Игорь Шелег - Нужно просто остаться в живых

— Нам сюда, — едва шепнул Лекс, сопровождая все кивком головы на темный переулок. У меня сразу же активировался страх темных переулков. Вот не люблю темноту в таком ее проявлении. Пару раз провожал девушек до дома, когда свет в городе отключали. Это был капец. Практически ничего не видно, кроме очертаний домов, на расстоянии трех метров от тебя. Нормальные люди в большинстве своем спят или кино в кроватке смотрят, свет для этого не нужен. И это если в спальный район, а если в частный, то темные переулки кругом, то собаки неожиданно начинают реветь, прямо тогда когда ты с их забором сровнялся. Идешь, и даже не реагируешь, а сам бы, если бы не девушка, полетел бы на крыльях страха, и не один мировой рекорд побил бы. И девчата такие: — Ой, какой ты храбрый! — ты, конечно, со всем согласен, но когда ты ее заводишь, то вдруг понимаешь, что в некоторых местах можно и пробежать.

А в лесу? Все трещит, шумит, колышется. Даже если не боялся, мигом вспоминаются все те страшные истории про маньяков, оборотней, вампиров, пиковых дам, и всякой подобной нечисти. И идешь, сам себя накручиваешь Мужики иногда такие бабы, честное слово, но за такое нам никогда не стыдно.

Мои размышления были прерваны видом открывающейся двери передо мной. Вот, блин, так задумался, что и не заметил, как прошел все оставшееся расстояние. Нужно быть собранней, мероприятие предстоит серьезное. По сильному запаху алкоголя, рвоты и мочи, а также по какому‑то пьяному телу, привалившемуся к стене и певшему песню, я понял, мы пришли в трактир.

Он встретил нас всеми теми же запахами, что были и на улице, а еще вонью, запахом пота и грязью кругом. Замызганные светильники давали очень мало света. Мне даже трудно было представить схему помещения, потому что стены просто тонули во тьме. Стараясь не засматриваться по сторонам, пытался зафиксировать картинку в голове. Почти все столики в центральной части были заняты. А вот посетители спокойны, о чем‑то шептались, наклонившись, друг к другу. А вот и причины их спокойствия. Рядом с барной стойкой сидели вышибалы, два бугая, даже когда они сидели, вызывали оторопь своими размерами, таких я видел только в фильмах, где фигурировало НКВД. Там сидит следователь, а рядом с ним два Ивана, у которых кулаки, что голова, по которой они бьют. Они лениво проводили нас взглядами.

— Чего изволите? — противным равнодушным голосом спросил толстый лысый трактирщик. — Эль — серебряный. Вино — два.

— Нам бы с Седым пообщаться, — тихо, но достаточно громко, чтобы трактирщик услышал и мгновенно насторожился.

— Не знаю такого, — чуть помедлив, ответил он.

— А если так? — на столик перед трактирщиком опустилась монета. Мы были достаточно близко, а столики далеко, чтобы ее кто‑то увидел. — Когда будет? Он каждый день здесь бывает? — я стоял и молчал, если Лекс умеет обворовывать воров, то наверняка, он сам из этой кухни и знает, как себя вести.

— Седой давно не работает по профилю. Стар стал, — как от лимона скривился трактирщик. Этот Седой был ему неприятен, причем сильно, потому что это была первая эмоция, проскочившая на его лице.

— Нам просто поговорить на интересующие темы, — трактирщик молчал, тогда Лекс положил перед ним еще одну монету.

— Вон столик, — указал он кивком головы темную нишу в стене. — Не успеете по кружке эля выпить, как он будет здесь.

Ниша оказалась крутой. Столик для четверых человек, вокруг стола лавки с мягкой обивкой, хотя было очень темно, но если присмотреться, то можно было увидеть шторку. Да это получается ВИП–кабинка. Не успели мы рассесться, как кто‑то, в темноте непонятно, принес поднос, на нем стояло две кружки, и как я понял бутылка с вином. Пить я здесь побоялся, антисанитария, да и мало ли чего могли подсыпать. Понюхал эль, это оказалось пиво. Фу, тем более не буду, не люблю.

На всякий случай решил подготовиться на случай обороны. Я сидел у стены в углу, приподнял край стола, он хоть и с трудом, но поднимался. Отлично, метнул кружкой, перевернул стол и на выход. Ноги расставил пошире, спиной прислонился к стене, в правую руку обратным хватом взял нож, а руки как бы сложил на груди. Все, я готов, не знаю, почему‑то мне подумалось, что зря мы сюда пришли. Скорее всего, просто мандраж.

Не знаю, до чего бы я додумался, но пришли две тени, и они сели напротив нас.

— Я Седой, — начала одна из теней, — кто такие и что от меня надо?

— Сними капюшон. Я должен быть уверен, что ты — это Седой, — спокойно сказал Лекс.

— А как ты меня узнаешь‑то в темноте? Я тебя не знаю. И не собираюсь перед приезжими лапки гнуть. Все свободны! — Лекс напрягся, похоже, этого он не ожидал, а вот мне что‑то не давало покоя. Слишком все это похоже на театральную постановку.

Судя по всему, Седой очень авторитетный человек. А авторитетные люди в таких кругах стараются перед непонятными лицами не светиться, но и прогонять так, точно не будут. Похоже, перед нами распинается лже–Седой, и вот тот, кто это говорит, его торпеда. В пользу этого факта говорит то, что тот, который молчит, сидит почти на весь стол. Локти лежат на столе, а вот второй как будто на краю.

— Доверяй, но проверяй, — вырвалось у меня. Блин, втайне я все же хотел, чтобы Лекс со всем разобрался, но высказавшись, я автоматически вошёл в игру. Я смотрел прямо между ними, чтобы было непонятно, к кому я обращаюсь. — Вы серьезный человек, как раз тот, который нам нужен. У нас серьезное дело, а в серьезных делах не может быть наивного терпения, — повернул я голову все же к тому, который молчал. Слева послышалось злобное сопение от лже–Седого, я уже почти сам себе поверил.

— Доверяй, но проверяй… Хорошая фраза, — прокряхтел все же Седой. Я оказался прав! — Я бы даже сказал, правильная, в нашем деле по–другому нельзя. Бык, организуй все.

— Мы их не знаем, Седой! А если они с управы? — зло сказал Бык. — Ты стал многим доверять! — я только хотел в лучших традициях жанра выдать пару фраз, типа: 'Ты че фраерок! За базар отвечай', как меня опередил дед.

— А не много ли ты на себя берёшь, Бык? Ты пока только мой преемник, но я ведь на сборе могу сказать, что ты не подходишь, — тихонько так сказал, с юморком. — Кхе–кхе. Не надо спешить, Бык. Ты так все дело загубишь. Спокойней нужно быть и уважение гостям оказывать.

— Да какие они гости? К столбу их и живо все расскажут! Еще и ломаемся перед ними как ряженые! — я и Лекс молчали и даже не шевелились. Перед нами тут просто сверкало грязное белье преступной гильдии. Лучше в схватку с двумя авторитетами не встревать, худо может быть от обоих.

— О том, что я здесь, знают очень немногие. А это уже показатель того, что у нас непростые гости. Давай, ты больше не будешь нас позорить, а сделаешь все что надо.