со мной - рыцари Королевства! Со мной - беженцы из Эрина!

Первым, кто встречал их во дворе форта, был, само собой разумеется, лорд Гитбор. Он с нетерпением дождался, пока Элиас и другие покинут седла, и бросился расспрашивать:

- Что? Как?

- Плохо все. Очень плохо, - покачал лохматой головой гвардеец, не зная, что повторяет недавние слова Южного Судьи.

- О, это же вы! - узнал Элиаса и доктора капитан Каменца. - О, и ваши дамы! Вечер добрый, - он галантно поклонился Марте и княжне Уне, которые спешились и теперь стояли, завернувшись в свои темные плащи, похожие на сумеречных призраков. - Прошу в дом - отдохнете, подкрепитесь… С вами раненые? Несите их в лазарет - там есть лекарь. О лошадях не беспокойтесь - наши конюхи прекрасно справятся. Проходите, проходите же…

Какое-то время спустя в Каменце начался своеобразный военный совет.

Сперва началось долгое повествование о "приключениях" в Эрине. Гитбор очень внимательно слушал то Элиаса, то Линара, то Климента, из мимики позволив себе лишь сосредоточенно нахмуренные брови. Марта с Уной отмалчивались. Они, бледные и понурые, сидели на скамейке у окна, так и не сняв своих плащей, и, не смотря на то, что было очень тепло, жались друг к дружке, как два воробья на ветке в морозный январский день.

- Марк, барон Микель, рыцари Валер, Ульрик, Норбер, Оскар - это наверно только треть тех, кого он убил! - не сдерживая эмоций, воскликнул под конец рассказа Элиас, описывая бой в поселке Белое. - Своей рукой! Тех, кто ему был предан душой и телом! Своих рыцарей! О! Это надо было видеть! Это чудовищно! Все парни в ужасе: король, которому они присягали, пришел их убивать… Мы бежали из села, как испуганные куропатки…

- Марк, Микель, - повторил Гитбор. - Как это может быть? Все, что вы говорите, просто сон какой-то, кошмарный, - и старик потер пальцами лоб, словно это могло прояснить мысли.

- Перед смертью Марк что-то говорил о том, что король забыл себя, - отозвался из своего кресла пока молчавший мастер Линар. - Я подумал…

- Ну-ну, - кивнул ему лорд, разрешая продолжить измышления.

- Мне показалось: государь в каком-то мороке, - пожал плечами доктор. - Он сам на себя не был похож. В глазах - одержимость, лицо перекошено…

Тут подал голос Судья Климент:

- Это, конечно, глупо, но та гадалка из Эрина, малышка Ши: она по руке предсказала моему брату удар в голову - это сбылось; она же сказала Фреду, что он себя потеряет. Наверно, тоже сбылось. Таким вот образом, - вздохнул юноша.

- Я, признаюсь, не особо верю во всякое такое, - покрутил рукой в воздухе, словно отгоняя муху, лорд Гитбор. - Но какое еще может быть объяснение? Чтоб Фредерик сознательно предал своих людей, свою страну?

- Невозможно! - в один голос выпалили Линар, Элиас и Климент.

- Согласен, - кивнул Южный Судья. - Склонен думать, что он или обезумел или его опоили, как предположил мастер Линар.

- Второе вернее, - послышался голос княжны Уны: она встала со скамьи и подошла к столу, за которым совещались мужчины. - Помните, что говорил Микель и лорд Тайтор? Про всякие зелья, которые варят знахари Хемуса.

- Да-да, - вновь кивнул, уже в сторону девушки, лорд Гитбор. - Он говорил о волшебном напитке, что помогает без страха кидаться в битву.

Тут Линар поднял вверх указательный палец правой руки, дав знак, что его осенило:

- Страх - он есть всегда. Человек боится когда? Когда ему есть, что терять. Если страх пропадает, стало быть, человеку терять уже нечего, даже собственная жизнь для него ничего не значит. Но это уже - безумие… У нашего государя слишком много дорогого в жизни, чтобы так сознательно безумствовать… Так, быть может, этот напиток не порождает бесстрашие, а заставляет воинов забывать о том, для чего надо себя беречь? Свою семью, свой дом, себя самого…

После его слов в комнате на какое-то время зависла тишина. Только пальцы Южного Судьи сосредоточенно барабанили по крышке соснового стола. Густые, седые брови лорда сошлись близко-близко к переносью, губы поджались - он крепко задумался. Никто не смел нарушать тишину и мешать его мыслям - все ждали их результата.

- Итак, господа, - заговорил, наконец, Гитбор, хлопнув ладонью по столу, - войны не избежать. По вашим рассказам понимаю, что азарцам надо совсем мало времени, чтобы полностью захватить Эрин и двинуться в поход на нашу страну. Также делаю вывод, что наш король - в своеобразном плену у азарского князя. Его разум и воля парализованы и подчинены этому краснокожему безумцу… Глупый мальчишка, - перешел лорд на ворчание. - Все, что он заслуживает - это славного подзатыльника за свою недальновидность и горячность. Как и вы, сэр Климент… Сунулся в воду, не зная броду - точнее не скажешь… Что ж… что ж… В таком случае, я, как наместник короля, беру на себя право объявить военное положение в стране. Сэр Климент!

- Да! - резво вскочил юноша.

- Разошлите вести по всем ближайшим гарнизонам и в столицу. Нам нужны южные и западные полки, королевская конница и гвардия. Если не ошибаюсь, это получится около пяти тысяч воинов. Затем - шлите вести по округам. Лордам-предводителям - собирать дружины! Это не будет лишним. Мы собьем армию здесь, у Каменца, и двинем ее на Эрин. Сэр Элиас!

- Да! - не менее резво подпрыгнул гвардеец.

- Вам важная миссия - препроводить раненого лорда Бертрама и юных леди в столицу и следить за их благополучием…

Тут Марта, пока не участвовавшая в разговорах, поднялась и повернулась к лорду Гитбору:

- Даже не думайте, любезный сэр, отправить меня в Белый Город. Я останусь здесь ждать войска и потом, на правах королевы, приму участие в походе на Эрин!

От такого неожиданного заявления Южный Судья открыл рот и забыл его закрыть, а что сказать - не нашелся. Только вопросительно посмотрел сперва на девушку, затем - на Элиаса и Линара. Доктор, видя, что и гвардеец растерялся, решил начать объяснение:

- Это так, ваша честь. Леди Марта признана нами, сэром Элиасом, мной, лордами Климентом и Бертрамом, а также - всеми теми рыцарями, что сражались в битве в поселке Белое, законной супругой нашего государя. В своем лоне она носит королевское дитя…

- Вот как, - проворчал, обретая утерянный было дар речи, Судья. - Что ж, достаточно было признания лордов Королевского Дома - Климента и Бертрама. Ну, раз уж вы все сподобились, мне остается только это.

Поднявшись с кресла, он подошел к Марте, взял ее за руку и встал перед девушкой на одно колено.

- Ой, не надо! - спохватилась она.