Джон Мур - Срази и спаси!

— Слушай, дурачок, не вини меня в своем несчастье. Ты бы еще за милю увидел, чем все обернется, если бы не вживался в роль сказочного принца так долго, что уверовал во всю чушь о чести и долге. Ну что же, теперь тебе преподали хороший урок прагматизма. И первое правило гласит: «честь» — пустое слово, которое умные правители вроде твоего отца пускают в ход, чтобы использовать желторотых мальчишек вроде тебя в своих целях.

— Хватит! — рыкнул Шарм, прижал ладонь к ее груди и толкнул назад в кресло. Потом отступил на середину комнаты и, вызывающе взмахнув мечом, нацелил его сначала на Прюдомма, затем на Мандельбаума, а затем на Норвилла. — Ладно, я удалюсь. Далеко. Но только чтобы подумать. Так легко вы от меня не избавитесь. Потому что я вернусь. А когда я вернусь, все вы пожалеете об этом вечере!

Принц засунул меч в ножны, направился к высоким дверям и злобно ударил их каблуком. С громовым треском створки распахнулись, и Шарм скрылся в ночи, ни разу не оглянувшись. Это был на редкость эффектный уход. Такой эффектный, что остальные почти две минуты пребывали в оцепенении, ожидая, что вот-вот что-нибудь испортит мелодраматичность этой сцены. Но ничего не произошло. Принц не вернулся.

— Ну, — наконец сказал Прюдомм, — конфронтация, бесспорно, была пренеприятнейшая. Вы знаете, мы ведь даже еще не знаем, что родится мальчик.

— Не важно, — сказал Норвилл. — По иллирийскому обычаю, трон наследует первенец независимо от его пола.

— Будет мальчик, — сказал Мандельбаум, извлек из кармана кристалл, взглянул на него и положил назад. — Тоже мальчик.

— Ну что же, при наличии надлежащей матери, которая обеспечит ему нравственное руководство, можно надеяться, что этот новый принц вырастет в порядочного молодого человека.

— Шарм мне всегда нравился, — сказал Прюдомм.

— Не то чтобы Шарм не имел своих хороших качеств, но его пренебрежение к общепринятой морали могло довести до отчаяния. Особенно мерзким был его нездоровый интерес к… э… — Норвилл тревожно покосился на королеву Руби.

— К сексу? — подсказала она.

— Э… да. Крайне нездоровый. Тот, кто способен пригласить эту Золию в круг королевских приближенных, бесспорно, нуждается в том, чтобы ему преподали урок хорошего вкуса. Хотя, должен признать, ее крестная проявила похвальное благоразумие.

— Ах так! Мандельбаум, милый, я скоро вернусь к вам. Прежде мне надо посмотреть, как дела у моей прелестной маленькой падчерицы.

Королева Руби величественно вышла из комнаты. В коридоре ее поджидала крайне встревоженная Энн.

— Он попался на это?

— О да, и еще как, бедный мальчик! Был совсем расстроен. Ну и кто его за это осудит?

— Боже мой! — Энн заломила руки. — Надеюсь, он не чересчур потрясен. Для него было так важно, что он принц! Наверное, мне самой следовало сказать ему. Как-то смягчить сокрушительную новость.

— Милая моя, сейчас не время для сантиментов. Ты знаешь, у мужчин есть привычка винить во всех несчастьях тех, кто сообщает дурные вести. Нельзя, чтобы его гнев обратился на тебя. Это все испортит. Ты же сама так говорила!

— Да, я знаю. Ты права. Просто мне больно видеть его таким печальным.

— Ну, теперь можешь догнать его и предложить ему утешение. И тебе лучше поторопиться, пока он еще не ускакал слишком далеко.

— Не страшно. Я знаю, куда он направляется.

— Назад в Аласию?

— Верно. Кое-кто уцелел и может подтвердить, что бракосочетание так и не состоялось. Их можно найти в «Колючем шиповнике».

— Но отправится ли он за Граалем?

— Думаю, да. Шарм настолько зол на тебя, что постарается его отыскать, лишь бы он не достался тебе.

— Очень хорошо. Тем не менее попытайся догнать его поскорее. Ты ведь не хочешь, чтобы создалось впечатление, будто ты за ним гоняешься.

— Но ведь я гоняюсь за ним!

— Тем больше причин не создавать такого впечатления. Отправляйся сейчас же. Я уже упаковала твою сумку.

Энн кивнула и повернулась, чтобы уйти. Но тут же остановилась и посмотрела на Руби:

— Знаешь, я всегда считала тебя стервой.

Руби улыбнулась:

— Так я же очень большая стервоза, милочка, когда не получаю того, чего хочу. А теперь я вот-вот получу это. И хочу, чтобы и ты получила то, чего хочешь.

Энн снова кивнула:

— Ну так до свидания! — И она ушла.

Руби смотрела ей вслед, задумчиво улыбаясь. Затем потратила еще несколько минут, поправляя волосы перед зеркалом в коридоре, после чего вернулась к мужчинам.

— Мандельбаум, милый, я готова к уроку астрономии.

Аврора сидела перед зеркалом у себя в будуаре и расчесывала длинные золотые волосы щеткой в серебряной оправе. Она была очень довольна собой. Бросила взгляд на безымянный палец с кольцом — подлинным кольцом, символом нерасторжимых уз брака, а не маскировкой, и улыбнулась. Забавно, какие штуки выкидывает жизнь! Заснуть принцессой, проснуться нищенкой, а через несколько дней стать королевой Иллирии. Достаточно, чтобы уверовать в судьбу или в рок, или в кисмет, или как там еще?

Собственно говоря, даже прошлая жуткая неделя имела свои светлые стороны. Аврора не сомневалась, что, найдись у нее время спокойно обдумать на досуге все с ней случившееся, то уж конечно, она убедилась бы, что получила крайне важные уроки касательно смирения, умения полагаться на себя и прочего в том же духе. И она не из тех, кто позволяет знаниям, приобретенным такой тяжкой ценой, пропадать втуне. О нет! Она употребит пожатую мудрость на то, чтобы стать очень хорошей королевой и помогать Гаррисону править, не пренебрегая милосердием. А маленького Гаррисона она научит всему, чему выучилась сама, как только разберется чему именно, и он вырастет не избалованным и испорченным, а исполненным чести и благородства.

Как принц Шарм.

Ну, конечно, с принцем Шармом получилось не слишком хорошо, но он переживет. И, разумеется, она ему все полностью компенсирует. Во-первых, он ей очень нравится, во-вторых, она обязана ему жизнью, да и Иллирия ему тоже многим обязана. Новая королева не допустит, чтобы от такого достойного юноши просто отмахнулись. Во всяком случае, не раньше, чем маленький Гаррисон станет много-много старше.

Тут ей в голову пришла мысль, такая простая, такая чудесная в своей простоте, что она от восторга обняла себя обеими руками. Она возведет Шарма в кронпринцы Аласии!

Такое замечательное сочетание! Шарм получит в управление маленькую страну, не требующую особых хлопот и расположенную на расстоянии, позволяющем часто ездить в гости домой. Аласия, ее возлюбленная родина, получит в правители зерцало доблести и благородства. Что может быть лучше?