Ирина Бондарь - Последний дракон Паутины

В ярости пыталась перегрызть их укрепленными магией клыками, в кровь царапая губы и руки. Ничего. Даже следов не осталось. Я снова взвыла от бессилия! Но ведь Даррен, за которого я выходила замуж, мертв! Почему ритуальный символ продолжал украшать мои запястья напоминанием о том, как я глупо попалась.

Тут я замерла, в испуге вытаращив глаза. Ооо неееет! Ритуал мог связать меня с личностью, с аурой, а не с конкретным живым телом и индивидом, что подразумевало под собой только то, что я буду ходить в этих хмыровых браслетах до тех пор, пока не уничтожу саму матрицу!

Я чуток побилась лбом о пол, помогая себе кулаками, но ничего хорошего в голову не пришло. Порычала, повыкрикивала в пустоту злобные угрозы, потопала ногами. Ничего. Передо мной был все тот же безмолвный флегматичный Серый мир и постепенно распутывающиеся самостоятельно из кокона Мировые нити.

А еще я насчитала три варианта. Первый: вернуться в Ольмию, чтобы досконально изучить текст свадебного ритуала в поисках лазейки. Второй: найти придворного мага, который знал о смерти Даррена, пояснить ему нестандартную ситуацию и попросить провести процедуру развода. И третий вариант, в принципе, самый надежный и неизбежный, учитывая специфику моего контракта: убить всех негодяйских Дарренов в Паутине и стать веселой вдовой.

Хмыр!

Хмыр.

Ну надо же было так вляпаться!

С кряхтеньем поднялась на ноги, потирая побитый лоб. Пора было возвращаться в Ольмию, узнать, сколько прошло времени с ммента «большого взрыва», да и вообще разведать обстановку.

Я отправилась в путь, вспоминая белые стены дворца князей Лиддарских, теплые руки Софии, красные иласы на белом надгробном камне, разноцветные фейерверки в полночном небе над королевским дворцом, круглую башню, где меня настигла смерть. Рядом постепенно проявилась сверкающая нить нужного мне мира, а еще через некоторое время я вывалилась в пространство Ольмии посреди густого леса. Отлично, вокруг ни души, а то из одежды на мне были только хмыровы браслеты да нестабильный морок, изображавший простое закрытое платье до пят. Поскольку скрываться больше не было необходимости, я очертила перед собой круг телепорта и очутилась в своей спальне во дворце Софии.

На кресле по-прежнему валялась моя чудесная сумка с вещами, из которой я тут же выудила более прочную одежку, чем та, что спасала меня последние полчаса: черная длинная юбка, темно-серая рубашка, черные корсет и камзол. Натянула высокие сапоги и отправилась искать приемную мать, позволив распущенным волосам свободным черным водопадом струиться почти до колен.

Заметив, что парочка встреченных слуг смотрели на меня как на привидение, я заподозрила неладное и, переместившись очередным телепортом к могиле Айленилль, нашла Софию коленопреклоненной, глядящей вдаль невидящим взглядом.

— София? — осторожно тронула ее за плечо, ноль эмоций. — Мама!

Так я называла ее только в самых-самых редких случаях. Женщина вздрогнула, моргнула и подняла на меня глаза.

— Лея? Ты здесь?

Странный вопрос. Ах да, до меня сегодня действительно медленно доходило, надо это срочно исправлять: все подумали, что я находилась вместе с Дареном в башне, когда произошел взрыв, и, в принципе, были правы.

— Мама, это я, Аррлея! Все в порядке, не плачь! Я жива, и я с тобой!

Я обнимала плачущую женщину за вздрагивающие плечи, гладила по волосам, шепча успокаивающие слова вперемешку с магическими. Через несколько минут София почти пришла в себя.

— Ты хоть представляешь себе, что мы все подумали, когда придворный маг сообщил о взрыве башни? Ну где ты еще могла быть, как не с советником? Ведь он был твоим женихом, вы вместе покинули бал после Большого Совета!

При слове «жених» я автоматически стянула рукава рубашки еще ниже, хоть браслеты и не были видны.

— Все было почти так. Мы действительно ушли с этого бала, но я ждала Даррена, пока он заканчивал свои дела в башне. После того, как прогремел взрыв и я поняла, что там никак не могло остаться ни одной живой души, я слегка…у меня было легкое помутнение разума. Как только я пришла в норму, я поспешила вернуться домой, к тебе. Где я бродила все это время даже не представляю.

Судя по проницательному взгляду, брошенному на меня приемной матерью, она полностью пришла в себя от последних потрясений.

— Это официальная версия, как я полагаю?

— Да.

— Какие-то уточнения персонально для меня будут?

— Я думаю об этом, мама. И к вопросу о времени: сколько меня не было?

Я взяла Софию за руку и переместила нас обратно в мою спальню.

— Почти два месяца. Сегодня последний день Темной Луны.

О, хмыр! Я пыталась в уме быстренько сообразить, что у меня со сроками. Задание я получила в начале Золотой Луны, Щедрая и Вересковая ушли на охмурение Даррена и попытки взломать его щиты, бал после Большого Совета состоялся в первый день начала осени. Да, София права: меня не было два месяца. Хмыр!

— Сейчас ты скажешь, что тебе пора бежать, — раздался рядом задумчивый голос княгини, прервавший мои размышления.

— Это правда. Мне жаль, но я должна идти дальше, уж очень долго меня не было. Кстати, ты не проводишь меня к придворному магу?

Женщина недоуменно посмотрела на меня, а я вздохнула и молча закатала рукава рубашки. Молчание. Радость в смотрящих на меня ореховых глазах быстро сменилась недоумением.

— Угу. Это именно то, что ты подумала.

— Появление брачных уз на твоих запястьях как-то связано с неофициальной версией твоего отсутствия?

— Нарямую, — я вздохнула и рассказала сокращенный отредактированный вариант моих приключений.

Магический плен, свадьба, попытка принести меня в жертву, вырвалась, убежала, случайно взорвав лабораторию советника. Бедный мой Даррен, если бы он остался жив, эта хрупкая женщина разорвала бы его на клочки за приемную дочь, а мир мог катиться к хмырам подальше.

— Гад какой! — в сердцах закончила свой гневный монолог княгиня Лиддарская.

— Ладно тебе, мам, он действовал в интересах целого мира. Гад, конечно, но какая-то крошечная часть меня благодарна ему за то, что он пытался сохранить тот мир, где есть ты, — я чмокнула ее шелковую щечку. — Идем.

Придворный маг чуть не хлопнулся в обморок, увидев княгиню в сопровождении приемной дочери, но все же проникся моим бедственным положением, позволив прочитать текст магического свадебного ритуала, принятого в Ольмии. Я все-таки влипла, да и разве были сомнения в этом? Ритуал связывал души и ауры, так что быть мне замужней до конца контракта. Пока маг втирал что-то об уникальности моего случая, я рассеянно водила кончиком пальца по причудливой гравировке браслета.