Анатоль Нат - Славный город Старый Ключ

Чего-то подобного, какого-то вот такого необычного, странного визита он давно уже ждал, но не думал что это будет так скоро, в тот ж день как только они подпишут с гильдиями соглашение.

Что-что, а экономическое положение ремесленников города он знал лучше всех в их компании, и что для гильдий представляют выставленные к возвращению суммы, представлял не понаслышке. И то что у большинства из них нет на зиму работы и вообще никакого дохода кроме платы за обучение, и нет денег, знал как никто другой. Поэтому с самого начала скандала и ждал гостей.

В принципе, он и весь скандал этот затеял с одной лишь целью, заставить ремесленников города более серьёзно относиться к заключённым с ним соглашениям и начать выполнять наконец-то свою часть договора на обучение молодняка из его обоза. А то деньги получили, а пальцем о палец до сих пор не ударили. Не все, как выяснилось, далеко не все, но очень многие. Вот этих многих и надо было вздрючить и заставить работать.

Только вот не ожидал он, что они появятся так скоро, этим же вечером. Видимо, положение ремесленников было ещё хуже, чем он думал.

— «Почему же они открыто не признали своей вины и открыто не попытались договориться? — пришла холодная расчётливая мысль. — Почему предпочли действовать тайно?

— Пойдём, глянем, — мысленно пожал он плечами. — Глядишь, что и прояснится».

Поднявшись из-за рабочего стола, он решительно двинулся в гостиную. Ему было что сказать позднему визитёру и он собирался по полной отыграться за то, чего не получил от гильдий. Уж моральный ущерб, не деньгами, так руганью он на визитёре отыграет.

— «Упс», — чуть не ляпнул он вслух, только войдя в комнату.

Ругаться с Домной Матвеевной Рожковой, женой кожемяки Вихорко Рожка, желания не было ни малейшего. Вкус её чудных пирогов до сих пор оставался у него во рту, а последующий разговор буквально вверг его в ступор.

Великая специалистка по пирогам, мастерство которой широко было признано в городе, просила отдать ей обратно в обучение взятого из семьи парня. Мотивируя тем, что у того к пирогам был талант. И что те пампушки, что так понравились Сидору с Димоном во время первых переговоров в их доме, на самом деле изготовил отданный в обучение кожемяке ученик, у которого оказался к тому талант.

И таковых парней и девчонок, имеющих талант совсем в другой области, она просила отдать в обучение ей, мотивируя тем, что он сам хвалил её пампушки.

Блин! Что делать было непонятно. Компании нужны были кузнецы, столяры, кожемяки и прочие рабочие специальности, но никак не повара. Трактиры и постоялые дворы, в ближайшем будущем компания открывать не планировала.

— И? — Сидор растерянно смотрел на не менее него растерянную Беллу. Та также не знала, что сказать, и в растерянности, молча, смотрела на него.

— Я не прочь, — вдруг пожала она плечами.

Едва слышный лёгкий вздох облегчения, донёсшийся со стороны столбом замершей посреди комнаты Домны, не доставил Сидору удовольствия. Ему только бабьего заговора у себя за спиной не хватало. Теперь, хочешь не хочешь, а придётся соглашаться на предложение Домны. Раз уж его жена прилюдно выразила одобрение.

С другой стороны, ту же дружину, или обоз в походе кормить кто-то ведь должен же был. И лучше чтоб делал это специалист, а не кто ни попадя, как это у них сейчас в заводе.

— Ладно, — в некотором обалдении, Сидор нервно почесал пальцем висок. — Пусть будет у вас, Домна, своя группа, числом сто с чем-то там своих учеников, и пусть это будут повара. В конце концов, сотню поваров куда-нибудь да распихаем, — растерянно пожал он плечами. — Пироги действительно были вкусные.

А плату за обучение тогда возвращать не надо. Пусть это будет платой за следующие три месяца обучения. Это, как я понял, — кольнул он Домну холодным взглядом, — и есть основная причина, по которой вы нынче здесь.

— Так и передайте семьям тех, чьих учеников вы забираете себе. Деньги за обучение, МНЕ возвращать не надо. Как ВЫ с ними договоритесь — ваше дело.

— И надеюсь, — построжал он голосом, — что через месяц, МОЯ проверка покажет что они хоть что-то умеют. Все, а не только лишь ваш личный ученик, умелец по пирогам, — холодно подчеркнул он.

— Следует ли это понимать…, — растерянно начала Домна.

— Да, — не слушая дальше, кивнул головой Сидор. — Через месяц я лично проверю, как вы, именно вы, справляетесь со своим персональным кулинарным техникумом. Вот тогда окончательно и решим, стоит ли оно того. Не понравится, мне, деньги придётся вернуть. Все!

Когда за сердитой спиной разозлённой женщины с треском захлопнулась входная дверь, Сидор медленно повернулся к Белле.

— Ну, — хмыкнул довольно он. — И много таких как Домна нам ещё ждать сегодня? — полюбопытствовал он, прекрасно уже осознавая что у той уже готов ответ на его вопрос.

— Ещё две группы по швеям белошвейкам и одна — по огородницам, травницам, — с милой улыбкой на губах, невозмутимой отозвалась жена. — Просят, общим числом за три сотни невинных девичьих душ.

— Хорошо что лично не надо с каждой разбираться. — беззлобно проворчал Сидор. — Мне только слёз и соплей молодежи тут не хватало. Ну, не желают девоньки добровольно отправляться в тайгу после сладкой городской жизни. Кто б сомневался, — тихо рассмеялся он.

Сразу стало понятно, что женщины хорошо подготовились и за каждого своего ученика готовы биться до последнего. Наступала зима. Положение с работой было очень плохим. И лишаться денег компании в преддверии безработной зимы никто в городе не хотел. Тем более когда все их считали уже чуть ли не своими.

— Ну что ж, — потянулся Сидор, разминая затёкшее за время тяжёлого разговора тело. — Тогда зови свои подпольные блатные связи, в порядке вашей очерёдности. Будем разбираться, — тяжело вздохнул он.

Он уже почувствовал, что впереди ему предстоит непростая ночь. И если к утру у него из отобранных учеников хоть кто-то ещё останется, то это будет настоящее чудо, не иначе.

Сидор ошибся, к утру у него всё же кое-кто остался. Пять сотен признанных ни на что не годных пацанов и две сотни не менее шалопутных девчонок. И это из пяти тысяч, кого он присмотрел привлечь на будущее строительство новых объектов.

Почувствовав что ночная кукушка может как-то на барона повлиять, жёны гильдейских бездельников отыграли назад большинство его будущих землекопов и корнеевских рекрутов.

И нельзя сказать что Сидор был тем сильно недоволен, хотя и чувствовал лёгкое раздражение оттого, что не дали ему до конца расправиться с гильдиями, как он хотел.