Ирина Сербжинская - Вечный Странник

– Работы там много, – произнесла завхозша, неодобрительно поджимая губы. – Неаккуратные они, эти реставраторы… за один день, может, и не управитесь.

Она подумала и добавила:

– Тогда завтра с утра тоже у них убирать придется. Запомните главное: пустые пивные банки – в железный бак на улице, а стеклянные бутылки будете относить сторожу. Он их сдает в конце месяца.

В дальних залах было пусто, и уборщица справилась с поручением быстро: протерла влажной тряпкой светлые паркетные полы, вытерла пыль с окон, поправила пышные белые шторы. Теперь следовало отыскать галерею скульптуры. Прихватив ведро и тряпку, она прошла по коридору, свернула в один пустой зал, в другой, третий… и остановилась. В этом зале она точно уже была – вот он, голый мраморный мужик! Уборщица решила было найти зал, где только что прибиралась, но вместо этого попала в незнакомую большую комнату. Там возле искусно сооруженного чума неподвижно стоял шаман в длинном халате из рыбьей кожи и готовился ударить в большой расписной бубен. Лицо шамана скрывала маска. Уборщица торопливо шмыгнула обратно и побрела растерянно по пустынным переходам и гулким залам, позвякивая ведром. Она надеялась встретить кого-нибудь из сотрудников и расспросить, где же находится галерея скульптуры. Как назло, по понедельникам музей работал с трех часов дня, так что старушек-смотрительниц в залах еще не было. Остальные же сотрудники, скорее всего, были на втором этаже, там шла какая-то важная встреча, прикатило телевидение, и все музейные дамы, накрасив губы, отбыли туда – каждая желала увидеть себя в вечерних новостях, что показывают по местному телевидению.

Длинный коридор заканчивался тупиком. Новая уборщица потопталась в нерешительности, размышляя, не спуститься ли на первый этаж – возможно, там посчастливится найти кого-нибудь, но вдруг заметила приоткрытую дверь. Она немного поколебалась, потом поставила пустое ведро и заглянула в комнату.

Слава богу, здесь был живой человек!

За столом сидела девушка и вела беседу по телефону. Беседовала хоть и на повышенных тонах, но довольно вежливо, настойчиво выясняя у собеседника судьбу какого-то пропавшего экспоната. Девушка держала перед собой лист бумаги и время от времени туда заглядывала, сверяясь с записями.

– Я жду его уже двадцать минут, – начальственным тоном внушала она кому-то, – а его все нет. Я бы, конечно, хотела знать, куда он делся. Выставка начинает работать с сегодняшнего дня, как вам известно. Да, у нас была договоренность. Всю субботу мы этот вопрос решали. И что сейчас прикажете делать?

Уборщица, услышав сердитый голос, снова оробела и затопталась на пороге.

Девушка увидела ее и прикрыла трубку ладонью.

– Слушаю вас, – сухо произнесла она.

– Извиняюсь… я недавно у вас работаю и не могу найти… подскажите, где галерея скульптуры?

– По коридору направо. Первый поворот, – кратко ответила девушка.

Уборщица вздохнула с облегчением. Проклятые скульптуры отыскались-таки!

– А где на этом этаже воды можно набрать?

– Туалет в конце коридора. – Девушка снова переключилась на разговор. – Так вот, насчет встречи…

Уборщица исчезла.

Сати брякнула на рычаг гудевшую трубку и вытерла лоб трясущейся рукой. Потом подхватила сумку, прокралась к двери, прислушалась, выглянула: уборщицы не было видно. Сати выскользнула, осторожно прикрыла дверь и что было духу понеслась в главный зал на конференцию.

Через несколько минут машина Никиты со страшным визгом затормозила на углу возле музея, и сисадмин выскочил наружу.

Мимо медленно проехал белый микроавтобус с надписью «Телекомпания «Губернский город», и Никита понял, что опоздал: пресс-конференция закончилась. Из дверей музея гурьбой вывалились веселые корреспонденты. Никита заколебался, идти в парк или дождаться здесь? И где Сати?

Но тут она сама показалась на крыльце, и у Никиты вырвался вздох облегчения. Он понятия не имел, чем закончилась операция, но, по крайней мере, подельница вышла из музея не в сопровождении милиционера, а вместе со своим эксом. А тот вряд ли расточал бы такие лучезарные улыбки, если б покража уже обнаружилась. Костя и Сати постояли на крыльце, болтая, потом она заметила Никиту и изменилась в лице. Сисадмин незаметно кивнул и, прячась за припаркованными машинами, направился в парк.

Вскоре его нагнала Сати.

– Почему ты был в машине? – вполголоса спросила она сердито. – Ты же должен в кустах сидеть, вместе с мечом!

– Ты его стащила? Стащила?

– Мать твою! – заорала Сати, не выдержав. – Ты ничего не знаешь? Где ты был?

– Тихо! – цыкнул Никита.

Сати оглянулась и замолчала.

– Стащила и сбросила тебе с балкона, – шепотом пояснила она. – Я думала, ты там!

– Менты меня задержали, улицу перекрыли! – Никита в двух словах поведал о своих злоключениях. Они свернули с центральной аллеи парка и пошли дальше, все убыстряя шаг, пока наконец не перешли на бег.

Возле кустов боярышника остановились. Никита быстро огляделся по сторонам и нырнул в заросли. Слышно было, как он возится там, приглушенно чертыхаясь.

– Ну? Ну? – возбужденно спрашивала Сати, стоя чуть поодаль и делая вид, что любуется панорамой реки. – Нашел? Ты его, знаешь, не вытаскивай сразу. Сядем лучше вот здесь на лавочку и будем караулить, а когда стемнеет, перетащим в твою тачку и…

– Куда бы его бросила? – донесся из чащи боярышника приглушенный голос сисадмина. – Не могу найти!

Сердце у Сати ухнуло куда-то вниз.

– Как не можешь?

– Погоди… вот тут еще пошарю…

Сати не вытерпела и тоже полезла в кусты. Никита, позабыв осторожность, трещал сучьями, как медведь в чаще.

– Господи, у меня руки до сих пор трясутся, – бормотала Сати, шаря в густом переплетении ветвей. – Он должен быть здесь, он ведь никуда не мог деться!

– У меня тоже трясутся. – Сисадмин ползал в траве, исследуя каждый сантиметр влажной почвы. – Но делу это не поможет. Ну и где он?

Сати, сидя на корточках, посмотрела вверх. Кусты находились точно под балконом.

– Никита, – сказала она негромко. – Вот сюда я его сбросила. Вот, гляди – взрыхлена земля! Он воткнулся сюда, по-моему.

– Да вижу, блин, – растерянно проговорил Никита. – Самого меча только не нахожу. Куда он запропастился?

– Не знаю, – так же растерянно сказала Сати.

С минуту они бессмысленно таращились друг на друга, потом, не сговариваясь, вылезли из зарослей.

Меча в кустах не было.

ГЛАВА 10

Великий маг залез, кряхтя, на забор, помедлил немного, примериваясь, потом спрыгнул и оглянулся. Погони не было. Тильвус подтянул штаны и побрел прочь по пыльной дороге.