Тая Ханами - Право быть человеком

– Подглядываешь? - не отрываясь от экрана, осведомился металлист.

– Немного, - не стала отпираться я. - Чем занимаешься?

– Пытаюсь понять, с кем это мы столкнулись, - ответил Илья. - Есть предположения?

– Не знаю, - поднялась я с земли, перебираясь поближе. - Какие-то странные ребята. Одно то, что у этого гориллы ходят под началом смертники, уже о чем-то, да говорит.

– Ты о ком? О солдатах, что ли?

– А еще о ком же?

– Откуда знаешь? - аж приподнялся с коврика металлист.

Кривить душой решительно не хотелось.

– Мысли случайно прочла.

Глаза товарища нехорошо сузились:

– Так, значит, ты у нас телепат? - вкрадчиво поинтересовался он. - И давно?

– С сегодняшней ночи, - честно ответила я. - А что?

– Ничего, - несколько сердито пробурчал Илья.

Отвернулся, тяжело вздохнул, всем своим видом показывая, как же его достала эта щекотливая ситуация. Чуть помедлив, металлист снова повернулся ко мне:

– Это из-за твоего сна, да?

– По крайней мере, я так думаю, - подтвердила я Илюхино предположение. - И, поверь, мне сейчас тоже не сладко приходится. Пока с качком этим общались, уши почти в трубочку свернулись!

– Верю, - усмехнулся металлист. - Только знаешь что…

– Что?

– Если сможешь, меня не слушай.

– Идет, - протянула я руку Илюхе.

Тот, помедлив, бережно сжал ее.

– Кстати, раз уж так получилось… Скажешь, о чем он думал-то?

Я честно рассказала - о подозрениях, о готовности палить в нас по поводу и без, и о смене "гнева" на… Еще не милость, но что-то в этом роде. Металлист ничего - не ответил, лишь кивнул головой в такт собственным мыслям.

"Качок" вышел из-за того же дерева, за которым прятался в прошлый раз. Один, без какого бы то ни было сопровождения. Одет он был на сей раз в таком же джинсовом стиле, что и мы, за плечами угадывался рюкзак. Судя по походке спецназовца, веса в нем было не шибко много.

– Давайте познакомимся, что ли, - протянул он руку. - Сан Санычем меня звать.

– Илья.

– Лиса, ударение на первом слоге.

– Вот и чудненько. А почто костерок не зажжете?

– Так ведь неохота рядом с кладбищем этим трапезничать, - отозвалась я. - Давайте отлетим чутка, и привал устроим.

– На чем? - насторожился Сан Саныч. - У вас что, вертолет имеется?

– На ковре, - широко улыбнулась я. - Добро пожаловать в сказку!

– Шутишь! - от удивления перешел качок на "ты".

Коврик, ведший себя тише воды, ниже травы все это время, решил показать себя во всей красе. Сделал пару пируэтов, взмыл вертикально в воздух, и, войдя в крутое пике, понесся вниз.

– Как бы он не угробился, - даже заволновался наш новый знакомый.

– Это почти невозможно, - покачал головой металлист.

И точно. Коврик остался цел и невредим, мгновенно затормозив у самой земли. Вид у летуна был довольный - правый передний уголок задрался вверх, совсем как ухо у собаки. "Как я вам?" - говорила вся его поза.

– Хорош, - не удержался от похвалы Сан Саныч. - Хорош, ничего не скажешь. Так мы летим?

Мы не стали подниматься высоко в небо, взлетели чуть выше макушек деревьев. Ветер донес запах влаги, и коврик, помедлив, взял курс в том направлении. Летели мы не быстро, озирая окрестности на предмет возможного места стоянки. Вскоре нам открылась небольшая поляна уютная полянка над песчаным обрывом, у подножия которого текла шустрая речка.

– Снижаемся? - осведомился металлист. - Вы как, ребята?

Коврик не стал дожидаться нашего положительного ответа, плавно спикировал вниз.

Я соскочила на покрытую сосновыми шишками землю, сделала колесо. Потом еще одно, и еще.

– Где мои семнадцать лет? - вздохнул Сан Саныч. - Ты обедать будешь? Али физкультурой обойдешься?

– Обедать, конечно! - остановилась я. - Просто размяться захотелось.

– Шило в… - завел было любимую песню металлист, но не успел.

Из-за соседних кустов, трясясь, вышел замшелый пень. С глазами.

– А вы что у меня в лесу потеряли?

– Черт! - выругался Сан Саныч.

– Сам ты черт, - ворчливо отозвался пенек. - А я - леший. Огонь разводить нельзя.

Я стояла с отвисшей челюстью - какой водой питаются его корни? У нас же амулет! Мы же друзья леших. Может, конкретно этот заболел?

– А ты не заражен, часом, приятель? - помыслил вслух металлист.

Пень не ответил. Я присмотрелась к нему повнимательнее - он был мертв наполовину. Левый глаз смотрел четко перед собой, не фокусируясь, в то время, как второй так и буравил нашу троицу. Ветки с левой стороны были сухие.

Наверное, и у леших жизнь конечна. Никогда не задумывалась на эту тему.

– Мы будем осторожны, - постаралась я сказать как можно мягче. - Смотри, у нас желудь есть, - поднесла я к рабочему глазу лешего амулет.

– Так и быть, обедайте, - буркнул лесовик. - Теперь вижу, что вы наши друзья. Зарастить кострище сможете?

Я кивнула. Пень однобоко поскрипел в лес.

Хорошая все же оказалась еда у нашего нового спутника. Каша-кашей, но сытная, и даже не противная, как мне по внешнему виду было показалось. И со своей задачей утоления голода справлялась наилучшим образом. Покончив с основным, так сказать, блюдом, Сан Саныч достал из мешка заварку, сахар и сухари. Мы глянули свои припасы. Заботливый Тоша снабдил нас пирогами. Судя по моментально посетившим его гостинчик многочисленным осам, печево было с вареньем.

Пока мы боролись с пернатыми (надо же было из-под них пирожки откопать), наш новый спутник пропрыгал по песчаному откосу вниз до речки, вымыл котелок от каши, налил в него воды, взобрался обратно, и повесил котелок над костром. Как ни была я занята отгоном зловредных полосатых мух, а наблюдала за Сан Санычем одним глазом. Надо казать, с момента нашей первой встречи мужик кардинальным образом поменялся. Тогда, возле захоронения бесов, он выглядел накачанным идолом для солдатни. Эдаким безоговорочным, до упора авторитетным командиром. Теперь же в нем проступила своего рода интеллигентность, несмотря на все тот же гладко выбритый череп и гору мускулов. Но даже мышцы, стремясь вписаться в новый облик, как будто поубавились в объеме. Перед нами был однозначно умный, заботливый и где-то даже добрый человек. Дисциплина, как было видно из его поведения, осталась при нем. И, к слову сказать, была намного выше нашей, гражданской. Вскоре и чай был готов, и даже разлит по кружкам.

– Берите емкости, други, пообщаемся, - послышался немного ироничный голос нового спутника. - Оставьте уже зверюшек в покое. Так как говорите, вы тут очутились?

И то правда - всех ос не переловишь, проще отведать солдатских сухарей.