Владимир Снежкин - Становление

— Стойте! — взмолился я в этот момент. — Марседа, расскажи, чем дело кончилось?

— Она ему руку сломала, — хихикнула та. — Даже предположить не могла, что Тия у нас владеет единоборствами на таком уровне! Ти-и-ий. А ты где научилась так руки ломать?

— Отстань! — огрызнулась девушка. Лиссандра, пившая в этот момент сок, поперхнулась им. Друана разрыдалась в голос, уже будучи не в силах сдерживать эмоций, переполнявших ее.

— Тий, какая муха тебя укусила? — отдышавшись, спросила она. — Ты уже несколько дней, как сама не своя. Что-то случилось?

— Все в порядке, — с вызовом заявила та.

За столом повисло молчание, прерываемое лишь всхлипами Друаны.

— Да откуда я знала о ее воздыхателе? — не выдержала Тия. — Говорю же, поступила так из благих намерений.

В ответ на ее слова Друана поднялась с места, собираясь уйти, но увидев кого-то за моей спиной, опустилась.

— Он идет сюда! — зашептала она.

— Вот! Еще не все потеряно, — заявила Марседа. Девушки уставились в том же направлении, куда сейчас безотрывно смотрела Друана.

— Не смотрите вы так! — зашипела она. — Сейчас смутится и уйдет. Отвернитесь! — хотел обернуться, чтобы посмотреть на этого юношу, но меня остановили ее слова.

— Когда он подойдет, ты должна извиниться, — тихо обратилась Друана к Тии.

— Еще чего!

— Не спорь. Ты сломала мою жизнь, ты же ее и исправишь.

— Сломала жизнь? Ты издеваешься? Я сломала руку этому идиоту, но не твою жизнь!

— Все! Сиди, молчи. Он уже подходит.

Все, включая меня, замерли в ожидании.

— Вот он!!! — раздалось у меня за спиной. Друана в замешательстве захлопала глазами, явно не ожидав такого продолжения.

— Эй, ты! — мне показалось или этот другой голос обращается ко мне? Медленно оборачиваюсь, и вижу перед собой трех студиозов — двое с десятого курса, и один с пятого.

— Вы ко мне обращаетесь? — холодно поинтересовался у них. Кстати, на лица знаю всю троицу. Те, что с десятого курса, подходили ко мне в составе компании Рэнодола, когда тот решил мне что-то высказать по поводу незнакомых ему заклинаний, примененных мною на арене. В том поединке принимали участие два его товарища, но не те, что ко мне сейчас подошли. С пятикурсником же "познакомился" недавно. Когда сок с его подноса переставил на свой.

— Пойдем, выйдем! — с угрозой в голосе предложил пятикурсник. — Не хочу при дамах мордобитие устраивать!

— О-о-о, — раздался голосок Марседы. — Друана, можешь начинать искать себе другого молодого человека.

— Мордобитие? — переспросил его. — Как понимаю, эти двое будут участвовать с твоей стороны? Или так… Постоят в сторонке?

Парень угрюмо смотрел на меня, демонстративно не обращая внимания на девчонок.

— Пойдем, — мотнул он головой, указывая на выход. Парочка десятикурсников, стоявших у него по бокам, имела весьма растерянный вид. Узнали, констатировал я про себя. Узнали, и теперь думают, как выйти из положения. Отступать было стыдно — в нашу сторону глазела добрая половина столовой. Гомон доносился только из дальней ее части, на нашей же половине установилась полнейшая тишина — все жадно прислушивались к словам участников ссоры.

— Целители только руку залечили, а он уже на еще большие приключения напрашивается, — смешок Тии заставил паренька плотно сжать губы.

— Я не дерусь против девушек. И напала ты неожиданно, — не отрывая глаз от меня, проговорил он. — Так ты идешь или нет?

Пожав плечами, поднялся из-за стола.

— Пойдем на арену. Только почему-то твои друзья не очень горят желанием устроить мне трепку. Интересно, почему?

Паренек, наконец, соизволил посмотреть на свою группу поддержки, и наткнулся на замешательство с их стороны. Один из десятикурсников склонился к его уху и что-то прошептал. Наш паренек разом побледнел, открыл рот, намереваясь что-то сказать, потом закрыл его, так ничего и не произнеся. Обвел взглядом столовую, увидел всеобщий интерес к нашему столику.

— Это ничего не меняет! — вздёрнул он подбородок, решив не позориться перед общественностью, отказываясь от предложенного поединка.

Раздался звук падающего стула. Это резко встала со своего места Друана.

— Палаэль, прошу тебя, не надо! — воскликнула она.

— При чем здесь я? Он предложил поединок. Не я!

— Фимий, откажись от своей затеи! — воззвала она к разуму паренька. — Ты же видишь, у вас слишком разный уровень! Даже со своим братом и его другом вы проиграете. Зачем подвергать свои жизни опасности? Ты же знаешь регламент поединков! — согласно данному регламенту, прочтенному мной сразу по приезду в Университет, студиоз мог "случайно" убить оппонента, и не понести при этом никаких наказаний. Это касалось только случаев, когда убийца был с младшего курса, нежели оппонент. Старшекурснику же, вызвавшему и убившему младшекурсника, грозило серьезное наказание — отчисление из Университета, с последующим официальным запретом заниматься магическими делами на территории Империи. Дуэлянтам, обучающимся на одном потоке, рекомендовалось следить за здоровьем друг друга, и не допускать гибели противоположной стороны, иначе тоже было предусмотрено наказание в виде отчисления из Университета. Но без запрета практики в Империи.

В нашем случае выходило, что я мог совершенно безнаказанно покончить с любым из студиозов, стоящих сейчас напротив. Полагаю, Фамий рассчитывал на своего брата, который "по сценарию" должен был сделать вызов, а затем показать мне на арене "кузькину мать".

— Кто драться будет? — решил прямо спросить у них. Если у Фамия есть хоть капля достоинства, то выйдет сам, не подставляя своего брата. И он оправдал мои ожидания:

— Я! — твердо заявил он.

Его брат уже положил руку на его плечо, намереваясь сделать вызов сам, но не успел:

— Привет, Палаэль, — плечами растолкав всех троих, вперед протиснулся Рэндол. Подхватив свободный стул, плюхнулся рядом со мной.

— Ты чего стоишь? — он одной рукой подвинул ко мне мой стул. — Присаживайся. В ногах правды нет.

— У нас тут разговор, — отклонил я его предложение. — Вот, господа претензии выдвигают.

— Что случилось? — сразу насторожился он.

Парни переглянулись, и Фамий решился ответить:

— Он ведет себя неподобающим образом.

— Каким? — нахмурился Рэндол.

— Неподобающим.

Ничего не понявший из такого объяснения Рэндол перевел глаза на меня.