Марина Добрынина - Бей ушастых! Часть 2

— Зато он точно знает, что ему от меня надо, — отрезала волшебница и исчезла.

Злая она оказывается. Это непривычно. И неприятно.

— Ладно, пойду, найду Колю, — буркнул я и телепортировался.

Для начала в ту часть дворца, которую занимала Брианна. Время обеденное, Николай наверняка со своим семейством кушать изволит. Мне повезло, я не ошибся. Коля, Брианна и Пардок обедали на террасе.

— Здрасте всем. Что едим? — я сунул нос в тарелку Пардока. Он даже не среагировал. Как всегда, ел, уткнувшись в книгу. Я воспользовался моментом и стянул у него кроличью ножку с аппетитной хрустящей корочкой.

— Лин, ты голоден? — вежливо спросила Брианна, — я распоряжусь принести еще один прибор.

— Нет, не стоит. Я пришел к вам с новостями, — поведал я, устроился на краешке стола и, периодически откусывая от добытой в честном бою крольчатины, изложил, — эльфы обложили Вальдора по полной программе. Он у нас теперь под клятвой и Эрраде приснится мандоса трындец, если Валь продолжит оставаться на троне. Короче, Николай, ты как начальник охраны, должен проникнуться ситуацией и принять участие в дворцовом перевороте.

Коля какое-то время молча сверлил меня взглядом, грозно шевеля усами. Да уж, видимо я как-то не так новость преподнес. Надо бы уточнить:

— Временно посадим на трон Ханну. Как только найдем способ снять с Валя клятву, вернем, как было. Он не против, но из-за клятвы сам ничего сказать не может.

— А этот малолетка — Каро, мешать не будет? — деловито спросил Коля, отложив вилку и вставая из-за стола.

— Его Саффа сейчас в курс дела введет.

— Хорошо. Где у вас штаб заговорщиков?

— Хм… штаб? — я в очередной раз откусил от кроличьей ножки, — ну, наверно, у Саффы в покоях штаб.

— У придворной волшебницы? — поразилась Брианна.

— Она уволилась… временно. А вы, — я посмотрел на Бри и, продолжающего читать, Пардока, — вы типа не в курсе.

Вдовствующая королева согласно кивнула, а Пардок буркнул:

— Конечно, не в курсе. Не хватало еще нам с мамой в государственный переворот влезать.

Вот же книжная душонка! А я-то был уверен, что он погружен в чтение и ничего не слышит!

Мы с Колей телепортировались в… хм… «штаб заговорщиков». Саффа уже была там. Стояла у окна и притворялась статуей. Ханна общалась с Гарланом, Шеоннеля не было видно.

Коля скромно присел в кресло у камина, достал было сигару, но взглянул на Ханну и курить раздумал. Заботливый какой у блонды моей дедушка… ну то есть почти дедушка, потому что неофициальный супруг ее почти бабушки.

— Ну, как, оповестила нашего самоубийцу неудавшегося? — обратился я к Саффе, аккуратно положив в вазу с конфетами обглоданную кроличью ножку. Саффа на это дело неодобрительно взглянула, но комментировать не стала, ответила на вопрос:

— Да, оповестила. Каро все понял. Вмешиваться не будет, но и поддержки не окажет.

— Кто бы сомневался! Трус! — профырчал я и устроился на подоконнике рядом с волшебницей.

Ханна закончила с Гарланом и обратилась к Николаю:

— Николай, Лин ввел тебя в курс дела?

— Более-менее.

— Распорядись, чтобы приготовили камеру на среднем ярусе, седьмую от главного входа. Ту, у которой на двери окошко с решеткой в виде листьев и цветов.

— А, ту самую, в которой его папа когда-то держал! — проявил я познания в истории. — Думаешь, Вальдору приятно будет?

— Надеюсь, это его развеселит, — серьезно объяснила Ханна.

Ну, понятно, переживает. Не каждый день ей приходится у собственного отца власть отбирать.

Итак, назавтра, не слишком ранним утром, мы собрались у Саффы в гостиной. Мы — это я, Саффа, Иоханна и Николай. Не было только Шеоннеля.

— Куда наш эльфенок делся? — полюбопытствовал я.

— Я попросила его Дульсинею предупредить, — отвечала Ханна. — Сам знаешь, она может дел натворить, если не в курсе будет. Зря мы еще вчера об этом не подумали.

— Хорошо, что вообще подумали! А то приснился бы нам мандоса трындец. Мама же за Валя кому угодно глаз на жопу натянет.

Саффа озадаченно взглянула на меня, задумалась, видимо представляя процесс выполнения подобной операции.

— Это иномирское выражение, — объяснил я, — мама так говорит.

— Понятно, — выдавила волшебница, стараясь сохранять серьезность, но не выдержала и рассмеялась.

— Хватит! — крикнула Ханна.

— О, какой командирский тон! Уже вошла в роль королевы? — развеселился я.

— Лин, прекрати! Дело серьезное, а ты тут шутишь и ты, Саффа тоже, нашла время веселиться, — блонда нахмурилась, — Николай, дай мне четырех человек. Самых надежных. На твое усмотрение.

Осталось дело за малым. Совершить сам переворот. Несколько смущает вероятность того, что мы плохо поняли Вальдора, и тот вовсе не жаждет быть свергнутым собственными детьми.

Ну что ж, сейчас проверим. Не убьет же он меня за попытку лишить его власти? Хотя был бы вправе и убить. Ну, на месте сориентируемся. Если что, скажу, что это — дурная шутка, и будем придумывать какой-нибудь другой план. Хотя я и от этого-то не в восторге.

Беру с собою четырех колиных подчиненных. Для солидности. Хотя они так нервничают, что впору их травками саффиными отпаивать, а не власть в государстве менять. Но короля в тюрьму следует сопровождать с почестями. Не могу же я одна этим заниматься?

Идем искать Вальдора.

Удивительно, но в кабинете отца нет. И где он может быть?

Забавно, даже в чем-то символично, но Вальдор обнаруживается в тронном зале. Что еще интереснее — непосредственно на троне. Учитывая нелюбовь короля к торжественным церемониям и всему, что с ними связано, а также то, что он даже иностранные делегации умудряется в своем кабинете встречать, видеть его здесь довольно-таки странно.

Сидит задумчивый такой и грустный. Прошу стражников пока ему на глаза не показываться. Беру с собою только Лина. Для моральной поддержки.

— Папа! — зову я.

— Что случилось? — устало спрашивает отец.

Как бы так помягче ему сообщить, что…

— Отец, ты арестован.

— Опять, — выдыхает Вальдор.

— Что значит опять? — удивляюсь я.

— Не спрашивай, — шипит Лин, — я позже тебе объясню. Вальдор, передай Иоханне кольцо с печатью, ключи, бумаги, оружие.

Король снимает с пальца перстень и протягивает его мне.

— Оружия при мне нет, — говорит он, — где находится все остальное, Ханна знает. Да, дочка?

Киваю.

— Николай входит в число заговорщиков? — интересуется отец.

— Да, папа, конечно.

— Ну что тогда? Пошли в тюрьму.

Он легко и свободно поднимается, потягивается и заявляет с самодовольной ухмылкой: