Крис Хамфрис - Двойник

— Видишь? Давай быстрее! — крикнул он через плечо.

Кристин безнадежно отстала, а между тем впереди, среди древесных стволов замаячил темный силуэт строения.

Скай всегда быстро бегал и поэтому оказался у дверей хижины на целую минуту раньше кузины. Пока та, отдуваясь, догоняла его, Скай успел все как следует рассмотреть. Торфяная крыша поросла высокой, по колено, травой. Бревенчатые стены пропитаны черной смолой — таким не страшна непогода. Из зарослей торчит круглая каменная труба, из которой… идет дым.

Наконец появилась Кристин.

— Почему ты остановился? — удивилась она, хватая ртом воздух.

Скай прижал палец к губам, потом указал наверх — девушка осеклась. Они постояли молча, пытаясь отдышаться и унять бешеный стук в груди.

— Что будем делать? — шепнула Кристин.

— Не знаю, — взволнованно прошипел Скай.

— Давай хотя бы постучимся.

Скай не шелохнулся, и сестра добавила:

— Может, это вовсе не та хижина.

— Это она. Я точно знаю.

— Моя мама всегда стучится в дома, где жила раньше, и просит разрешения войти. Хозяева обычно не возражают.

Скай отрицательно покачал головой.

— Тот, кто живет здесь, может быть против. Отшельникам вряд ли по душе незваные гости. Кстати, который час?

Кристин полезла в карман за телефоном.

— Сигнала, конечно, нет… Семнадцать минут пятого.

Четыре семнадцать. Именно в это время он проснулся за три дня до появления морского сундука.

— Рановато, чтобы тревожить людей. Вернемся к холму и подождем пару часов.

Скай развернулся к тропинке.

— Ну уж нет, — вскипела Кристин, дернув его за руку. — Мы заблудились в лесу и забрели в эту глухомань. Нас пожалеют, угостят чаем, а может, даже покажут окрестности.

Скай не двинулся с места, тогда Кристин прошипела:

— Ты ведь так хотел сюда попасть. Что, струсил? Прямо как с рунами: «Ах, я ни за что к ним больше не притронусь!»

Она так точно передразнила Ская, что тот, несмотря на волнение, едва сдержал смешок.

Ущипнув его за руку, Кристин яростно прошептала:

— Так ты постучишься или нет?

— Ладно, ладно! — пробормотал Скай и осторожно двинулся вперед.

Стараясь действовать бесшумно, он шагнул на крыльцо, но вторая же ступенька оглушительно скрипнула, и этот звук пронзил лесную тишь, точно ружейный залп.

«Надо запомнить», — машинально отметил Скай.

Перед ним была дверь, с виду вырезанная из цельного ствола. Он в нерешительности оглянулся на Кристин, но та энергично махнула рукой в сторону хижины. Нервно сглотнув, Скай еле слышно постучался; потом, осмелев, повторил попытку — шесть раз подряд, громко и размеренно, в такт далекой кукушке и собственному сердцу: «Тук-тук! Тук-тук! Тук-тук!»

Снова воцарилась тишина, особенно пронзительная после всего этого шума. Поежившись, Скай хотел уже спуститься с крыльца, но внезапно уловил в глубине дома слабое шарканье. Шаги медленно приближались, затем стихли. Кто-то за дверью прислушивался.

— Эй? — выдавил из себя Скай, но голос треснул и сорвался.

Послышалось хриплое дыхание, затем щелкнул железный засов. Дверь чуть приоткрылась, и в узкой щели блеснул тусклый свет, отраженный глазами незнакомца.

Усилием воли Скай вновь заставил себя заговорить.

— Э-э-э… здравствуйте. Простите, что мы вас беспокоим в такую рань…

Из темноты высунулась мертвенно-белая рука, испещренная синими венами. Скай шарахнулся назад, на самый край ступеньки: слишком живо было воспоминание о костлявых пальцах, обвивавших ствол яблони родительского сада в свете кроваво-красной луны. Между тем узловатые суставы побелели от натуги: крепко держась за дверной косяк, обитатель хижины показался на пороге. Утренний свет упал на его лицо.

Ни серого плаща, ни капюшона, скрывающего пустоту. Скай, готовый броситься прочь, к Кристин, подумал, что никогда еще не видел столь тощего человека. Казалось, старик сделан из березовой коры — разве что более бесплотен и вот-вот распадется в прах. Блеклые глаза смотрели на него, будто сквозь туманную пелену.

— Извините, что разбудили, — заговорил Скай, кашлянув. — Мы…

— Я не спал, — прошелестел старец; голос его словно рассохся от длительного молчания; он говорил по-английски с акцентом. — Добро пожаловать.

Бескровные губы растянулись в подобии улыбки.

— Видишь ли, я очень долго ждал встречи с тобой.

Лишь в этот момент Скай понял, кто стоит перед ним. Тот самый голос, только дрожащий от старости. Голубые глаза, теперь подернутые пеленой. А главное — тень на переносице, где брови срастались воедино.

Скай на время утратил дар речи.

— Дедушка? — прошептал он наконец.

ГЛАВА 21

РАССКАЗ СИГУРДА

Скай простоял неподвижно целую вечность. Внезапная слабость в ногах едва не заставила его опуститься на крыльцо. Он хотел убежать, но не мог оторвать взгляд от этих глаз — мутных от старости, обрамленных складками дряблой кожи, но все же как две капли воды похожих на его собственные.

Сделав над собой болезненное усилие, Скай все же отвернулся, спустился с крыльца и, спотыкаясь, брел прочь, пока не наткнулся на Кристин. Если бы она не удержала его, он так и ковылял бы до самого города.

— Что с тобой? — прошипела она. — Ты будто привидение увидел!

— Т-т-так и есть, — заикаясь, ответил он и кивнул в сторону крыльца.

Ноги подкосились, словно все силы ушли на первые несколько шагов. Встреча с дедом во сне — это одно, а призрак на пороге хижины — совсем другое.

И тут Кристин окончательно сбила его с толку. Заглянув ему через плечо, она громко сказала:

— Извините нас!

Скай дернулся и оторопело поглядел на нее.

— Ты что, видишь его?

Она нахмурилась и тихо произнесла:

— Кого, старика? Разумеется, я его вижу. Перестань валять дурака.

Пытаясь отцепить от себя брата, она крикнула:

— Не обижайтесь на него, он немного устал!

Скай не мог заставить себя обернуться. Вместо этого он еще крепче схватил кузину за плечи, не пуская ее дальше.

— Это дедушка! — прошептал он ей на ухо.

— Ну да, конечно.

Кристин еще раз посмотрела на его лицо, а потом снова на отшельника.

— Бред! — воскликнула она, однако без прежнего сарказма.

— Это он, — прохрипел Скай. — А раз ты тоже видишь его…

Третий голос произнес:

— Вы не могли бы подойти поближе? Я вас не вижу и не слышу.

Кристин шагнула к хижине, таща Ская за собой.

— Ты ведешь себя невежливо, — шепнула она ему, а затем громко заявила: — Простите, мой двоюродный брат думает, что вы призрак нашего покойного деда.