Елена Кондаурова - Там, за синими морями… (дилогия)

На столе в гостиной стояла только одна свеча, потому что гость не любил яркого света, предпочитая полутьму, верную подругу всех воров, и потрескивал дровами камин, бросая дрожащие отсветы на украшенный лепниной потолок.

Багин, молчаливый и сосредоточенный, сидел в кресле у стола, а Зойт растянулся на диване, нервно вертя в руках кинжал. Такая простая вещь, как ожидание, по молодости лет давалась ему с трудом.

Наконец в дверь постучали. Зойт, резво соскочив с дивана, пошел открывать, радуясь тому, что пытка ожиданием на сегодня закончилась, хотя было еще далеко не ясно, чем может обернуться для них эта долгожданная встреча.

Гость, закутанный в заснеженный плащ и больше похожий на сугроб, чем на человека, вошел в номер. Острый взгляд сверкнул из-под надвинутого на глаза капюшона и профессионально пробежался по комнате, отчего хозяевам стало немного не по себе. Впрочем, гость, похоже, оказался удовлетворен осмотром, потому что несколькими экономными движениями стряхнул с себя снег, прошел к столу и уселся в кресло, откинув капюшон, что с его стороны, несомненно, было актом доверия, потому что даже в неверном свете одной жалкой свечки было видно, что его растрепанные волосы того самого ярко-рыжего, почти огненного цвета, какие были только у одного-единственного человека на всю Ольрию.

– Вечер добрый! – наконец снизошел до приветствия высокий гость. – Отличная погодка на улице, а?

– Это вам лучше знать, почтенный Бадан, – спокойно ответил Багин, – мы с Зойтом уже несколько дней не выходили за пределы гостиницы.

– Это очень правильное решение, почтенный Багин! – одобрил Бадан. – Задание найти вас никто не отменял, а в руки Крока лучше не попадать. Впрочем, вы неплохо поработали, вряд ли вас узнают, хотя я бы узнал. И потом, уважаемый Зойт, – Бадан обернулся и внимательно посмотрел на младшего из хозяев, – ваша одежда не совсем правильно подобрана: штаны шились специально для жертвы на праздник Шель, их, наверное, не успели вовремя продать на родине, потому и привезли сюда в расчете на несведущих иностранцев, а рубашка с вышивкой касты Никер. Так что на взгляд саварнийца вы выглядите как жертва из низшей касты, сбежавшая с жертвенного алтаря по недосмотру жрецов, уж не сочтите за грубость.

– Да какая уж грубость! – недовольно буркнул Зойт. – Откуда мне знать такие тонкости, я же там только проездом бывал! Эти саварнийцы что твои бабы: чем тряпка ярче, тем больше нравится. И что еще за праздник Шель такой? Первый раз слышу!

– Ваше счастье, – любезно ответил Бадан. – Это праздник смерти. На нем каждая каста приносит жертвы госпоже Шель, чтобы она обходила их стороной. Обычно это бывают наивные иностранцы, которых заманивают на праздник обманом, наряжают, как кукол, в церемониальные одежды, а потом сжигают на костре. Как вы понимаете, это закрытый праздник, и вряд ли саварнийцы станут о нем распространяться.

– Ну ни фига себе! – ошарашенно брякнул Зойт.

– И как, помогает? – флегматично поинтересовался Багин.

– Что?

– Жертвы. От смерти.

– Я бы сказал, не очень, – усмехнулся Бадан. – Касты режут друг друга так, что никакой чуме не снился такой урожай. Хотя чумы там действительно никогда не бывает.

– А вы, случайно, не оттуда родом? – не слишком вежливо поинтересовался Зойт.

– Помилуйте! – засмеялся Бадан. – Где вы видели рыжего саварнийца? Я там просто бывал. Скажем так, по делам... устроит вас такой ответ, уважаемый Зойт?

– Более чем, – ответил за Зойта Багин. – Но, может, мы все-таки перейдем к делу? Вы ведь хотели нас видеть не затем, чтобы рассказать о саварнийских обычаях?

– Ну что ж, к делу так к делу! – не стал возражать Бадан, поудобнее устраиваясь в кресле. – Но сначала мне хотелось бы знать, что сказал князь по поводу моих предложений?

– Он сказал, что ваши услуги будут оплачены так, как вы того желаете.

– Отлично! Значит, князь осознал всю серьезность ситуации.

– Еще бы! После того, как его дружинников порезали на ленточки ваши друзья, ему пришлось сделать выводы.

– А чего он хотел? – хмыкнул Бадан. – Я ведь предупреждал, что Таш не будет сидеть и ждать, когда дружинники соизволят его зарубить! Князю не стоило скупиться на людей, тогда у него был бы шанс.

– Интересно, сколько он должен был послать? Армию? Ладно, теперь уже поздно об этом говорить, надо придумать что-то еще.

– Вот чертова баба! – сквозь зубы прошипел Зойт. – Сколько проблем от нее! Может, все-таки попытаемся выкупить? Князь вроде на бабки не жадный.

– И в очередной раз нарвемся на отказ! – осадил приятеля Багин.

– Да таких денег ни одна баба не стоит! – не сдавался Зойт. – Она обошлась ему всего в тридцать монет, а дают за нее целое состояние!

– Боюсь, что почтенный Багин прав, Зойт, – мягко возразил Бадан. – Раз мой друг Таш сказал, что он ее не продаст, значит, не продаст, и с этим придется считаться. Надо признать, что Таш у нас неисправимый романтик.

– Да уж, романтик! – хмыкнул Багин. – Рассказали нам, как этот романтик тут развернулся два года назад!

– Одно другому не мешает! – пожал плечами Бадан.

– Тогда выкрасть ее, да и все дела! – разозлился Зойт, который уже давно был сыт по горло красивыми рабынями и их романтичными хозяевами. – Она почти всегда дома одна, чего тут сложного?

– И как будет выглядеть после этого наш благородный князь? – прищурился Бадан. – Как вор, который ворует у вора?

– Как будет выглядеть, как будет выглядеть! – пробурчал Зойт. – Вот у него и надо спросить, устроит его, как он будет выглядеть, или нет!

– Ну так и спросите! – посоветовал Бадан. – А я со своей стороны обещаю подсказать подходящий момент, если вы все-таки на это решитесь. Хотя... чревато все это. Надо сначала с Ташем разобраться, да и с Самконгом тоже, а потом уже к бабе лезть.

– Ладно, – подвел итог Багин. – Время пока терпит. Надо действительно поговорить с князем. Будет он воровать бабу или нет, его дело. А лезть в ваше «гнездо разврата» без подготовки точно нельзя. Вы ведь не хотите потерять слишком много своих людей, почтенный Бадан?

– Если мои условия будут выполнены, то я готов потерять их всех, – хмуро ответил тот. – Но ваш князь положит там всю свою армию, хотя это тоже только его дело.

Багин выразительно взглянул на Зойта и осторожно сказал:

– Не волнуйтесь, у князя найдутся способы для усмирения непокорных. Так, чтобы не подвергать опасности жизни своих людей.

– Вот как? – внимательно посмотрел на него Бадан. В комнате повисла напряженная тишина, готовая взорваться чем угодно. Но ничего не произошло. После недолгого молчания рыжий вор продолжил: – В таком случае, ваших уверений в том, что мои требования будут исполнены, мне недостаточно. Я хочу, чтобы сам князь дал мне слово, что я получу то, что заслужил. Иначе никакого сотрудничества не будет.