Елена Асеева - Путь Святозара

Правитель некоторое время молчал, а потом сказал, обращаясь к сыну по старому имени:

— Ты вроде, Керк, всегда мне казался честным юношей, и никогда не врал. Так почему же сейчас не поднимаешь глаз и не говоришь правды?

И тогда Керк поднял глаза, посмотрел в расстроенное лицо отца, на котором от ожидания сыно-вей пролегла между бровями морщинка и промолвил:

— Отец, я не лгу, тебе, — а когда после этих слов едва дрогнули мышцы на лице отца, добавил, — Я просто не рассказал тебе всего.

— Почему, сын? Почему ты мне не говоришь всего? — повышая голос, спросил правитель.

— Я пожалел тебя, отец, — еле слышно произнес Керк и опустил голову.

— Святозар, — чуть тише начал правитель, — Ты ходил в лес, ты вывел из леса Эриха? — догадливо спросил отец и Керк едва заметно кивнул головой, — Как ты смог это сделать? И откуда узнал, что брату нужна помощь? Эрих сказал, что его вывел не человек, а дух. Я никогда не учил тебя ни-чему подобному, и я жду ответа, Святозар.

Керк некоторое время молчал, обдумывая свои слова, и вздрогнув от холода всем телом, ответил:

— Отец, я расскажу тебе все. Но я хочу попросить тебя об одном, — он поднял голову, посмотрел прямо в лицо правителю, и добавил, — Ты не расскажешь об этом никому, тем более Эриху, — и, уловив в глазах отца согласие продолжил, — Когда в лесу я понял, что лешак водит меня по кругу, то не вспомнив ни одного заговора, которые я учил с тобой, решил придумать свой, и это мне удалось. Я разрушил его чары и смог продолжить свой путь. Потом я встретил Бабу Ягу, которая объяснила мне, что я как и Богомудр- ведун. Баба Яга сказала мне также, что Эрих испытание провалил, — Керк тяжело вздохнул, и не глядя на отца, продолжил, — Она сказала, что пущевик затуманил его разум и из леса он не выйдет. Но она ему поможет. Она усыпит его. А когда я выйду из леса с древком я смогу создать заговор и помогу ему вернуться к нам. Вчера вечером, когда вы все легли спать, я так и сделал, я создал заговор, и помог Эриху дойти до нас.

Керк замолчал, тяжело переведя дух и поеживаясь от холода, а затем добавил:

— Отец, я просил за Эриха… Я просил самого Бога Свято-Бора, но тот… — Керк запнулся, вспоминая слова, которые услышал от Бога, — Сказал следующее: " Нет, Святозар, не проси за своего брата, потому что он недостоин древка. В его сердце нет чистоты и добра. Душа его обращена во зло, она жестока и нечестива. Такой человек не может владеть луком от Старого Дуба!" Поверь, отец, я сделал все, что мог, — Керк немного помолчал, вспоминая расставание с Эрихом и закончил, — Но, я думаю, что Бог Свято-Бор ошибается, сегодня утром я видел светлого и чистого Эриха, — и Керк улыбнулся своим ощущениям.

Керк посмотрел на отца и увидел, как черты его лицо поменялись, тысячи чувств, пробежали по нему. Правитель внезапно встал и отошел от костра, за которым они сидели, по направлению к лесу, постоял, повернувшись спиной к сыну и низко склонив голову на грудь, и также внезапно развернулся, подошел и сев очень близко к сыну, взволнованно спросил:

— И какой ты создал заговор, чтобы вывести Эриха?

Керк вновь вздохнул и монотонно продолжил:

— Ты, когда-то сказал отец, что в лес из рода Богомудра может войти только мальчик, и знаю я, что не один смертный не заходит в Сумрачный лес. А значит, была только одна возможность спасти брата, это разрешить моей душе покинуть тело и направить ее на поиски брата. Именно это я и сделал.

Керк замолчал. Молчал и отец, он сидел совсем рядом, но лица его не было видно, и было не понятно, сердится он или радуется, находчивости сына. Затянувшееся молчание наконец-то прервал правитель:

— Знаешь, Святозар, если бы, хоть, что-то пошло не так, сегодня я потерял бы двоих сыновей.

— Отец, я был уверен в успехе, — оправдывался Керк.

— Сын, я не могу, хвалить тебя за то, что ты сделал. Потому что, то, что ты сотворил, было крайне опасно. Лишь великие кудесники могут покидать свое тело, и отправлять в путь свою душу. Лишь немногие могут правильно и главное во время вернуться в свое тело, до того как жизнь оконча-тельно его покинет и оно остынет. Это было очень опасно. И я просто уверен, посоветуйся ты со мной, мы бы смогли, при твоих способностях найти более разумный способ, чтобы помочь твоему брату.

— Может быть ты и прав, отец, — негромко ответил Керк, — Но знаешь, мне кажется, что это было последнее испытание, — Керк немного помолчал, и посмотрев на искорку, которая оторвалась от дров и упала рядом с сапогами, да зашипев, потухла, добавил, — Испытание, которое было послано Бабой Ягой.

— И все же ты, Святозар, был в большой опасности, — сказал правитель, — Я уже не говорю про душу, но ты оставил свое тело на краю леса, совершенно не защищенное, любой зверь мог на-вредить тебе. Это было не разумно.

— Может быть, отец, но в свое оправдание я могу сказать одно, Эрих жив, а это главное, — ответил Керк.

— Да, Святозар, Эрих жив, но потерять тебя вновь…,- голос правителя дрогнул и он не договорив, замолчал.

— Скажи, отец, — тихо спросил Керк, — А как, ты, догадался, что это я помог Эриху.

Керк посмотрел на отца и лицо того наконец-то озарилось улыбкой:

— Ты, сотворил факел из ветки, и на том месте, где стоял, воткнул его в землю. Когда Эрих расска-зал мне, что его вывел лазурно-прозрачный дух, я прошелся к лесу и нашел факел и место где, ты стоял. В том месте земля была почти на четверть аршина вдавлена, я понял, что тут совершался какой-то необычный заговор, но кроме меня и тебя здесь никто на это не способен, — отец похлопал сына по спине и добавил, — Больше тебе нечего мне сказать?

— Дед Лесовик, — заметил Керк, — Сказал, что лишь четыре дня сможет сдерживать зиму, а это значит, завтра пойдет снег. И раз Эрих вернулся, теперь можно отправляться в обратный путь.

— Что ж, сын, мы так и сделаем. Сегодня я напою тебя снадобьями и прочитаю положенные заго-воры, а к утру, когда тебе станет легче, мы отправимся домой.

Но отец, оказался не прав, к утру Керку легче не стало. Несмотря на это в обратный путь отправились рано утром, когда на землю стал падать снег. Как и обещал отец он ничего ни кому не рассказал о поступке сына, объяснив его состояние полученной раной от чудовища. Дорогу домой Керк плохо запомнил, так как весь обратный путь очень плохо себя чувствовал. Сидя в седле и поддерживаемый отцом он был очень ослаблен и все его мысли были лишь о том, чтобы скорее лечь у костра и закрыть глаза. Из-за болезни Керка правитель делал частые привалы и давал тому отдых. Поэтому домой добрались только на восьмой день.

Вымотанный Керк уже плохо соображал, и даже не помнил, как сошел с лошади и оказался в своем ложе. Но попав домой, хорошо отдохнув, выспавшись, и попарившись в бане, Керк почувствовал себя намного лучше и понял, что болезнь стала отступать, и вскоре молодость и сила взяла свое, а спустя пять дней Керк смог вернуться к былой жизни.