Игра вслепую (СИ) - Ковальчук Алексей Алексеевич

Да, конечно, шантаж не самый надёжный метод для плодотворного сотрудничества. Но с Гульнарой по-другому было нельзя. Это с Нарисой у Антонины было полное взаимопонимание, основанное на “жажде” — жажде мести для Антонины и жажды власти у Нарисы, а вот управляющую приходилось понукать к действию в добровольно-принудительном порядке. Опасалась ли Антонина, что Гульнара может взбрыкнуть? Скорее нет, чем да. Точнее, она могла это сделать раньше, и “шаманские пляски” с самолётом, после отставки Нарисы, явно были попыткой соскочить. Вот только Антонина свалилась как снег на голову и не оставила Гульнаре времени на раздумья.

Стоит всего лишь один раз выбрать неправильный путь и, свернуть с него становится практически невозможно. К тому же Гульнара изначально сделала ставку на Нарису и сейчас просто продолжала по инерции следовать первоначальному плану, не успев выработать для себя новый маршрут. Хотя её мысли насчёт возможной реакции Сагдии стоит рассматривать, как попытку пристроить себя в грядущем новом мире. Как бы то ни было, но проговорить один момент всё равно не помешает...

— Информация лежит у надёжного человека, и если я погибну, она знает, что ей делать.

— Твоя смерть может случиться вне зависимости от моего молчания.

Гульнара прекрасно поняла намёк, мол, как можно дольше держи язык за зубами, и всё будет в порядке.

— Ага, может, — усмехнулась Антонина. — А ты помолись за меня, да как можно искренне, и тогда всё будет хорошо.

Кривая улыбка была ей ответом. Да, вся жизнь человека - это весы и бесконечный путь по узкой тропинке. Лишь немногие могут удержать равновесие и пройти этот путь, не виляя из стороны в сторону. Ведь каждая секунда прожитой жизни, каждый твой поступок так или иначе сбивают шаг, раскачивая весы вечного выбора. Совесть, деньги, власть, любовь, дружба - можно вечно продолжать этот список и никогда не закончить, но рано или поздно выбор придётся сделать...

***

Москва. Здание главного управления Службы Имперской Безопасности.

Юлия Коршун уже забыла, когда последний раз спала по-человечески в своей кровати и дома. Да и, по сути, тот дом, который настоящий, остался далеко в Енисее. А в Москве её практически круглосуточным пристанищем стал кабинет на последнем этаже здания главного управления СИБа.

“Авгиевые конюшни” - это краткое словосочетание очень удачно характеризовало всю ту атмосферу, в которой приходилось работать главе СИБа. Причём речь шла не только об объёме работы, но и об устойчивом запахе дерьма, ибо за время управления Антонины СИБ прогнила сверху донизу. В основном, конечно, сверху, так что менее чем за год работы Коршун успела нажить себе огромное количество врагов, к которым лучше было не поворачиваться спиной, а ещё лучше вообще не оставлять в живых. Но Юлии было плевать на все эти нюансы, и она просто делала своё дело. И делала хорошо. Во всяком случае, картинка за последнее время существенно улучшилась, что немного поднимало настроение, хотя она прекрасно понимала, что до идеала ещё очень далеко.

Естественно, те задачи и цели, которые стояли перед СИБ, требовали ежедневного контроля со стороны Коршун, и она могла лишь частично делегировать свои полномочия доверенным помощницам, взвалив на себя остальной, будем честными, колоссальный объём работы. Из-за этого приходилось дневать и ночевать в своём кабинете, лишь ненадолго выползая на свежий воздух ради отчёта главе государства или с какой-нибудь очередной инспекцией. Нужно было каждую секунду держать руку на пульсе, чтобы не пропустить что-нибудь важное. Вот и сейчас на часах было всего семь утра, а она уже закопалась в очередных отчётах, или правильнее будет сказать – не откопалась, так как ещё даже не ложилась спать.

Однако это утро, как, впрочем, уже бывало и не раз, было нарушено одной из помощниц, которая тихонько приоткрыв дверь и, убедившись, что начальница работает за столом, а не спит за ним - что тоже уже бывало - уверенно вошла в кабинет и проговорила:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Госпожа. Звонок из подмосковной усадьбы Кайсаровых. Княгиня Сагдия просит безотлагательно связать с вами. Говорит, что-то очень срочное.

