Венди Хаггинс - Сладкое зло

Я была в восторге от того, что повсюду росли пальмы — одни низкие и приземистые, другие — высокие с тонкими стволами, тянувшимися в самое небо.

Но мой восторг немного поутих, когда я заметила общую эмоциональную атмосферу, кружившую среди толпившимися повсюду людьми.

Были, конечно, просто счастливые туристы, наподобие нас, проходившие мимо, но в основном, воздух был в изобилии пропитан проявлением всевозможных грехов. Это давило на меня с невыносимой силой. Я спинным мозгом чувствовала скрытые проявления зависимости у столь многих людей, что в оцепенении схватилась за дверную ручку.

С трудом заглотнув воздух, я желала, чтобы нервная дрожь оставила меня.

Опустив голову, мимо прошла привлекательная женщина. С определенного угла я смогла увидеть, что с ее лицом было что-то не так. Оно казалось неестественным. Ее кожа была туго натянута, губы чересчур полные, а скулы резко выступали. Она была полна ненависти к себе.

Интересно, скольким пластическим операциям она себя подвергла. Было понятно, что несмотря на все коррекции, она изначально являлась красивой женщиной.

К уху почти каждого человека был прижат мобильный телефон. И повсюду так много бездомных и проституток. Я едва замечала Китайский Театр или звезды на тротуаре.

Все, что я могла видеть, это души и эмоции.

— Это все… чересчур для тебя? — спросил меня Кайден.

— Невыносимо, — призналась я. — Но не потому, что это — Голливуд. Даже в Атланте мне иногда тяжело.

— Я вытащу нас отсюда.

Мы остановились на красный свет.

Я покачала головой и выдавила слабую улыбку человеку, проходившему мимо моего окошка с флаерами, предлагающими тур по домам знаменитостей.

Когда он отошел, я встретилась глазами с бездомной женщиной, сидевшей на каких-то серых газетах, подходивших по цвету к ее серой ауре отчаяния.

Я открыла свой маленький кошелек и вытащила две купюры.

— Ты бросаешь свои деньги на ветер, — предупредил Кайден.

— Может быть, да. А, может быть, и нет.

Она подошла к окошку, волоча одну ногу, когда я опустила стекло и протянула деньги.

— Благослови тебя Господь, — сказала она.

В ее глазах отразилась волна бледно-зеленой благодарности, накрывшая ее с головой. Она не была под воздействием наркотических веществ или пьяной, и у нее внутри не чувствовалось скрытой зависимости.

Я гадала, какие ужасные обстоятельства могли заставить ее жить на улице.

— Подождите, — окликнула я.

Открыв кошелек пошире, я вытащила все свои сбережения и вложила деньги в ее ладонь. Губы у нее задрожали, когда она прижала их к груди.

Мы не отрывали взгляд друг от друга, пока свет не переключился на зеленый, и наша машина не тронулась.

Слишком поздно я осознала, что теперь финансово зависела от Кайдена до самого конца поездки — не то чтобы он позволял мне платить за что-либо раньше, и все же…

— Извини, — сказала я ему. — С моей стороны это было самонадеянно. — Но она…

— За что, во имя всего, ты извиняешься?

Его взгляд казался мягким, что застало меня врасплох. Я опустила глаза, чувствуя себя совсем плохо. Движение на дороге постоянно прерывалось остановками.

Погруженный в собственные мысли, Кайден не отрывал глаз от дороги.

— Легионер, — сказал он.

Мое внимание переключилось туда, куда он указывал.

— Нашептывает вон тому человеку в синем костюме. Если легионер двинется в нашу сторону, я попрошу тебя спрятаться. Будь готова.

Я кивнула и сползла пониже на сиденье.

Я все еще не могла видеть демонов, но я смотрела на мужчину, идущего по дороге, с телефоном, прижатым к уху. Его ангел лихорадочно кружился вокруг него.

Мужчина щелчком закрыл телефон и остановился.

Казалось, он колеблется в нерешительности, оглядываясь по сторонам, чтобы проверить, не наблюдал ли кто-нибудь за его действиями. Затем он развернулся и решительно направился к женщине, стоявшей у тонкого шеста. Она была обтянута в черное кожаное платье с накидкой из искусственного меха.

Проститутка.

Она уронила сигарету и раздавила ее ногой. Цвет ее ауры от нервного бледно-серого, при его приближении, сменился на светло-синий цвет облегчения, когда он передал ей деньги.

Когда они удалялись прочь, вокруг мужчины клубилось грязное облако вины и мрачного предчувствия, смешавшиеся с желто-оранжевым возбуждением.

— Отец будет удовлетворен, увидев, что один из его приспешников добился успеха, — с презрением произнес Кайден. — Мне не следовало тебя сюда привозить.

Теперь я оторвала взгляд от людей, и вместо этого стала рассматривать руки Кайдена, лежавшие на руле, и его длинные ноги — на педалях.

Это занимало меня до тех пор, пока мы не выехали из города, назад на шоссе, где я могла разглядывать городские огни.

Кайден протянул мне телефон — скоро должна была позвонить Пэтти. Я разговаривала с ней, пока он регистрировал нас в отеле.

— У тебя грустный голос, дорогая, — заметила Пэтти.

— Мы только что свернули с Голливудской дороги. Там очень много страдающих. Но я не хочу думать об этом сейчас. Сегодня был хороший день.

Я рассказала ей о резервации коренных американцев и о мексиканском ресторане. Ей понравилась каждая деталь.

Я была рада услышать, что напряжение в ее голосе пропало.

— Будь сильной завтра, Анна. Все будет хорошо. Я, просто, знаю это.

— Я скучаю по тебе, — произнесла я, выдохнув. — Как бы я хотела, чтобы ты обняла меня, как прежде.

— Я тоже очень сильно скучаю. А вот и объятия.

Она издала смешной звук, словно прижимала меня к себе, и я рассмеялась.

— Созвонимся завтра в это же время?

— Да, — ответила я. — Я люблю тебя.

— Я тоже люблю тебя, милая.

Мы легли на наши раздельные кровати, размышляя, что делать дальше. Мы не были усталыми, хотя уже переоделись в пижамы. Для меня оказалось неожиданностью, когда Кайден переоделся тоже, но я постаралась ничем этого не выдать.

— Мы можем пойти поплавать, — предложил Кайден.

— Не могу, — ответила я. — Не захватила купальник.

Намеренно.

Я села, облокотившись на гору из подушек, рассыпанных по кровати, намереваясь проговорить с ним так долго, сколько это вообще было возможно, на случай, если он планировал куда-нибудь уйти.

— Кайден, что случилось со всеми Нефилимами? Почему нас сейчас так мало?

Он подошел и сел на мою кровать, сохраняя уважительную дистанцию. Он потер ладонями по лицу, как будто стирая усталость, и затем начал.

— Хорошо. — Он вздохнул. — Более ста лет назад на Земле существовали тысячи Нефов и их потомков. Потомки обладали силой, которая ни в чем не уступала нашей. Для Князей становилось все труднее отслеживать и контролировать ситуацию.