Светлана Зимина - Жрец Лейлы

— Ну, знаешь в чем главная разница между жрецами Роя и жрецами Лейлы?

— Вы не приносите в жертву оборотней, — усмехнулся он.

— Насколько мне известно, приносили, — покачал я головой. — Просто не так маниакально гонялись за вами. Но ты мыслишь в правильном направлении. И те и другие практикуют человеческие жертвоприношения, как бы это не называли сами, суть не меняется. На алтаре, или в бою, но мы убиваем для своих богов. Только…

— Только?

— Жрецам Роя дозволено пытать и убивать в свое удовольствие любого, кто может попасть в их руки. Кровь есть кровь, чью бы ты не пролил, таков их девиз. У жрецов Лейлы во все времена был один запрет. Нельзя убить того, чья душа чиста. Ночь должна освещаться луной или светом звезд, пусть даже слабым. Такие как Мира встречаются раз в жизни, и не у каждого. Для бога Мрака он стала бы лакомым кусочком. Поглотить чей-то свет — это в его природе. Но Лейла — нет. Я не знаю почему, но закон касательно чистой душ весьма строг.

— Значит, действительно существует Проклятие Чистой Души?

— Да. Это Боль.

— Боль? — он повторил это, правильно понимая суть слова. Именно Боль с большой буквы.

Я кивнул:

— Больше я ничего не знаю. Разве что можно искупить грех. Но для этого надо найти такую же чистую душу.

Кэртис покачал головой:

— При условии, что такие, как она встречаются раз в жизни, и что тебя наказывают Болью? Жестоко.

Я улыбнулся:

— Возможно. Но я не хотел бы, что бы такие, как Мира исчезали. Красоты станет меньше в этом мире.

— В этом ты прав, — задумчиво отозвался оборотень.

В этот момент Мира снова появилась рядом с подносом, лучезарно улыбаясь.

— О, — укорила она. — Вы так и не съели ничего без меня. Остывшее это блюдо не такое вкусное.

— Ну что вы, красавица, — Кэртис пододвинул мою тарелку к себе. — Вы угощайте этого обжору, а я довольствуюсь остывшей порцией. Мне так даже лучше, язык очень чувствительный.

Она рассмеялась, ставя тарелку с дымящимся мясом передо мной и кувшин вина на середину стола. Потом выпрямилась и неожиданно серьезно посмотрела на меня:

— Вас, правда, избрали принять участие в Танцах со Смертью?

Я чуть не поперхнулся.

— Откуда?..

— Сабир Лиарис весьма известная личность, — хихикнула она. — Я желаю вам удачи. Мне кажется, вы достойны победы.

— Спасибо, — я немного растерянно смотрел ей в след.

— Ешь, — толкнул меня в плечо усмехающийся оборотень. — А то я подумаю, что еще чуть-чуть и ты влюбишься.

— Запросто, — отозвался я, набрасываясь на мясо. За дверью гостиницы вечерело, и надо было поспеть еще на площадь к закату. Мне было интересно с кем придется столкнуться в турнире.

Воинов, выбранных для Танца со Смертью, оказалось действительно немного. Всего восемь человек. Считая меня и самого Сабира.

Долговязый воин из Восточной Империи, чьим оружием были боевые веера. Он двигался, словно змея. Опасный противник, впрочем, как и все остальные. Вторым был настоящий великан с тяжелой секирой, но в тоже время, не смотря на его грузность, я чувствовал каким стремительным и легким мог быть этот человек.

Молчаливый смуглый воин с легкой саблей и луком за плечами, явно из пустынь, к которым мы двигались с Кэртисом сейчас. Рядом с ним, отдыхал невысокий, с изуродованным шрамами лицом мужчина, из голенищ сапог которого выглядывали рукоятки стилетов. Самым шумным оказался гибкий, но разряженный тип со шпагой. Но раз он здесь, значит вся его шумность — это не просто так. И последний, точнее последняя. Женщина — наемница, с простым мечом на поясе. Она стояла чуть в стороне, словно отделяя себя от остальных участников.

Сам Сабир Лиарис, который осматривал воинов и их оружие, пришел с боевой косой. Я решил, что демонстрировать свои таланты ни к чему, и еще в гостинице вызвал Синее Пламя к себе. Так что пришел я сюда, уже с мечом за спиной.

— Не слишком ли твое оружие для тебя тяжело? — я обернулся на голос и встретился взглядом с насмешливыми глазами долговязого с веерами.

— Уж какое есть, — усмехнулся я в ответ.

— Хороший цвет помады, — его ухмылка была намного шире моей.

Я искренне обрадовался:

— Правда? Благодарю вас!

Явственное фыркание со стороны кого-то из воинов.

— А ты не слишком молод? — и снова этот блеск в глазах.

— Молод или стар, — тихо ответил я, уже без улыбки. смотря в глаза этому забияке. — Смерти все равно. Когда ты в бою, ты борешься за свою жизнь. И каждый раз, вступая в схватку со смертью, ты не говоришь, ей молод ты или стар для этого. Ты просто дерешься.

Он внезапно кивнул:

— Я так и понял, что тебя не просто так выбрали.

— Ваше высочество, покажете ваш меч, — голос Сабира был прохладно нейтральным.

У долговязого расширились глаза, а я, извлекая Синее Пламя из ножен, заметил:

— Можно просто Принц

— Да, я слышал, — тихо ответил он. — Вы действуете одной рукой?

— Это весьма обескураживает некоторых моих противников во время схватки, — серьезно объяснил я.

— Понимаю, — он провел кончиками пальцев по рукояти моего меча. — Великолепное оружие. Как оно к вам попало?

Я подхватил Синее Пламя и снова спрятал его в ножны:

— Господин Сабир, если вас интересует, не добыл ли я его в одной из морских сражений, то вынужден вас разочаровать. Этот меч я получил задолго до того, как впервые увидел море.

Воин медленно кивнул:

— Хорошо.

Он отвернулся и направился в сторону женщины-наемницы. Она была последней, кого он должен был проверить.

Долговязый с удивлением рассматривал меня:

— Впервые вижу Лиариса таким напряженным. Чем-то ты ему не нравишься. И совсем не цветом своей помады.

Я светло улыбнулся:

— Своими друзьями. Особенно одним из них.

— Карат Долговязый, — протянул он руку.

— Лилиан Катани, Принц, — пожал я его ладонь.

— Ты интересный парень, Принц.

— Многие так говорят, — пожал я плечами. Внимательно наблюдая за Сабиром. Тот закончил осмотр оружия и повернулся к участникам. — Сейчас будут объявлять правила. Думаю, стоит подойти ближе.

Глава десятая. Турнир

Кэртис проснулся мгновенно, словно и не спал. Просто в какой то момент открыл глаза, впитывая в себя утро. Когда все в его теле и сознании доложило, что он в безопасности и есть еще время, то оборотень позволил краешку утренней истомы пробежать по всему телу.

Рядом, почти свернувшись клубком, спал жрец Лейлы. Оборотень усмехнулся, рассматривая лицо друга. В какой то момент поза Лиани напомнила ему, как он в свое время спал вместе с младшим братом. Эрик тоже предпочитал сворачиваться клубком, словно греясь. Только вот Ли редко спал в такой позе. Чаще всего Кэртис наблюдал, как юноша удобно устраивался на животе, желательно на краю постели, готовый в любой момент скатиться кубарем, подхватывая оружие.