— Соединяй, — немедленно кивнула Юлия, одновременно кладя руку на трубку стационарного телефона.

Короткая трель, трубка снята, и вежливый голос в динамике произнёс:

— Доброе утро, госпожа Коршун.

— Кому как, ваша светлость, — нейтрально проговорила Юлия, — на мой вкус за окном слишком сыро.

— О, но ведь плохая погода - это не самое важное в вашей службе? Главное, информация.

— Да, особенно та, которой вы хотите со мной поделиться.

— А вы не любите тратить время на пустые разговоры, — хмыкнула Сагдия.

— Думаю, этого никто не любит. А у меня лишнего нет.

— Соглашусь с вами. Время – самый бесценный ресурс, ибо оно невосполнимо. Так что не буду тянуть и перейду к делу. Наш разговор пишется?

— Да, — не стала отнекиваться Юлия.

— Очень хорошо. Тогда слушайте…

***

— АНЯ! — рявкнула Коршун, грохнув трубкой по телефону.

В принципе можно было не кричать, так как помощница уже влетела в кабинет спустя всего секунду после прощальных слов княгини Кайсаровой.

— Всё слышала?

—Да.

— Три... нет, четыре группы с блокиратором на аэродром. Я тоже поеду.

— Ясно.

— И пусть самолёту выделят самую дальнюю полосу. Попробуем сработать тихо.

— Поняла.

Юлия махнула рукой, показывая, что на этом пока всё, и Аня выбежала из кабинета. А глава СИБ прикрыв глаза, мысленно прокрутила разговор с Кайсаровой. В принципе, с причиной звонка всё было ясно и лишних вопросов не возникало. Княгиня решила прикрыть клан от возможных подозрений в помощи отверженной Романовой. И голова слуги рода, как раз и было той ценой, которую готова заплатить Сагдия, чтобы избежать обвинений в соучастии. Но Юлию не отпускало ощущение, что она упускает что-то важное, но вот что именно - понять не могла. Ладно, возможно, вскоре всё прояснится.

***

Подмосковье. Поместье Кайсаровых.

Сагдия какое-то время смотрела на телефон, после чего встала с кресла и прошлась по кабинету. Что ж, она сделала свой выбор, хоть и постаралась убить двух зайцев сразу. Возможно, кому-то может показаться, что она специально протянула время, но точно об этом будет знать лишь ограниченное число абсолютно преданных ей человек. Зато, если смотреть со стороны, её совесть полностью чиста. И будет интересно понаблюдать, что станет делать СИБ, когда не обнаружит в самолете Антонину Романову. А в том, что её там не будет, Сагдия почти не сомневалась. Бывшая глава СИБ не настолько глупа, чтобы столь нагло заявиться в Москву. Нет, тут явно намечалась более интересная игра, на которую можно уже спокойно посмотреть со стороны, не переживая, что Кайсаровых обвинят в очередном предательстве империи.

Глава 8 Игра вслепую

Гудя моторами, воздушный транспорт немного прокатился по полосе и остановился. Через многочисленные мониторы, установленные в штабном автобусе, глава СИБ внимательно наблюдала за действиями своих людей. Сейчас всё решится. Вот группа захвата мгновенно окружила самолёт и включила подавители. Три отделения средних МПД уже готовы вскрыть фюзеляж самолёта и ворваться вовнутрь. Секунда, и…

Однако применять силу не пришлось. Дверь самолёта открылась изнутри, и сибовцы беспрепятственно проникли в салон. Два удара сердца, и в наушнике раздался голос старшей группы захвата:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Здесь только пилоты и управляющая с тремя хранительницами.

Чуть помедлив, Коршун приказала:

— Обыщите там всё, а Гульнару ко мне.

Спустя пять минут задняя дверь автобуса распахнулась и по ступенькам поднялась бывшая управляющая землями Великого клана. Да, теперь уже бывшая. Как бы ни повернулись события, но об уютном и тёплом местечке ей придётся забыть.