Дмитрий Браславский - Паутина Лайгаша

К тому же подозрителен и нищий: на мой вкус, он несколько переигрывал, демонстрируя свою непроходимую тупость – за ней угадывалась немалая ирония. Хотя не исключено, что мне померещилось: не зря говорят, что один дурак способен поставить в тупик десяток умных. Шанс невелик, но все же нищий мог быть и настоящим.

Теперь второе нападение, на Айвена. Признаться, здесь я был в еще большей растерянности. Айвен не входил в число лучших чародеев Двэлла и вряд ли успел прославиться за пределами талиссы. Про таких говорят «широко известен в узком кругу». И было бы не просто странно – почти невероятно, чтобы Денетос вообразил, будто именно Айвен представляет наибольшую опасность.

И даже если так! Идея выкрасть, а не убить отдавала легким безумием. Зачем? С какой стати?

Третий раз – «прадедушка». Пусть не атака, пусть попытка остановить. Но самозванец держал себя настолько уверенно, что даже я подумал, не надоело ли, часом, Винсенту лежать в могиле.

А вот это уже похоже на вмешательство Денетоса: именно для него было бы идеально, если бы талисса вообще не пошла к Лайгашу.

Пожалуй, отсюда и начнем.

Я дважды постучал костяшками пальцев по столу, и за дверью тут же отозвался колокольчик.

Дверь, открываясь, едва прошелестела – ненавижу, когда они скрипят.

– Материалы на специалистов по иллюзиям на службе Ордена, – произнес я, не оборачиваясь. – Регион: столица и герцогство Этренское. Дата: по сегодняшний день.

– Две минуты, монсеньер.

Не две, конечно: пока Черр доберется до орденского архива, пока сам просмотрит все, что ему отыщут… Зато можно не сомневаться, что не пройдет и получаса, как я получу все, что хотел.

А пока…

Подойдя к камину, я снял с него фигурку ворона и поставил перед собой. Красивый ход – использовать для наблюдения символ моего же бога. Ну что ж, пришло время посмотреть, кто там такой смелый.

Сняв с шеи медальон, я поднес его к самым глазам гордо стоящей птицы. Забавно: даже не припомню подходящей молитвы по случаю.

Придется импровизировать. Только бы сам Ворон не счел, что я слишком фамильярно обращаюсь с его излюбленной ипостасью.

Откликаясь на мои слова, птица суетливо захлопала крыльями, напомнив мне голубя, который отчаянно пытается вырваться на волю из цепких кошачьих лап. Еще мгновение – и статуэтка посерела, а крылья безвольно повисли вдоль тела.

Похоже, получилось. Теперь можно посмотреть и самому.

Украшенный лепниной потолок. Изображение постоянно дергается, перемещается. Чье-то лицо. Нет, не успел. А вот сейчас…

Денетос?! Легок на помине…

Я почувствовал легкое головокружение: изображение резко повернулось, заставив меня упереться взглядом в гладкую поверхность стола.

Кажется, трайгорнская береза. У кого-то такой столик я уже видел…

Что ж, теперь понятно: за мной наблюдают через перстень. Только вот кто? Явно ведь не сам Денетос.

– Я прошу, чтобы их остановили уже сейчас, монсеньер!

В голосе Протектора слышалось почтение, однако я уловил и скрываемые изо всех сил истеричные нотки.

– Остановили, говоришь… Отчего же не остановить. Да вот стоит ли?

Исиндиос! Его карканье ни с чем не перепутаешь. Отлично – один иерарх позволяет себе следить за другим!

Так вот кто покровительствует Денетосу… Тогда и с браслетом Лиардоса многое становится понятно. И уже не важно, имеет ли право сам Протектор запускать руку в ардиарий – уж для члена синклита он всяко открыт.

Да, все понемногу встает на свои места. Хотя… Старик всегда играл только за себя. Ну, и за Ворона, конечно. И не сомневаюсь, что тем же Денетосом он пожертвует и глазом не моргнув.

Все-таки я поторопился радоваться. По-прежнему вопросов больше, чем ответов. Если уж кто не дурак, так это Исиндиос. Зачем же тогда ему Денетос? Есть ведь куда более способные…

– Если ключ вновь вернется в мир, монсеньер…

– Если, Денетос, если. Не рановато ли ты начал беспокоиться?

Вот и я думаю: не рановато ли. Жаль, что не видно лица Протектора, опять этот проклятый потолок! А руки-то у Исиндиоса дрожат. Может, конечно, и от старости…

– Не исключено, повелитель, – процедил Денетос.

А ведь он так нервничает, что с трудом балансирует на грани дозволенного!

– Рад, что ты со мной согласен.

Вот ведь старая шельма: играет с Протектором, как есть играет.

– Просто я не привык, – Денетос пошел на попятный, – что «ключ» от Лайгаша попадает в руки бог знает кому.

– Знает, мой мальчик. Точнее и не скажешь, – иерарх захихикал.

– Так это он…

– Кто он? – изображение качнулось. – Не бери в голову, Протектор. Делай, что положено. Но ты и так, я погляжу, времени не теряешь.

Я замер в ожидании ответа Денетоса. Вот сейчас…

И тут все поплыло куда-то вбок, несколько раз дернулось… Щелчок – и наступила темнота.

Тут уже я не сдержался, и стол укоризненно охнул, когда на него опустился мой кулак.

Все-таки почувствовал! Конечно, я не сомневался, что Исиндиос тоже заметит слежку. Но если бы хоть на четверть часа позже! А так – сильно подозреваю, что перстень теперь покоится в своей шкатулке и ждет своего часа, пока у Исиндиоса дойдут руки разобраться, что, собственно, произошло.

Значит, надо торопиться. Я вновь надел медальон на шею.

– Монсеньер?..

На край стола легла стопка навощенных табличек.

– Спасибо, Черр. Думаю, до завтра ты мне больше не понадобишься.

– Доброй ночи, монсеньер.

– Доброй ночи.

Шестая табличка оказалась целиком посвящена Лайгашу. Оказывается, Орден Пурпурной Стрелы держал там немалые силы, но все больше не специалистов по иллюзиям, а тех, кто в первую очередь посвятил себя боевой магии.

И только один чародей оказался приписан к Лайгашу совсем недавно. Вернее, не чародей – чародейка.

Рыжая Молния. Я как-то встречался с ней в Трайгорне, и помнится, Савернос говорил потом, что она не просто специалист по иллюзиям, а один из лучших на Двэлле. И очень, очень многообещающая колдунья.

Как же ее настоящее имя?.. Нет, не вспомнить.

Любопытно, я даже не знал, что она на нас работает. Так, место найма: Альдомир. Взять Глорна и обогнать на нем талиссу проблемы не составляло. И насколько я ее помню, она не то что нищего – королеву Илайю сыграть может. А уж в роли прадедушки графа Беральда и вовсе смотрелась бы отлично.

Умна, иронична, с одинаковой легкостью управляет что мужчинами, что разговором. Если Денетос действительно задействовал ее, я бы на месте талиссы не расслаблялся.

И все же он нервничает… Как там ответил Исиндиос: «Знает, мой мальчик»? Интересно, это намек? Или просто игра слов?

Если намек, то не попасть моей душе к Ворону, если я понимаю, на что. Слишком много вариантов.