Брайан Толуэлл - Конан и раб змеиной королевы

Вечером пятого дня своего правления Вибий Латро пригласил короля принять работу. Капитанский вертолет, поднявшись с площади королевского дворца, сделал крут над городом и опустился в крепости Норд. Улыбающийся Джейк выпрыгнул из машины. Почетный караул, состоящий из двух отрядов – пришельцев и аквилонских стражников, отдал честь королю. Палить зазря из автоматов и бластеров Джейк запретил категорически: каждый патрон отныне был на строгом учете. Вибий прошествовал к королю и с достоинством поклонился ему. Обведя глазами крепость, Митчелл одобрительно похлопал наместника по плечу.

– Отлично, герцог, отлично. Я очень доволен. Этот замок как будто создан для моих «Черных коршунов».

– Здесь они в полной безопасности, государь. Ни один бунтовщик не сможет пробраться на остров незамеченным.

Король кивнул, затем добавил;

– И все же я велю Бобу Рэнквисту установить на стенах охранную сигнализацию.

Вибий пожал плечами и пригласил короля отужинать с ним.

Когда слуги подали яства и удалились, оставив короля и наместника наедине, Вибий сказал:

– Обрати внимание, государь: для пешего воина остров Норд практически недоступен, ведь вплавь добраться сюда нелегко, и ни одно судно не может выйти из порта Тарантии без моего разрешения. Твои же механические птицы, взлетая отсюда, уже через минуту достигают Гарантии. Остров Норд – наш форпост на Хороте. Контролируя его, мы владеем не только городом, но и всей рекой ниже по течению.

– Я заметил это, – согласился Джейк. – Ты мой добрый ангел, герцог. Что бы я делал без тебя…

Вибий улыбнулся.

– Уж во всяком случае, не ужинал бы здесь.

– Две вещи тревожат меня теперь, – сказал король. – Первое: моя власть не распространяется дальше центральных провинций Аквилонии, которые я отдал тебе. Конановские вельможи по-прежнему сидят в крупных городах и не собираются покориться мне. Знать отдаленных провинций в лучшем случае держит нейтралитет. Теперь, когда моя власть в столице укрепилась, следует распространить ее на всю Аквилонию. Как ты считаешь?

– Ты прав, государь. Время пришло. Но я бы не стал уж очень торопиться. Пока мы не покончили с внутренним врагом, нельзя идти на внешнего. У бунтовщиков есть знамя; не уничтожив его, мы не сможем победить.

– Это второе, что меня тревожит, – нахмурился Джейк. – Почему твои люди до сих пор не поймали Конана?

– Я работаю над этим, – сказал Латро. – Поверь, мне не меньше твоего хочется узреть труп варвара болтающимся на виселице на площади у королевского дворца! Я ожидал, что Конану удастся хорошо законспирироваться. Боюсь, мы имеем дело с кознями асурских жрецов. Они великие мастера заметать следы. Полагаю, асуриты прячут Конана в одном из своих тайных храмов. И один лишь Митра знает, где эти храмы…

Митчелл надменно усмехнулся.

– Ты всерьез веришь в эти байки об асурских жрецах? Но, клянусь Митрой, – Джейк расхохотался, – мне еще не попался ни один настоящий асурский жрец! Они что, привидения?

– Напрасно ты смеешься, государь, – покачал головой герцог. – Упаси тебя Митра от таких встреч! Жрецы Асуры – колдуны, и их невидимость лишь подтверждает, насколько они опасны.

Король задумался. – Как можем мы победить их?

– Сперва мы должны захватить Конана. Он у них главный, он их знамя. В бытность свою королем Конан защищал асуритов, и они остались верны ему. Так было при Валерии Шамарском и при Великой Душе, так случилось я теперь. Асуриты – фанатики; их не запутаешь силой и не совратишь звонкой монетой. Тут нужно действовать хитростью. Необходимо выманить варвара из его логова. Когда с Конаном будет покончено, асуриты прекратят борьбу.

– А месть? Не начнут ли они мстить за него?

– К счастью для нас, их религия порицает месть, – хитровато ухмыльнулся Вибий. – Ну что ж… Значит, надо всерьез браться за Конана. Пора кончать с ним!

Джейк выразительно скрутил в жгут золотую вилку.

Наместник в очередной раз подивился физической силе короля и как бы между делом заметил:

– У меня есть тут один подход…

– Ну?

– Он несколько, как бы это сказать, уязвим с точки зрения морали, – потупив взор, молвил Вибий.

– Какая еще, к дьяволу, мораль! – воскликнул монарх. – Делай что хочешь, герцог, только добудь мне башку варвара! Знаешь, у нас есть хорошая поговорка; победителей не судят. И еще: мораль устанавливает победитель. Так что давай действуй и не мучайся. Меня не интересуют подробности. Только башка Конана!

Джейк тяжело стукнул кулаком о стол, тем объявляя вопрос исчерпанным. Вибий понимающе кивнул ему.

Поздней ночью наместник Аквилонии принимал в королевском дворце молодого человека по имени Петроний.

Встреча была тайной. Петроний, чье лицо было закрыто маской, прибыл в кабинет Вибия в сопровождении двух слуг герцога, которым тот доверял. Отпустив слуг, Вибий Латро сказал:

– Король дал мне полную свободу. Ты можешь приступать.

– Я сделаю все, чтобы оправдать доверие Вашего Высочества, – склонившись в глубоком поклоне, произнес Петроний.

– В нынешние времена одного доверия недостаточно, – усмехнулся герцог и бросил Петронию тугой кошель; молодой человек ловко подхватил его. – Здесь пятьдесят марок серебром. Остальное получишь, когда дело будет сделано.

– О, Ваше Высочество…

– Это только начало, – прибавил Вибий. – Я умею ценить своих слуг. Тот, кто умел и верен мне, тот знатен и богат. Если сумеешь отличиться в этом деле, получишь, кроме денег, титул виконта и поместье в моем герцогстве.

– Ваше Высочество, я ваш преданный слуга!… – пылко прошептал Петроний, делая попытку поцеловать унизанную перстнями руку наместника.

Поморщившись, Латро спрятал руку.

– Ну, ступай, и да хранит тебя Митра. Поклонившись тарантийскому герцогу, Петроний вышел из его кабинета.

Ни он, ни его хозяин не могли знать, что их беседу видит и слышит другой человек, считающий себя – и не без основания – крупным специалистом по части электронных устройств и шпионских приспособлений. Маленький и незаметный «жучок», установленный им на потолке кабинета наместника, исправно транслировал изображение и звук на экран его бортового компьютера…

Выйдя от наместника, Петроний вскоре покинул дворец и проследовал по ночной Тарантии к ничем не примечательному дому. Оглядевшись по сторонам и убедившись, что никто не следит за ним, молодой человек отворил дверь. Внутри его ждала красивая девушка. По характерному блеску ее глаз нетрудно было догадаться о чувствах, испытываемых ею к Петронию. Чувства эти боролись в ее душе с другими чувствами, главными среди которых были совесть, преданность и благодарность. Увидев молодого человека, девушка кинулась к нему, подняла маску и расцеловала. Он мягко отстранился и спросил: